Mihhalek

Может, известная фотография, не знаю - мне раньше не попадалась.

Нынче у нас русская дискотека.

Подборка русских песен и песен на русскую тему, исполняемых нерусскими людьми.

“Полюшко-поле” на арабском. В комментариях на ФБ мне сказали, что, если бы барон Унгерн завоевал Азию и потом покорил Европу, создав евразийскую иперию, именно “Полюшко-поле” следовало бы сделать гимном этой державы. И в самом деле – очень евразийская мелодия.

“Ехали на тройке с бубенцами” по-вьетнамски.

Касуми Кохару. Балалайка. Клюква с серпами-молотками.

Мегас. Из-за острова на стрежень. По-исландски.

Нэт Кинг Коул. Катюша. 1945 год. И дело даже не в том, что на английском. Послушайте.

Включать в эту подборку советскую грузинку – это немного натяжка, но уж больно голосочек хорош.

Это русская сторонка – это Родина моя. Тенором. На китайском. Так и хочется перевести как: “На наших картах это Китай”.

Holck og Peter’s Harmonikaorkester и Ганс Фредериксен. Из-за острова на стрежень. Кажется, по-датски (или на другом скандинавском языке)

“Белая армия, чёрный барон” на японском.

Нетания Даврат. Улыбка.

Лермонтовская колыбельная. “Злой чечен ползён на камень, точит свой кинжал” и всё такое. Поют по-русски две японки.

Русинская команда жарит “Распрягайте, хлопцы, коней”.

Gus Deloof. Полюшко-поле. Джаз.

The Spotnicks. The Rocket Man (а на самом деле – “Полюшко-поле”).

Советскому человеку этот стиль игры на гитарах знаком по группе “Поющие гитары“.

“Дубинушка” на немецком.

Ленинградские ковбои. Kasakka (Полюшко-поле).

Ахмет Коч играет “Полюшко-поле” на сазе. Очень круто.

Warren G & Sissel. Знаменитая работа с включением песни полонянок из “Князя Игоря”.

Луи Армстронг. “Очи чёрные”.

Очи же. The Ventures.

Милые корейские девушки (группа Infinity of Sound) играют на народных инструментах и поют “Миллион алых роз” по-корейски.

Прекрасные китаянки поют “Ой цветёт калина”. На китайском.

Китайский военный хор исполняет “Священную войну”.

Вьетнамские детишки поют “Катюшу”, трогательно напирая на звук [ш].

Рашн Дансинг Мэн. Клюква.

TSPO. Pedorazu. То есть, “Коробейники”. Ска такое ска.

Серж Генсбур. В лесу прифронтовом.

Теодор Бикель. Чубчик.

Чеслав Немен. По диким степям Забайкалья.

Рика Зарай. Казачок.

“Катюша” из японского аниме “Girls und Panzer”.

Blackmore’s Night. Gone With The Wind (Ну то есть, опять “Полюшко-поле”).

Дуэт “Пинатс” (сёстры Ито). Koi-no Bakansu (Каникулы любви). Японская песня, получившая у нас известность с русским текстом Леонида Дербенёва (“У моря, у синего моря”).

W. Koi-no Bakansu (Koi-No Vacance). Современная версия.

Хор эстонских панков поёт “Мама Анархия” Цоя.

Istanbul. Известная песня, в общем, но в ролике Теренс Здунич изображает как бы русского. Клюква, разумеется.

В апреле в Швейцарии был представлена инициатива принятия нового федерального закона “О безусловном основном доходе”. Идея, суть которой заключается в предоставлении ежемесячного дохода всем гражданам независимо от их материального положения или занятости, активно обсуждается в блогосфере страны.

Если предложение о принятии закона соберет более 100 000 подписей до 11 октября 2013 года, Федерального Собрание рассмотрит этот вопрос и, если предложение окажется стоящим, созовет референдум.

Народная инициатива о безусловном основном доходе предлагает закрепить в федеральной конституции “установление безусловной всеобщей прибыли”, что обеспечит “всему населению достойную жизнь и участие в общественной жизни”. В законе будут рассмотрены вопросы финансирования и будет установлена сумма прибыли (организаторы инициативы предлагают сумму 2000 – 2500 швейцарских франков (или 2200 – 2700 американских долларов) в месяц

http://ru.globalvoicesonline.org/2012/05/11/13973/ - по ссылке кратенько описаны плюсы и минусы этой левой утопии

Сто тыщ подписей уже собраны. Так что скоро в Швейцарии могут реализовать принцип "каждому по потребностям" на практике.
В принципе, я надеюсь дожить до времен когда на такой вот вэлфер посадят все человечество.
Пусть в блоги пишут

Последнее время любят подрисовывать динозаврам перья.
Народ занялся вопросом - а как бы выглядели современные животные по фрагментарным данным?
И написали книгу.
Рекомендую посетить пост товарища vadim_proskurin, где я это всё увидел.

Это лебедь, он ест головастика, накалывая его на растущую из тела мотыгу смерти.

Побывал неделю назад на британском авианосце HMS Illustrious, стоявшем на якоре в районе Гринвича по случаю годовщины Битвы за Атлантику.




«Илластриес» («прославленный») — второй из трех авианосцев класса «Инвинсибл», единственный из них пока еще в строю (остальные уже списаны — «Инвинсибл» в 2005, «Арк Ройял» в 2011).




Он был заложен 7 октября 1976 года, спущен на воду 14 декабря 1978 и досрочно (в связи с Фолклендской войной) введен в строй 20 июня 1982 года, уже после прекращения боевых действий.




В 1990-х авианосец участвовал в обеспечении бесполетных зон над Южным Ираком и Боснией, в 2000 — восстановлении стабильности в Сьерра-Леоне, а в 2006 году эвакуировал британских граждан из Бейрута во время Второй ливанской войны.




После того, как в 2010 году были сняты с вооружения «Харриеры», «Илластриес» переоборудовали для несения на борту вертолетов (Chinook, Apache, Merlin, Lynx, Sea King в различных комбинациях, всего до 22 машин). У Королевского ВМФ есть еще один вертолетоносец, HMS Ocean (в прошлом году во время Олимпиады стоял на том же месте в Гринвиче), до 2014 он проходит техобслуживание на базе в Девонпорте.




На данный момент «Илластриес» — самый старый корабль в составе Королевского военно-морского флота Великобритании. Его должны списать в следующем году, но не распилить на металлолом (как «Инвинсибл» и «Арк Ройял»), а сохранить, возможно, превратив в музей. Новые авианосцы HMS Queen Elizabeth и HMS Prince of Wales планируют ввести в строй только к концу этого десятилетия.




В субботу я подошел слишком поздно, когда на борт уже не пускали, поэтому пришлось съездить еще раз в воскресенье.




Это самый хвост очереди; таких зигзагов было шесть или семь. Пускать начали в 10 утра, я был на месте где-то в 10.30, а на борт поднялся примерно в 14.30, простояв в общей сложности около четырех часов. Уже в районе полдвенадцатого очередь просили больше не занимать, так как желающих было слишком много.




О том, что это займет столько времени, предупреждали еще в самом хвосте, к тому же несколько членов экипажа периодически ходили вдоль очереди, извиняясь за задержки и низкую пропускную способность.




Чтобы не было совсем скучно, рядом поставили столы с оружием:






Кроме этого, морские пехотинцы устраивали показательный рукопашный бой (довольно вяло, я даже поленился доставать камеру), а корабельный кок вещал что-то о вкусной и здоровой пище.




На авианосец публику переправляли на обычных речных прогулочных катерах:








Трап:




К сожалению, всяческие интересные места типа мостика, кают-компании или камбуза не показывали, только палубу и ангар :(




Водоизмещение корабля составляет 22 тыс тонн, длина 209 м, ширина 36 м, осадка 7,6 м, максимальная скорость 30 узлов (56 км/ч), автономность плавания — 5 тыс морских миль (9300 км) при крейсерской скорости 18 узлов (33 км/ч), экипаж 685 человек.






Это уже не первый его визит в Гринвич, он бывал здесь в 2006, 2008 и 2009 гг. Также в интернетах можно найти фотографии прохождения через барьер на Темзе.




Вид в сторону Сити:




Гринвич. Слева — Old Royal Naval College, справа — клипер «Катти Сарк», кирпичное здание с куполом — вход в пешеходный тоннель под Темзой:




Выход на палубу устроили через самолетоподъемник:














Второй подъемник в противоположном конце ангара был в поднятом положении:




На авианосце установлены три зенитно-артиллерийских комплекса «Голкипер» голландского производства.






Они используют модифицированную версию 30-мм семиствольной авиационной пушки GAU-8 Avenger, разработанной изначально компанией «Дженерал Электрик» для вооружения американского штурмовика А-10 «Тандерболт II». Скорострельность — 4200 выстрелов в минуту, барабанный магазин на 1190 снарядов находится под палубой. Для стрельбы применяется бронебойный подкалиберный снаряд с вольфрамовым сердечником.




Также у бортов установлены 7,62-мм пулеметы L7A2 (британская версия бельгийского FN MAG):








Их совершенно спокойно можно было потрогать (никто даже не попытался спереть голографический прицел :)






M134 Minigun — шестиствольный пулемет калибра 7,62 мм, скорострельность 6500 выстрелов в минуту:




Стволы вращаются электромотором (кабель справа — питание), толстый шланг слева служит для отвода гильз:










Этот не был запитан, но у такого же «Минигана» внутри ангара все желающие могли раскрутить стволы.




Рында:




Трамплин на конце полетной палубы:




Противолодочный вертолет Merlin HM1:




Этот экземпляр (ZH838) был построен в 2001 году и находится сейчас в составе 814-й эскадрильи «Летающие тигры».




В течение 2013 года на этих вертолетах планируют установить новую авионику, модернизировав их до версии Merlin HM2.




Экипаж 3 человека (пилот, оператор-акустик и наблюдатель). Вооружение — 4 торпеды Sting Ray или глубинные бомбы.




Внутрь не пускали, можно было разве что фотографироваться на ступеньках.




Пилот «Мерлина»:




Заправочные шланги:






Контейнеры с запасными винтами:




Кран и тягачи, которые используются для буксировки вертолетов после посадки:








Водительское место:






Буксировочная штанга (drawbar):






Поисково-спасательный вертолет Westland Sea King HU5 (XV647):




Был построен в 1969 году, после нескольких модернизаций все еще продолжает нести службу в Королевском ВМФ.




Этот «Си Кинг» в составе 771-й эскадрильи обычно находится на авиабазе RNAS Culdrose, которая обеспечивает поисково-спасательные операции на юго-западе Великобритании — в районе Корнуолла и островов Силли.




Слева можно увидеть часового с L85A2:




Вертолет зафиксирован с помощью специальных ремней (не уверен, как они правильно называются):




Полки, где они хранятся в свернутом виде:




Кабина «Си Кинга»:




Пилот:




Здесь располагаются носилки с эвакуируемыми:




Место оператора РЛС:




Надпись слева указывает на то, что вертолет принимал участие в операции по спасению членов экипажа контейнеровоза MSC Napoli, потерпевшего крушение во время урагана 18 января 2007 года в 50 милях южнее Корнуолла.




Мостик:




Члены экипажа:






Герб HMS Illustrious:




Эмблема британских коммандос:




Военно-морской вариант вертолета Westland Lynx HMA.8(DSP) (ZD262):




Используется для борьбы с наземными кораблями противника (вооружение — четыре ракеты Sea Skua) или подлодками (торпеды Sting Ray).




Также в ангаре были стенды с историей Королевского военно-морского флота, демонстрировалось оружие и различное поисково-спасательное оборудование.










Я осмотрел все, что показалось интересным, и вернулся на твердую землю.

Сестра Женя сдавала экзамен и волновалась: преподавательница была раздражена, цеплялась к каждому факту и вообще, по словам Жени, вела себя как жаба. "Ничего", - подумала Женя, - "ко мне она так просто не придерется". Собралась с духом и начала:
- Ларингальная теория Фердинанда де Соссюра...
Вероятно, преподавательница не разобрала последний слог, потому что вдруг произнесла:
- Не Сосю.
Услышав это угрюмое предупреждение, аудитория затряслась от безмолвного смеха. А Женя, которая еще не прочувствовала комизм ситуации, но рассердилась на придирку к первому же предложению, повернулась к преподавательнице и с достоинством ответила:
- Да, не Сосю. А де Соссюра.

* * *

Вчера в маршрутке мельком увидела за окном машину, странно облепленную людьми. Не успела рассмотреть и озадачилась, но тут мужчина, сидевший впереди, сказал в телефон:
- Слышишь, тут чуваки вокруг бэхи фоткаются.
Так мы и ехали полчаса. Я видела и не успевала понять, а он комментировал. Женщину с загадочным черным животом ("Ого, баба такой здоровый ящик несет"), блуждающий свет в сирени ("В кустах что-то ищут..."), оранжевое облако, расползшееся по бордюру ("А рабочие даже в праздники вышли").
Не человек, а всплывающая подсказка. Сначала пожалела, что таких не рассаживают повсюду. А потом подумала, что оранжевые облака и неясное свечение меня тоже устраивают.

* * *

Макс жалуется на рыбу в столовой:
- Я даже не стал ее есть.
- Что, - спрашиваю, - предлагала исполнить желания?
- Желание, - отвечает с горечью, - она могла исполнить только одно: блевать.

Сегодня читали на балконе, Макс пил вишневый компот. Попалась ягода, косточку некуда было деть - и он выкинул за окно, в палисадник.
- Ты - как героиня "Птички певчей", - говорю мечтательно. - Она сидела на дереве и бросалась вишневыми косточками. И попала случайно в милого старичка, а тот ее заметил в ветвях, и у них выдался очень интересный разговор...
- Да, - отвечает Макс, - "Ты чего, пизда с ушами, косточками бросаешься?" А она: "Я вас, старый пердун, забыла спросить, что мне делать и чего не делать!"
Ржу до сих пор.

* * *

А у подъезда утром тусовались подростки, и один закричал в телефон:
- Мы тут сидим в полнейшей жопе!
На другом конце долго не могли расслышать. Он повторил несколько раз и даже перешел на ямб:
- В полнейшей жопе мы сейчас сидим!
В трудные минуты человечество всегда тянулось к поэзии.

Признаться, в юности я была куда большей брюзгой, чем сейчас. Помню, как раздражалась от неурочных разговоров под окнами, дребезжащих гитар, заунывного детского плача. А сейчас ликую: юность! тунеядство! музыка! жизнь! Даже звук перфоратора отчасти симпатичен: стало быть, кто-то сейчас вешает картину, устанавливает полку или расчленяет труп, словом, организует пространство вокруг себя. Уют, порядок, жизнь!

Мир как рассчитанная иллюзия
Вспомнил об этом в связи со свежей статьей в журнале Neuron. В ней ученые пытались выявить участок мозга, который производит корректировку восприятия движущегося объекта. Этот участок одинаково активен, когда человек наблюдает реальное смещение предметов относительно друг друга и когда находится под воздействием зрительной иллюзии, т.н. flash-lag effect. Во втором случае испытуемый видит смещение, которого в действительности нет (его нет в сигнале, поступающем от глаз). Так работает компенсаторный механизм. Практический смысл заключается в том, что мозг предвосхищает траекторию быстро движущихся объектов. Он строит для восприятия картинку, которая в ретинальном изображении отсутствует. Это позволяет, например, попадать по теннисному мячу при приеме подачи. Иначе это было бы невозможно, поскольку прохождение и обработка нервного сигнала занимает время. Поэтому теннисист видит и бьет, на самом деле, по воображаемому мячу. Если его мозг просчитал правильно, то реальный находится в той же точке, однако мозг не имеет возможности это увидеть.

При этом параллельно в Journal of Neuroscience появилось исследование, показывающее, что аутисты заметно превосходят обычных людей по скорости восприятия движения. Значит, можно предположить, что нервная система имеет возможность обрабатывать сигнал быстрее, но в нормальном режиме эта способность подавляется. Как следствие, вынужденно увеличивается необходимая глубина прогноза. И тогда сложно избежать мысли, что мир обычного человека более воображаемый, нежели тот, что воспринимает аутист.
http://nature-wonder.livejournal.com/220493.html


Шаламов
«Как вывести закон распада? Закон сопротивления распаду? Как рассказать о том, что только религиозники были сравнительно стойкой группой? Что партийцы и люди интеллигентных профессий разлагались раньше других? В чем был закон? В физической ли крепости? В присутствии ли какой-либо идеи? Кто гибнет раньше? Виноватые или невиноватые? Почему в глазах простого народа интеллигенты лагерей не были мучениками идеи? О том, что человек человеку — волк и когда это бывает. У какой последней черты теряется человеческое? Как о всем этом рассказать?»
«У профессоров, партработников, военных, инженеров, крестьян, рабочих, наполнивших тюрьмы того времени, не было за душой ничего положительного <...>. Отсутствие единой объединяющей идеи ослабляло моральную стойкость арестантов чрезвычайно. Они не были ни врагами власти, ни государственными преступниками и, умирая, они так и не поняли, почему им надо было умирать»
http://scepsis.net/library/id_3239.html


Mo Yan
Mo Yan. Beaux seins, belles fesses. Editions du Seuil. 2004. Очень длинный роман, который, говорят, сейчас выйдет по-русски. Жёсткая история одной семьи Шангуань, вернее даже, одной женщины, матери, с 1900 по 1991 примерно год в северном Китае, рассказанная единственным сыном, родившимся после 8 дочерей. Начинается рассказ с рождения этого самого сына в день, когда посёлок Далан занимают "японские черти". Потом приходят разные партизаны и бандиты, в т.ч. коммунисты - и, гоняя друг друга, убивают, грабят и насилуют всё, что движется. Старшие дочери последовательно выходят замуж за разных бандитов, но время течет, бандиты дерутся и убивают друг друга, рождаются внуки и внучки (которых воспитывает всё та же мать главного героя, Шангуань Луси), голод, большой скачок вперёд, культурная революция, перевоспитание трудом - и так повествование доходит до наших дней практически. Бедность, грубость (в т.ч. и в языке), элементы фантасмагории и абсолютное отсутствие табу (описания секса и насилия). Главный герой до 7 лет не есть ничего, кроме материнского молока, а позже - козьего, его тянет к женским грудям (которые он на протяжении романа любовно классифицирует и описывает). В этом романе - от которого совершенно невозможно оторваться - автор, в отличие от других авторов семейных саг типа того же Рушди или Шалева, совершенно непредсказуем, и не только детство героя, мифические времена, написаны прекрасно, но и более поздние страницы полны неожиданных поворотов и выдерживают напряжение. Очень рекомендую, а сам буду читать ещё.
http://i-shmael.livejournal.com/3194558.html


Сумленный
Когда турист из России приезжает в Германию, один из первых искренних вопросов, который возникает у него, — почему здесь на каждом углу натыкаешься на воспоминания о Холокосте? Почему перед тем или другим домом в землю вмонтированы квадратные бронзовые таблички 10 на 10 сантиметров, на которых выбиты имена и даты жизни евреев, живших в этом доме, обстоятельства их депортации и убийства? Почему здесь стоят указатели, напоминающие, что в больнице за углом в период с 1934 по 1935 год было убито столько-то психически больных детей? Почему у здания Рейхстага в землю вмонтированы поставленные на ребро черные неровные плиты, на гранях которых выбиты имена депутатов, убитых нацистами в 1933 году? Почему немцы стараются к каждому зданию прикрепить информационный ярлык: вот здесь, именно здесь, в этом доме, на втором этаже жила семья сапожника, у них было трое детей, самому младшему полгода, старшей десять, их выселили, отправили в Треблинку, погибли все.
http://expert.ru/2012/08/27/istoriya-zhertv/
http://khein.livejournal.com/654092.html


эффект ноцебо
Но вернемся к эффекту ноцебо, противоположному эффекту. Впервые эффект ноцебо заинтересовал меня после того, как я прочитал исследование о терапевтическом влиянии молитвы на количество осложнений у людей, переживших операцию на сердце [6]. Пациентов разбили случайным образом на три группы. Пациентам из первой группы сообщили, что за них, возможно, будут молиться (а возможно не будут) и за них молились. Пациентам второй группы тоже сообщили, что за них, возможно, будут молиться, но за них не молились. Пациентам третей группы сказали, что за них совершенно точно будут молиться, и за них действительно молились. Оценивалось количество осложнений у пациентов. Как и следовало ожидать, оказалось, что сама по себе молитва не имеет никакого терапевтического эффекта: люди из первой и второй групп имели примерно одинаковую частоту осложнений. А вот знание о том, что за тебя будут молиться, было ассоциировано с повышенным риском осложнений после операции.
Более аккуратно эффект ноцебо был показан в эксперименте, который был опубликован буквально на днях [7]. Людей разбили случайным образом на две группы. Участникам из первой группы показывали фильм о том, что беспроводные сети WiFi опасны для здоровья. Участникам из второй группы показывали фильм о том, что никакой доказанной опасности беспроводных сетей WiFi нет. После этого участников подвергли 15 минутам фальшивого облучения (то есть им сказали, что их облучают WiFi, но на самом деле никакого облучения не было). От несуществующего облучения некоторым участникам стало так плохо, что они попросили прервать эксперимент. Большая часть участников отметила у себя симптомы, которые они связали с несуществующим облучением WiFi, причем среди тех, кто посмотрел фильм об опасностях WiFi, была больше доля участников, которые указали наличие симптомов, вызванных облучением. Таким образом, материалы СМИ, рассказывающие об ужасах явлений, с которыми сталкиваются обыватели, могут негативно сказаться на самочувствии аудитории этих материалов.
http://scinquisitor.livejournal.com/32784.html


"Как-то так получилось, что в нашей уютной песочнице писательниц гораздо больше, чем писателей, особенно в подростковом ее уголке. И читательниц больше, чем читателей. И читательницы эти гораздо активнее. И библиотекари. И обозреватели. И даже все наши критики — они тоже девушки. Все вместе очень напоминает школьный коллектив, где мужиков традиционно два: трудовик и физкультурник. Отсюда определенная специфика. ФБ-склоки, ЖЖ-вопли и стоны, коалиции, холивары, заполошный алармизм, ну, кто работал в школе, тот знает. Как результат — подростковая проза уже во многом ориентирована на девачковые (от 12 до 40) таргет-группы и на соответствующее восприятие. И это верно как про коммерческую прозу, так и про серьезную. Я понимаю, что раньше, с Жюлем Верном, лунными тракторами, мушкетерами и индейцами, у нас был перекос сторону мальчиков, но все равно мне, как отцу двух мальчишек, хотелось бы, чтобы для них писали больше. И я сам стараюсь это делать".
http://family.booknik.ru/articles/chto-by-pochitat/my-pobedili-velikoe-zlo/
http://avvas.livejournal.com/7108038.html


Сегодня в 4 часа дня немцы появились на улице, где я живу. Это оказалась рота велосипедистов. Население встретило немцев очень сдержанно. Лишь немногие жители спустились по лестнице и стояли около под’езда. Одна гражданка, хорошо говорящая по-немецки, начала расспрашивать немцев относительно новых порядков. Оказывается, что советские деньги будут по-прежнему иметь ход. Одна марка будет стоить 10 рублей.
http://magazines.russ.ru/sp/2010/12/ni8.html
http://markshat.livejournal.com/148332.html



http://sergey-larenkov.livejournal.com/26870.html



Только для тех, кто в танке
http://afrikanbo.livejournal.com/313827.html
http://lubech.livejournal.com/84969.html
добавка:
http://jaerraeth.livejournal.com/427193.html
http://jaerraeth.livejournal.com/427193.html?thread=2577337#t2577337


проблема, на мой взгляд, состоит не в том, что наш туземный университет нуждается в реформе, которая проводится плохо, а в том, что тут у нас, в силу некоторой, я бы сказал, специфики общества, которое исторически сложилось на просторах бескрайней, этот самый университет нахрен никому не нужен вообще, и это все, включая прежде всего инициаторов реформы, хорошо понимают (те немногие, кому реально необходимо высшее образование, и так получают его заграницей), умно и дельно было бы не мучать никого всеми этими сокращениями, оценками эффективности, публичными разборками с министром и прочим вздором, а просто нахрен закрыть эти самые университеты, сохраняя для увольняемой профессуры их нынешнюю зарплату как пособие по безработице, выйдет мало того, что гуманно, так ещё и на круг дешевле
http://rencus.livejournal.com/718659.html
добавка
http://strf.ru/material.aspx?CatalogId=221&d_no=54322


В 1830-х годах Татьяна Ларина/Мария Троекурова выходит замуж за Гремина/Верейского и отказывает Онегину/Дубровскому, потому что для брака имеются два препятствия - чувство христианского долга и невозможность быть в обществе после мезальянса. Причем первое препятствие сильнее. После венчания никаких вариантов быть не может.
В 1870-х годах Анна выходит за Каренина и поддается Вронскому, причем препятствие только одно - второе. Про христианский долг она даже не думает. Осуждающий ее свет, впрочем, тоже. Важнее соблюсти формальные приличия.
В 1890-х годах дворянка по имени Анна выходит за столь же престарелого чиновника Модеста Алексеевича и заводит роман с купцом Артыновым. Оба препятствия потеряны. Про приличия и долг думает только заскорузлый Модест Алексеевич. Но свет не только не осуждает распутство Анны (а это мезальянс дворянки с купцом), но откровенно покровительствует ему в лице Князя. Причем Модест Алексеич рад-радешенек, что ему через жену-блудницу перепадет лишний орденочек.
Итак, к концу предпрошедшего столетия казус Лариной перестал быть проблемой для общества. Религиозный долг исчез вместе с богобоязненностью, а светские приличия - вместе с обедневшим дворянством, потерявшим силу на фоне лихого купечества.
И в начале 20 столетия уход Маргариты от законного занудного мужа к Мастеру откровенно венчается уже самим Дьяволом.
Хе-хе, это уже четвертое звено...
http://banshur69.livejournal.com/310351.html


Стоим средь шумного митинга с Крыловым К.А., пламенным трибуном. Где-то вдалеке немелодично поет Кашин и бьют православного активиста Энтео. А мы о чем-то своем болтаем.
И тут подбегает к нам дама, прекрасная и восторженная. Брошюрками какими-то машет.
- Партия 5 декабря! Это партия гражданских активистов! Возьмите! Вдруг заинтересуетесь! Я вот заинтересовалась! Возьмите! Партия!
- Спасибо, у меня своя, - с достоинством отвечает даме, прекрасной и восторженной, Крылов К.А., пламенный трибун.
http://ivand.livejournal.com/1729431.html


Называл хелицеры мандибулами из стыдливости...
В трилогии "Властелин колец" лишь однажды зоолог побеждает во мне зрителя - сцены с Шелоб. Наконец я смог увидеть, как менялась концепция этой паучихи у создателей фильма - оказывается, могло быть и хуже... С самого начала художники почему-то решили наделить ЕЁ анальным жалом (которого у пауков, естественно, нет). Вот самые первые рисунки
http://olnud.livejournal.com/115710.html


Наблюдал как-то в гостях любопытную сцену. Хозяин дома резко выразил свое неудовольствие каким-то из по-видимому только что имевших место эпизодов поведения его лайки. Порицание то было или наказание не понял, так как видел уже завершающий эпизод сцены, когда сабака понуро пошла в свой угол и улеглась там на коврике с безучастным видом.
Как то потом уже понял, поговорив с хозяином, наказание то было воспринято собакой как не то, чтобы несправедливое, а скорее несоразмерное совершенно пустяковой - как она видимо полагала - вине. Впрочем и хозяин тоже позднее признал что погорячился.
Десятилетний ребенок хозяина, который по-видимому при этом с самого начала присутствовал, подошел к собаке и начал её утешать, поглаживая. Собака отвернулась мордой к стене и больше уже никак ни на что не реагировала.
Ребенок еще немного попытался поласкать её, но видит что не воспринимаются его утешения, встал и тоже огорченный пошел в свою комнату...
Когда дверь за ним закрылась, собака встала, оглянулась вокруг и видит что более уже никто на нее не смотрит. Немного потопталась в нерешительности и - медленно переставляя ноги - пошла пошатываясь в комнату к ребенку, с которым у неё в семье самые лучшие как мне объяснили отношения.
http://abcdefgh.livejournal.com/1546712.html


Оден
Мне кажется, что в Яго Шекспир создал замечательный образ негодяя как святого наизнанку, saint manqué. Возможно, это звучит дико. Но Шекспир совершенно прав, рисуя такой портрет, потому что у святого и у злодея очень схожая психология. У обоих этика и эстетика почти сливаются. И тому, и другому присуща отстраненность и свобода в человеческих отношениях; и в том, и в другом очевидно отсутствие условностей и мотивов, которые волнуют и властвуют над большинством из нас.
http://autrement-que.livejournal.com/410718.html


У орхидей нет ни сладкого нектара, ни вкусной пыльцы, а опыляться как-то надо. И вот эти орхидеи "разработали" прекрасную стратегию опыления.
http://progenes.livejournal.com/206474.html

When a huge meteor exploded over Russia back in February, the incident was captured by a large number of drivers who drive around with dashcams pointed out the front of their windshield. The story put a spotlight on the fact that dashcams are widely used in Russia due to the prevalence of insurance fraud.

Footage from Russian dashcams found online is often quite dark (figuratively, not literally), showing horrible accidents and tragedies. Not so with the video above — it’s a compilation of random acts of kindness captured by ordinary drivers.

It’s a video that may restore some of your faith in humanity. “The world isn’t without good people,” a sentence found in the video says, “Any act can become one of great kindness if it is done selflessly. When was the last time you did a good deed?”

The video shows many scenes of people doing good to one another, from men and boys helping elderly ladies cross the street, to people brushing snow off cars and lifting/pushing them back onto the road, to people protecting a family of ducks and a baby (?!?) from oncoming cars.

If you’d like to see a video that’s similar both in subject matter and in style, check out the “happy moments” security camera compilation we shared last June. For that video, Coke took a bunch of happy security camera clips and strung them together into a feel-good video.

(via kottke.org)

Известная история про обезьян, которые учат друг друга не залезать на шест с бананами, пока среди них не остается ни одной, которая знает почему, по-видимому полностью выдумана.

"The earliest mention I could find of this experiment was in the popular business/self-help book, Competing for the future by Gary Hamel and C. K. Prahalad (1996)... The authors did not provide a source for this claim... the most reasonable conclusion is that C. K. Prahalad or Gary Hamel made up the experiment for their book.

Here is a quote from an "anthropology professor who's worked with hundreds of monkeys over the last 30 years." When asked what he thought of the experiment, he responded succinctly with:

If you have bananas on a pole, you'll lose your bananas."

Также есть хорошая статья 15-летней давности, в которой развенчивается этот миф и еще два похожих (про кузнечиков, которые перестают прыгать и слонов, которые не пытаются вырваться).

(via stas)

Submitted by: Unknown (via Doodle Time)

Tagged: doodle time , comics , no thanks , parties , introverts , after 12 , g rated Share on Facebook

Дождь лил с самого начала, все три дня сплава, не переставая. Хороший такой, нормальный дождь, не морось. Приятного мало, один плюс – вода высоко стоит, несет хорошо, так что особо грести и не надо: закутался и сидишь, только под задницу с плаща натекает. Мокрое всё, противно, холодно. Водку всю в первые два дня как-то незаметно выпили, и к вечеру третьего, о котором я рассказываю, все были в здравом уме и трезвой памяти. Так что не то чтобы с перепою почудилось…

И к вечеру уже ближе третьего дня что-то выше по течению, видимо, размыло, какую-то плотину у пруда или водохранилища. Вода пошла. Мы плывем, стоянку уже ищем… ее, как водится, нету – все подходящие места подтоплены, на косогор не хочется. И вот буквально за пару минут вода поднялась, чтобы не соврать, на метр – причем видно, что с верхов откуда-то волна пошла: мутная, ветки плывут, бревна, солома всякая. Лес по берегу подтопило, как по весне.

Мы весла в руки, от берегов только успеваем отгребать. Экстрим неприятный. Решили срочно чалиться на первое попавшееся возвышенное место, только чтоб не совсем на склоне. Нашли поляну – высокую, ровную, без деревьев. Деревня там, похоже, раньше была – один дом сохранился, в отдалении. Рядом с жильем не дело стоять, но тут уж форс-мажор. Ладно, нас шестеро, два катамарана.

Зачалились, вылезли – дров нет, мы сами все сырые и всё у нас сырое. До ближайших нормальных сушин через затопленный луг идти… плыть, если вода не спадет. Кустов каких-то гнилых наломали для начала, чтобы согреться, а мы с Лехой решили до того дома сходить, посмотреть, что там как – если живет кто-то, то, может, нормальных дров купить, если нет, то по ситуации.

Дом нежилой оказался. Но и не руина – типа охотничье зимовье. Видно, что раньше была обычная изба, с кирпичной печкой, просторная. Потом хозяева умерли или переехали, а избу под сезонный охотничий домик переделали – вот дом и сохранился, один из всей деревни. Огород зарос, дверь не заперта, внутри нары двухъярусные вместо мебели, ничего ценного, но стекла не выбиты, стены обшиты, всё добротно. Ну и чисто внутри, пол подметен, на столе пакет с солью, печь вроде в порядке – видно, что не бичи тут какие-то, а приличные люди обычно пользуются, охотники или, может, на покос приезжают. Приятно в целом, не гадюшник. Дрова есть.

Мы вернулись, посовещались и решили ночевать в этом доме – хоть просушить, что можно. Катамараны дальше на берег оттащили, чтобы не отсвечивали и поближе были, а сами в избу перебрались – разложились, развешались внутри, насколько смогли. Отогрелись, переоделись, ужин, помню, начали готовить… а дальше – не помню.

Следующее воспоминание – как будто проснулся. От холода. Адского леденящего холода. И обнаруживаю себя по пояс в воде – стою у берега в реке. Темнеет уже. Как я в воду залез, зачем, почему вообще из дома вышел и к реке спустился? Никаких воспоминаний. Такое впечатление, что задремал, и кто-то надо мной подшутил, принес меня к берегу и в воду поставил. Так рядом никого, никто с хохотом не убегает! Сам зашел. Лунатизм, да и только. Где я?! Смотрю – дом наш недалеко. От сердца отлегло – вылез из реки, пошел штаны менять. Иду, в сапогах вода хлюпает.

Захожу – внутри темно уже почти, Леха за столом картошку чистит, в углу Стас на моем рюкзаке сидит. У меня зуб на зуб не попадает.
- Стас, - говорю, - дай рюкзак переодеться, я в реку упал.
Ноль внимания. Оба.
- Стас! – говорю. Тот дернулся, будто проснулся (а глаза открыты были!), головой завертел.
- Ты чего, - спрашивает, - Искупался, что ли?"

Я переоделся, Стас фонари достал. "Леха, а где все?" – спрашиваю. Леха молчит. И тут я понимаю, что и с ним что-то не того: ужин уже готов, а он сидит и картошку чистит. Всю, что у нас была: берет из пакета одну, ошкурит, кладет на стол, берет другую… на столе килограммов пять чищеной картошки уже лежит. И тоже вроде как спит: глаза открыты, но нас он не видит и не слышит, а весь поглощен процессом.

Я подошел к нему вплотную, пятерней возле лица провел – ноль эмоций. В плечо его толкнул, он вздрогнул, и тоже типа проснулся.
- Ты чего? – говорит.
- Ты зачем, чудила, столько картофеля начистил? Все уже готово, можно есть садиться.
Леха обвел глазами стол, тупо так на чищеную картошку посмотрел, засмеялся.
- Не знаю, - говорит, - Что-то задумался...
- А где все?
- Не знаю… Макс с Серегой вроде катамараны смотреть пошли. Курят, наверное.
- А Аленка? Так, я пойду посмотрю.

Выхожу – вокруг никого. Катамараны кто-то хорошо "посмотрел": двойка аккуратно разобрана, рама сложена, рядом – доски от палубы, еще дальше – вязки сбухтованы, одной кучкой лежат. Гондол нет. Вокруг посмотрел с фонарем – одну нашел: в ивняке у самой воды застряла. Похоже, ветром укатило. А если ветром, то второй, стало быть, меньше повезло – не застряла, до воды докатилась и уплыла. Четверка, слава богу, в порядке. "Ма-акс! – ору, - Аллё-на!" Тишина. Вода шумит. Стою, думаю, что делать.

И крепко я, видимо, задумался, потому что вот это странное состояние снова на меня накатило. Снова провал в памяти, а следующее воспоминание – меня Стас с Лехой трясут, а сам я пытаюсь вылезти в окно из избы. Зачем – не знаю.
- Мы, - рассказывают, - еду раскладываем, а ты зашел в дом, ни слова не говоря, залез на стол и стал окно открывать.
А у меня состояние такое, как будто я только что проснулся и даже какой-то сон видел. А какой – не помню. И тут мне страшно стало, аж жарко.
- Так, парни, надо наших искать. Я в реку в таком же состоянии залез, может и они куда забрели.

Про катамаран им сказал. Решили идти втроем и друг за другом следить, толкать если что. А снаружи уже ночь. И состояние у всех троих такой полуреальности – вроде и страшно, а вроде и спать хочется. Серегу мы быстро нашли – он в сарае за домом петельку из катамаранной вязки приладил. Не, не повесился, да и не повесился бы наверное – там потолок низкий, так что петля на уровне пояса болталась. И узел неправильный. А Серега там рядом просто стоял и тупо смотрел на это свое произведение. Тоже как бы спал. И наверно размышлял во сне, как на этом можно вешаться. И тоже вспомнить не мог, когда мы его разбудили, зачем он это сделал и кто катамаран разобрал.

А Макса с Аленой по окрестностям походили, поорали – нет их. Где искать? Темнота полная. Решили во дворе костер побольше запалить – чтобы хоть ориентир для них был – и орать время от времени. Только время от времени не получилось – только сядешь, снова в сон клонит. Как морок какой-то накатывает. Чтобы не заснуть, всю ночь песни орали и друг друга подпинывали. На эти-то песни Алена и выбрела. Вся с ног до головы мокрая, в какой-то грязище – лицо, волосы, будто в болоте купалась. Вообще вся. Глаза дикие. Где она была, куда ее занесло, чем она занималась – до сих пор так и не раскололась.

Пока она отмывалась, переодевалась – рассвело маленько. А состояние это поганое не отпускает. Пошли Макса искать и увидели на дальнем конце поля, в зарослях. Заорали ему "Макс, Макс!" – а он вроде как к нам пошел, на поле вышел и вдруг раз – повернул и обратно в осинки. Мы до него добежали, растрясли – он дух перевел и рассказал, что всю ночь пытался к нам выйти. Несколько раз возвращался в реальность в темноте среди кустов каких-то, видел костер, песни слышал, шел к нам… и потом снова приходил в себя среди тех же кустов. И, говорит, ни страха не было, ни понимания, что что-то странное творится – тоже как во сне.

Я до сих пор не знаю, что это было. Печку мы так и не затопили, значит, угореть не могли. Газопроводов там поблизости тоже нет. Задерживаться мы не стали, покидали всё на оставшийся катамаран и отчалили, благо вода спáла. Гондолу в паре километров ниже по течению нашли. И к тому времени прошла эта сонливость – вот буквально отчалили и проплыли немного. Ну, чувствовалось, что ночь не спали, но голова ясная стала. Впечатлениями делились – и все говорят, что произошедшее как какой-то сон воспринималось.

Ты название реки не пиши, вообще не указывай, где это место. Потом может еще попробуем туда сходить, разобраться.

Последнее время татуировки перестали быть принадлежностью преимущественно уголовного мира и где-то местами армии и флота и оккупировали кожу модных девушек и разнообразнейших юношей. Бельгийский художник Вим Дельвуа (Wim Delvoye) решил пойти дальше и распространить моду на тату на сельскохозяйственных животных. Совместно с двумя татуировщиками он открыл в 2005 году в Китае свиноферму, на которой разводит татуированных свиней. Пронятно, что животные татуированными не рождаются – их татуируют по желанию художника, а также на заказ. Коллекционер может сделать инвестицию в тату-ферму – после этого одну из свиней изукрасят по его вкусу и она будет ему удалённо принадлежать, пока не дорастёт до возраста, подходящего для забоя. Затем коллекционеру отправляется её татуированная шкура.

Ради правды надо сказать, что татуировки эти интересны исключительно как факт. Эстетически они почти так же уродливы, скучны и банальны, как большая часть татуировок, встречающихся на людях. И в этом смысле татуированные свиньи, конечно, настоящее искусство – высокий реализм. Свиньи, кстати, и сами по себе на людей очень похожи (что многократно художественно осмысленно – от Крылова и Оруэлла до современных авторов). А стоит добавить к свинье капельку культурного контекста – и всё: человек, практически. Сами смотрите:

Похожие записи

Помните, в произведениях Пратчетта фигурирует сундук с ножками, всюду следующий за своим владельцем? Hop! (не «нор!», а «хоп!») – это нечто похожее: действующий концепт, разработанный неким Родриго Гарсией (Rodrigo Garcia), – чемодан, связанный со смартфоном по bluetooth и следующий за тем, у кого этот смартфон в руке или в кармане, как привязанный, то есть – на постоянном расстоянии. Такой чемодан почти невозможно потерять. Вы пошли куда-нибудь – чемодан за вами (в него встроены небольшие гусеницы и электропневматический двигатель). Если вдруг сигнал потеряется (а с ним, вероятно, и чемодан), телефон поднимет панику, вибрируя и трезвоня, а чемодан немедленно защёлкнется на все замки.

Похожие записи

Очень рекомендую новую книгу Е.Н. Панова. Она не очень простая, не то чтобы популярная, вполне серьезная - и при этом провокативная, спорная, очень интересная.

Вот ее кроки: это книга, направленная против эволюционизма. Не в ненаучном смысле, типа "творение" и т.п., а наоборот: в критически-научном смысле. Традиционные изводы адаптационистских объяснений, по мнению автора, убоги и нарушают элементарные принципы научного исследования (верификация вместо фальсификации, отказ от бритвы Оккама и пр.). И вот он исследует большую область знаний и разносит в клочья практически все современные влиятельные теории. При этом главные его враги - Докинз и Мейнард-Смит. Оба - кабинетные теоретики, много сделавшие для того, чтобы их вымыслы стали восприниматься как настоящая биология.

Е.Н. Панов. 2012. Парадокс непрерывности: Языковой рубикон. О непроходимой пропасти между сигнальными системами животных и языком человека

Книга посвящена поведению животных, этологии. Построена как подробный разбор ряда примеров - примеров классических. Поведение ящериц, птиц, стрекоз, пчел - самые современные концепты этологии проверяются экспериментами и одна за другой классические работы опровергаются.

Общий способ работы: автор утверждает, что этологи приобыкли произвольно членить объект. Субъективность входит в их исследование таким способом, что они говорят: такой-то поведенческий акт, который мы выделяем, имеет такое-то значение - давайте проверять. Проверяют и находят статистические подтверждения. Автор утверждает, что таким методом можно, как в подвале дона Рэбы, доказать что угодно - что люди ходят на ушах и что они ходят на боках. Он проводит количественные учеты - поз, поведенческих актов, времени их исполнения - и раз за разом показывает, что выделение самих поз произвольно, что в реальном поведении имеется континуум, позы перетекают друг в друга, демонстрации крайне редки, сигнальные позы с детерминированным ответом не могут служить моделью поведения животных. Скорее, ситуация иная: имеются внутренние мотивации, которые при напряжении разряжаются в поведении.

Можно так сказать: мейнстрим полагает, что есть сигнальные крики, а Панов говорит, что есть эмоциональные вскрикивания. У животных не язык, это и не совсем сигналы, они могут работать как сигналы, но эта сигнальная функция возникает в континууме поведения как результат самосборки, поведение вызревает у каждой особи, применяясь к ситуации и в зависимости от прошлого опыта, это не врожденные демонстрации и врожденные на них ответы, а результат эндогенного возбуждения и обучения.

Полкниги отдано этому подробному и четкому опровержению ходячих этологических мифов. Пожалуй, симпатией автора пользуется только "гидравлическая модель" Лоренца (переполнение резервуара возбуждения - разряжение напряжения с помощью некоего действия: как в недоумении мы чешем затылок или ерошим волосы). Все прочие объяснения - Тинберген и его школа, и тем более современные выученики Докинза, все эти Гамильтоны, родственные отборы и прочая штука - все это идет в мусор.

А вторая часть книги - еще более вызывающая. Панов показывает, что то, что у обезьян - совсем не язык. Нет у животных языка, между нами пропасть. Он говорит - после подробного разбора и критики всех этих известных вещей с бонобо и пр. - что мы видим пропасть между животными и человеком; понастроены мифы о мосте и переходе, который якобы обнаружили. Много наговорено о языке обезьян, это надо разрушать, это научный миф. Сам автор сильно сомневается, что мост можно построить - и в любом случае пока не ясно, как.

Из всего этого видно, какая интересная книга. Это внутринаучная, рациональная критика ходячих научных теорий. То, что бывает так редко, хотя все говорят, что это должно быть и и чем больше, тем лучше.

Со своей стороны, скажу только об одной детали. Панов проходит по примерам и обрушивает все эти поведенческие мифы. Излюбленный его пример - язык пчел. Показано (это, в свою очередь, классические работы), что никакого языка нет, виляющий танец на сотах и прочая штука - не несут сигнальной функции. Детали я обсуждать не буду. Для Панова это архетипический пример - сто лет держался внауке миф, дана Нобелевская премия, до сих пор результаты используют в учебниках, всякую чушь пишут лингвисты и прочие любители поведения, а на деле - всего лишь авторитет крупного ученого, который ошибался и не умел чисто ставить опыты. И - множество повторений, цитирований, проверок, подтверждений... Все - фикция. Панов говорит: и прочие примеры обычно такие же. Один ошибся, другой увидел своими глазами, потому что не умеет смотреть, все публикуют результаты, толстые книги, десятки лет работы науки - весь ХХ век - псу под хвост, одна болтовня.

Но что интересно - виляющий танец у пчел есть. И человек по нему может восстановить, где находится кормушка. То есть - с точки зрения Панова - ситуация такова: животные в самом деле имеют очень сложные формы поведения, но те значения, та адаптивная роль, которая этим формам приписана - вымысел, животные не используют эти позы и движения как сигналы.

Я попробую привести выдуманный пример, который пояснил бы суть проблемы. В больших городах иногда наблюдаются люди, которые сидят на земле и перед ними лежит головной убор, или банка, или иная емкость. Есть старинная мейнстримная гипотеза, что это поведение - демонстративное сидение - нищенство - является выпрашиванием средств к существованию со стороны бедных особей, которые так демонстрируют перед богатыми и обеспеченными особями. Что делает Панов? Как он опровергает мейнстрим? Он хронометрирует поведение нищих и прохожих (напомню, это - моя объясняющая фантазия, такого в книге нет). Он доказывает, совершенно неопровержимо, что очень немногие прохожие реагируют на позу нищего. То есть нельзя говорить, что поза нищего вызывает в прохожих ответную реакцию - дать деньги. Деньги дают очень редко, и часто получение денег сопровождается другими актами коммуникации (обмен репликами и т.п.), т.е. простое сидение не детерминирует получение денег. Далее, хронометраж поведения показывает, что нищие не так бедны - отсидев свое, многие показывают формы поведения, характерные для не слишком бедных людей. Сравнение достатков прохожих и нищих показывает, что иные подающие беднее, чем те, кому они подают.

Короче, таким способом Панов разрушил бы объяснение про демонстративную позу у нищих, которая якобы заставляет подавать. А теперь - что, мне кажется, отсутствует в аргументации Панова. Подают нищим не все подряд, а особенно жалостливые. В популяции людей есть распределение по качеству, которое можно назвать жалостливостью, и разным нищим подают одни и те же особенно жалостливые особи, причем есть смена настроений, так что особь может от своих жизненных обстоятельств оказаться в жалостливом настроении. - То же про пчел. В популяции пчел есть различие между индивидами. 20% тупых, 10% талантливых, остальные середняк. Многие "интеллектуальные" задачи, которые решают пчелы в работах экспериментаторов, решают не все пчелы, а именно талантливая часть популяции. Это по определению совсем не каждая пчела, а примерно 1 из 10. Может быть, на виляющий танец умеют реагировать только талантливые. Такие результаты можно предположить, если разбираться в известных опытах Лопатиной на пчелах. А как был опровергнут у пчел "виляющий танец"? Кроме работ Веннера, важными стали работы одного японского профессора, который с огромным упорством записал на видеопленку все поведение двух пчел. Целиком, все, что делали на сотах. И доказал, что они не реагировали на виляющий танец сборщиц. Однако, если верно про индивидуальные различия, японцу не повезло выбрать правильных пчел. Эта задача не решена - в поведении животных не разработана концепция индивидуального поведения, индивидуальных различий. Эта концепция пока только возникает, и ее не очень любят - загробить ее легко, любая статистическая, усредняющая обработка результатов разрушает саму задачу. Между тем есть индивидуальные различия в семье, скажем, рыжих лесных муравьев. В разведчики территории идут те, кто индивидуалист и не любит работать в группе, общаясь все время с другими муравьями. Коллективисты идут в фуражиры, весело проводя время в командах по сбору пищи, в фиксированных действиях, а индивидуалисты идут в разведчики, их около 1% на муравейник - эти поодиночке обходят незнакомые территории, потом приходят в муравейник и передают инфу. Таких историй масса, и я специально взял муравьев и пчел, чтобы было яснее - для позвоночных, для млекопитающих и птиц такое поведение еще более характерно. сейчас начали изучать индивидуальное поведение у птиц, и там ожидаемые результаты - индивидуальная память на участки, знание особенностей именно данного места, которым отец, скажем, делится с детьми, и прочие такие дела. Критика Панова не учитывает все эти индивидуализирующие моменты. Может быть, с их помощью удалось бы спасти хоть что-то - потому что сейчас, если считать правым Панова, практически все объяснения форм поведения разрушены.

Ведь сигналы в самом деле есть. То есть - некоторые формы поведения животных несут информацию, которую может считывать человек-наблюдатель и предсказывать дальнейший ход взаимодействия или индивидуального поведения. Панов говорит: ну да, человек иногда может, а вот - судя по статистике хронометража - партнеры по коммуникации, животные, не извлекают этой инфы из поведения "сигнализатора". Так что это - артефакт наблюдения, это результат того, что наблюдатель такой умный, а не того, что у животных есть информативные сигналы. То есть язык животных - это то, что наблюдатель описывает как язык, потому что он сам обладает языком и не умеет понять, как это - быть без языка. Наивные антропоморфизмы переполняют научные статьи о поведении животных, и самые вычурные рациональные гипотезы, подвергаясь неуклюжей статистической обработке, служат бесчисленным авторам источником сенсаций - тут тебе и сложные расчеты собственного родительского вклада, и обман с хитростью у амеб, и всякие многоэтапные стратегии воровства у птиц, и брачные измены, строго рассчитанные по генетическому вкладу...

То есть получается - вопрос: зачем у животных такие сложные формы поведения? Это - классический вопрос, ответом на него была теория Дарвина. Мы видим сложнейшее устройство живых форм - как это получилось и зачем это всё? Долгое время считалось, что ответ у Дарвина: отбор, приспособленность и поехали дальше. Панов показывает: это враки, это не доказано, это в головах теория, фактов под нее нет. Зачем же эти формы? Вопрос стоит такой же огромный, непонятный, как и ранее. Больше ста лет работы науки - и мы примерно в той же позиции, что были в середине 19 век. Знаем, конечно, намного больше.

Нельзя сказать, что мы не движемся вперед,
И в то же время нас никто не обгоняет.

Это совершенно удивительное положение дел. Обычно люди не настолько смелы, чтобы высказывать те вещи, которые показаны в книге Панова. Или - глуповаты, и срываются в риторику. Панов всюду держит марку: яростная критика идей и тщательное следование фактам. Это очень интересно читать - и продумать, кто где заблуждается.

Однако замечу: это в вольной рецензии я позволяю себе такие завихрения. Панов работает только в рамках этологии и критикует не Дарвина, а классиков этологии с адаптационистскими теориями. Вся теории эволюции в целом и идеи Дарвина им не упомянуты - работа подчеркнуто специальная, никакой огульной критики "всего".

Некоторые всем известные концепции о поведении, которые опровергаются в книге:

танец журавлей


кивание агамы


самцы стрекоз охраняют территорию


танец пчел


язык обезьян, которые аж даже между собой беседуют на языке жестов

в одном стиле танцуют, через времена и культуры - с 4 века и посейчас одними движениями

Безымянный гений разобрался в том, почему USB-кабель часто вставляется на третьей попытке; казалось бы, там всего две возможности, как же так получается? Оказывается, работают глубокие принципы квантовой механики:



До первой попытки кабель находится в суперпозиции двух своих возможных ориентаций. Первая неудачная попытка схлопывает волну и заставляет кабель выбрать конкретную ориентацию (а может, не сама попытка, а взгляд на кабель после нее). Но эта ориентация необязательно будет неверной (или верной) относительно входа; мы переворачиваем кабель и пробуем еще раз, и эта вторая попытка тоже может быть неверной, зато тогда уж третья - наверняка.

Есть тут небольшая натяжка (почему первая попытка должна закончиться неудачей? т.е. эмпирически это всегда так, но почему должно быть теоретически?), но в целом ясно, по-моему, что мы на верном пути к пониманию этого сложного феномена.

Вообще USB - это невероятная какая-то история. В конце 20-го века, когда, казалось бы, важность дизайна уже стала общим местом, несколько ведущих технологических компаний (в которых работает немало талантливых дизайнеров) вместе придумывают такое подключение, что не получается с первого раза, не задумываясь, вставить правильной стороной. Какой-то, извините, гигантский фейл.

LoL by: Unknown (via Walt the Cat)

Tagged: imaginary , fight , octopus , comic , Cats Share on Facebook

Gif your butt (!) over to Animal Gifs for MOAR cyoot and funneh on loop!

Submitted by: Unknown

Tagged: float , gif , bath , hedgehogs Share on Facebook

Alice Finch made this preposterously-detailed LEGO model of Hogwarts using more bricks than you can count!

Submitted by: dolf1nluvr (via Laughing Squid)

Tagged: Harry Potter , lego , nerdgasm , g rated , win Share on Facebook

И когда клиент, разомлевший от наваристой ухи и куска кулебяки с визигой, судаком и яйцами, от говядины с соусом из соленых рыжиков, от блинов, огнедышащих всеми своими бесчисленными порами, от душистого чаю с чабрецом и вареньем из грецких орехов разомлеет, оплатит счет, оставит щедрые чаевые и уж потянется к коленке своей дамы, чтобы увести ее танцевать – вот тут вынести ему на подносе рюмку водки на посошок, а к ней маленькое серебряное ведерко, в котором во льду будет стоять чуть больше водочной рюмки запечатанная стеклянная баночка авторской работы с единственным соленым огурцом внутри. И, наклоняясь почтительно к клиенту, сообщить, что огурчик этот урожая нынешнего года сорван на огороде пенсионерки Настасьи Филипповны, проживающей в Луховицком районе Московской губернии. Сама бабка Настасья является потомственной огуречницой в десятом или даже в пятнадцатом колене и предки ее еще к столу Иоанна Грозного поставляли соленые огурцы, а огурец в красивой банке соответствует еще советскому ГОСТу, утвержденному членом Политбюро ЦК КПСС товарищем Микояном. Он (огурец, а не Микоян) ровно на два, а не на полтора или на три укуса и на его боках не больше и не меньше как сто пятьдесят плюс минус два пупырышка в соответствии с этим самым ГОСТОм. Тут надо достать баночку изо льда, отереть влагу белой крахмальной салфеткой и показать клиенту плавающие в прозрачном, как горный хрусталь, рассоле огурчик, резной смородиновый листик, миниатюрный, точно складной, зонтик укропа и крошечный, еще молочный, зубчик чеснока. Затем, с легким хлопком, открутить крышку и специальной серебряной вилочкой с тремя зубчиками достать огурец и на ней поднести его клиенту, а уж он… поздно вечером следующего дня заявившись домой, скажет жене: - Нет, дорогая, ужинать сегодня не буду. Сил нет даже на еду. Это был какой-то кошмар, а не командировка. Всю последнюю ночь вкалывали на объекте. Еле на поезд успели. Чтоб я еще раз поехал с этими идиотами из технологического отдела… Спать, спать, спать… Кстати, уже перед самым отъездом, в буфете на вокзале, случайно заметил соленые огурцы в крошечных презабавных банках. Купил тебе огурчик полакомиться. Я бы и два взял, но уж больно дороги, а суточные теперь дают такие…

Первая в этом году прогулка вдоль Темзы (из места, где закончилась предыдущая, вверх по течению, ~30 км).




Пятна-на-Темзе приветствуют несколько мрачноватой табличкой у станции:




Церковь Св.Петра (судя по фотографии на официальном сайте, в немногочисленные летние солнечные дни здесь гораздо лучше):




Темза зимой. +4°C, пасмурно.






Лебедь совершает посадку:




До Виндзора каких-нибудь 15 км:




Хтонического вида статуя цапли (?):




Набережная с мостом 1832 года постройки:




Гостиница с пабом внизу:




Мостик на частный остров:




Мини-кабриолет в неплохом состоянии (Austin Mini 1000, изначально переделанный мастерской Crayford где-то в районе 1975 года и недавно восстановленный):




Срезать через M25 Runnymede Bridge было не самой хорошей идеей — похоже, убирают здесь редко, из-за забора с трассы этого мусора не видно:




Шлюз Bell Weir:






Швартовочные фиговины для лодок и катеров разных размеров:




Кирпично-фахверковый комплекс:




Старый почтовый ящик:




Барабан для задавания ритма гребцам:




Цены за парковку лодок на этом участке:




Старый Виндзор — небольшая деревня в пяти километрах от «нового» Виндзора (куда после постройки там замка еще в XII веке переместилась значительная часть здешнего населения).




Тюдоровские дымоходы:




Угроза потопа миновала:




Конно-спортивная школа:




Второй из двух мостов на Темзе с одинаковым названием "Albert Bridge" (первый — в Лондоне):




Уже виден Виндзорский замок:




Земля на том берегу Темзы — владения короны, о чем напоминают небольшие таблички через каждые 100 метров (как и о том, что незаконное проникновение на территорию является уголовным преступлением). Заборов нет, охраны не видно.




На этом же берегу пейзаж гораздо более уныл:




Victoria Bridge c запертой калиткой — черным ходом на королевские земли:




Jaguar XJS 3.6 (1986) в естественной среде обитания:




В небе видны самолеты, заходящие на посадку в Хитроу:




Про Виндзор я как-нибудь отдельно напишу, материала уже накопилось достаточно.




Одна из двух железнодорожных станций (отсюда поезда ходят до London Waterloo, а со второй, хоть и с пересадкой, но быстрее можно попасть на London Paddington):




Мост, соединяющий Итон и Виндзор, в теплое время года обычно забит туристами:




Телефонную будку напротив замка перекрасили — Кейт с коляской:




Вид со стороны парка Brocas:




Стоимость швартовки:




Еще через километр стоянка уже бесплатна:




Заготовили дров и возвращаются на лодку:




Напротив ипподрома когда-то находилось место для купания учеников Итонского колледжа:




На обратной стороне мемориального камня — выписка из правил:




Распутье (по "bridleway" можно верхом на коне, на "footpath" — нельзя):




Церковь Св. Марии Магдалины несколько нетипична — с деревянной башней, стены датируются XII веком. В 1975 ее планировали снести, но в результате передали местной благотворительной организации для восстановления. Здесь нету постоянных прихожан и священника, ключи можно получить у дежурного на соседнем шлюзе.




Гостиница Oakley Court использовалась для съемок нескольких фильмов ужасов:




Нырять запрещено:




Что за собаки, не уточняется (может, той-терьеры какие-нибудь):




Унылый, но функциональный мост М4:




К этому времени уже совсем стемнело, я практически ничего не фотографировал. Перила из весел:




Конечная точка маршрута — Maidenhead Bridge (построен в 1777, проезд был платным до 1903 года):

Submitted by: Unknown

Tagged: multiple choice , test , math , g rated , School of FAIL Share on Facebook

Про рассказы Николая Носова:
http://svpressa.ru/blogs/article/64720/

- Станислав.
- Это Стасик тот же?
- Ну да.
- Так и говори нормально. Стани-слаааав – чо за хуйня?
- Не кривляйся. Стасик. Но я отзываю уже. Того мудака-пионера, что в меня снегом кидал, когда мы подъем с ледорубом отрабатывали, помнишь?
- Ну да.
- Вот он Станислав. Так что на хуй.
- Еще на Украине, откуда у меня родственники, стасиками тараканов зовут.
- Не пиздишь?
- Не. И дураков тоже. Дед мой, как на музыкальный канал телевизор переключит, задержится на минуту и, если там мужик поет, говорит: «От стасик, бля».

- Виктор.
- Не. У меня во дворе Витек есть. На шестерке ездит. Ну такое мудло. И одноклассник еще. Тоже пидарас. Все доебывался до меня, доебывался, а в девятом я его в сортире отмудохал, чуть нос ему не сломал.
- Ну ок. У меня, в общем, тоже какой-то дальний дядя Витя есть. Алкаш.
- Артур.
- Ну неееее. Со мной в литкружок один ходил во Дворце Пионеров. Бездарность.
- Да ты же тоже бездарность... Но хуй с ним, с Артуром, да.
- Георгий.
- Ша, Жора, подержи мой макинтош.
- Георгий Победоносец, але.
- Да все равно. Начальник у матери на работе Георгий. Ебанат. Четвертый месяц зарплату задерживает.

- Ты, кстати, пиздеть – пизди, но лопатой-то ворочать не забывай.
- Я не забываю.
- А то я не вижу.
- Бля, да только что остановился, перчатки поправить. Хули ты бычишь?
- Я не бычу. Раз приехал, так помогай.
- Да ну ща все будет, не вой. Можешь тоже передохнуть. Или давай покурим.
- Пятнадцать минут назад курили.
- Ну и чо, не жить теперь?
- Ладно.
- Прохладно. Сигарету дай. Покурим, и дальше перекапывать.
- Держи уже, стрелок. Лопату воткни лучше, а то нагибаться потом. И так спина болит.

Мы закурили и оперлись ладонями на воткнутые в землю лопаты. Сигареты между пальцами, зачехленными в белые хозяйственные перчатки, выглядели умилительно тонкими, но зато имели непередаваемый словами прекрасный вкус перекура во время физического труда на улице. По почти чистому небу осторожно летел самолет. Бабушка смотрела на нас из-за забора огорода не совсем одобрительно, но отец что-то сказал ей, и она отвернулась. У нас впереди было еще часа два для размахивания садово-огородным инвентарем – за предыдущие два мы осилили только половину выделенного нам участка. За каким чертом бабушка вообще купила этот второй участок по соседству со своим основным – бог весть. Никому давно не нужна была эта дурацкая картошка или что там. Но купила, а значит – надо было копать. Перекапывать.

- А зачем мы вообще это делаем-то, а?
- Ну я не знаю. Потом, наверное, ямки, в ямки навоз, на него картоху проросшую, засыпать. Ну в прошлом году как-то так, кажется, было. На третьем участке.
- Еще и третий есть?
- Ага, давно.
- И туда тоже пойдем?
- Да я не ебу. Какая тебе разница. Сказали копать – копай. Скажут на третий идти, пойдем.
- А он далеко отсюда? Или тоже тут где-то?
- Не. Он далеко. Я даже хуй помню, где. Проходную нерабочую видел, когда сюда шли?
- Ага.
- Ну вот за ней где-то еще километра три.
- Бляаааа.
- Да не ной. Потом дома пива выпьем, телик посмотрим. В карты поиграем. Ирка жрать приготовит. И, может, даст кому-нибудь. Нормальный дачный отдых.
- Ладно, давай продолжим уже.
- Поехали.

Мы продолжили копать. То есть перекапывать. В общем, рыхлили землю. Бабушка была моя, а участки ее. Мы с Егором по давней советской традиции приехали помочь на майские праздники. Почему приятель не отправился удобрять посильным трудом участки своих собственных родственников, не помню. Но так как-то получилось.

Неподалеку от бабушкиной поселковой квартиры пустовала дача другой моей родни, и не было необходимости толпой ютиться в двух бабушкиных комнатах. Поэтому мы взяли с собой Ирку – симпатичную чуть пухлую знакомицу, которая, кажется, испытывала некоторый интерес… мы так и не смогли решить к кому из нас.

Было довольно прохладно, Ирка осталась на даче читать, гулять по маленькому участку и готовить. А мы ворочали лопатами в довольно твердой земле и играли в имена. Игру мы придумали еще в электричке по дороге. Когда в магнитофоне сели батарейки и наслаждаться скрипом, который мы в те годы считали за музыку, не стало возможности. Правила были проще некуда. Называлось имя, а потом инспектировалась память на предмет неприятных ассоциаций. Если таковые находились, то имя отметалось как абсолютно неподходящее для будущих детей.

- Саша.
- Мы же простые все перебрали уже.
- Да. Но Сашу упустили, кажется.
- Не-е-е. Ну хуйло с третьего этажа. Помнишь, орал на нас, что мы ему на простыни на балконе пепел трясем.
- Аааааа, точно. Точно, говорил уже.
- Анатолий.
- В пизду Анатолия.
- Чего это?
- Анатолий меня на работу не взял на прошлой неделе.
- Это в журнал тот?
- Да.
- Так ты в резюме напиздел.
- Он не поэтому. Из-за отсутствия высшего образования.
- Так ты же учишься…
- Ему законченное подавай. На такие копейки причем.
- Хуйло, да. Ну ладно.

- Кирилл.
- Ты ебнулся, что ли?
- Чего?
- Бля, ты серьезно?
- Серьезно. Чего Кирилл-то?
- Ну так-то он у меня Лизу увел, если ты не заметил.
- Вы же вроде помирились. Да и не увел…
- Помирились. Это не значит, что я забыл.
- Ох…
- Ну и ок, не то чтобы увел. Но мог бы не подхватывать, в общем-то, она ему не особенно нужна, а мне, знаешь ли, от этого слегонца хуево.
- Ой, да ладно. Давай без драмы.
- Хуямы. Если Кирилл, то тогда и Ивана возвращаем.
- Нет.
- Двойные стандарты.
- Нет. Иван вам всем никто, он мой личный враг, за Наташу. А Кирилл свой все-таки, можно простить ради дружбы.
- Я простил. Но в честь него будущего сына называть – в рот я ебал. Закрыли тему.
- Ладно.

- Леонид.
- Да ты, блядь, нарочно что ли?!
- Да сейчас-то чо?
- Через плечо!
- Да серьезно?!
- Петренко.
- Бляа-а-а-а-а. Слушай, ты какой-то совсем нервный на этот счет.
- А ты в болевую точку главную не бей.
- Это в Лизу?
- Это в Лизу!
- Слушай, ну ладно Кир, но с Петренко у них даже и не было, кажется, ничего.
- Какая разница? Он к ней продолжал яйца катать, когда мы уже вместе были.
- Господи. Хуй с тобой. Леня идет в пизду.
- Идет.

В конце концов, участок был перекопан полностью примерно тогда, когда у нас иссякла память на мужские имена. Мы посмотрели на дело рук своих, сняли печатки и устало побрели к валявшемуся неподалеку бревну. Ссели и закурили. Небо к тому моменту затянуло облаками, в поясницы неприятно дуло. Непередаваемый вкус сигарет сменился тяжелым неприятным дымом в пересохших глотках. На самом деле и курить-то особо уже не хотелось, но дань привычке.
- Ну и дальше чо? – спросил Егор.
- Да хуй знает. Ща докурю и пойду спрошу.

Я даже не стал докуривать. Сделал еще две затяжки и втоптал бычок в землю изгвазданным кроссовком.
- Бабуууль, - заорал я еще на подходе к калитке.
Бабушка разогнулась где-то в середине огорода.
- Мы все, чего надо еще?
- Нууууу, тут бы…
- Мам, отпусти уже ребят. Три часа лопатами ворочали, остальное мы тут с тобой сами, - вступился за нас отец.
Бабушка немного подумала и согласилась:
- Ладно, идите тогда. Только одно вот.
- Чего?
- Ванну надо будет ночью перенести…

Я на несколько секунд удивленно замер.
- Только когда ее лучше-то…
- Чего?!?!?!
- Ну тут Машка с соседнего участка померла. А у нее там ванна отличная для воды. Мне бы ее. Но днем нехорошо на виду у всех…
- Спереть что ли?!
- Не спереть, а взять. Ей-то она без надобности.
- Ох… Хорошо. Когда приходить?
- Так. До ночи тут еще сторожа от завода могу проходить. Приходите к двенадцати. Туда. В квартиру. Чаю выпьем и пойдем вместе.
- Л-ладно…

Ирка приготовила суп из всякой разнокалиберной хуйни, которая нашлась на дачной кухне. Вполне себе вкусный. Впрочем, как известно, после въебывания на свежем воздухе (и перед холодным пивом) можно даже подошву от кеда сожрать с удовольствием. За обедом мы вяло допинали еще пару мужских имен, которые вспомнились. В конечном итоге решили мальчиков в женщин не выпускать вообще или просто имен не давать. «Тебя как зовут?» «Егорыч» «А имя?» «Нету имени». В комнате было жарко, печь топить не понадобилось, хватило дыхания и пары обогревателей. Телевизор блажил какой-то откровенной херотой, и мы наметали карт.

- Света.
- Ну Свету просто за рифму можно выкидывать. К чему ребенку это мучение?
- Это какую же?
- Звезда минета, неуч. Ладно – книжек не читаешь, так хоть стены в сортирах не игнорируй, там иногда мудрости встречаются.
- Ебаться-сраться, какой ты умный.
- Ну тебя-то поумнее.
- Мальчики, не ссорьтесь.
- Да мы шутим, Ир. А вот Ира, кстати.
- Погоди, я все равно не согласен на удаление из-за рифмы.
- Светлана Васильевна, физику у меня вела. Три в году ни за хуй.
- Уже аргумент. Ладно, к Ире возвращаемся.
- А чо я-то?
- Ты с кем из нас сегодня спать будешь?
- Одна.
- Точно?
- Точно.
- Тогда Иру вычеркиваем.
- Скоты.
- Ну, немножко.
- Если б множко, я бы с вами не поехала.

- Вера.
- Вера… Помнишь, Веру мы встретили во дворе у меня прошлым летом?
- А. Которая купаться с нами обещала поехать.
- Ага. И пропала.
- Ну так вычеркиваем, конечно.
- Вот-вот.
- Надя.
- Я в детстве в одну Надю влюблен был очень. А она сучка оказалась.
- У тебя истории, не касающиеся твоего хуя, есть?
- Эта не касается. Нам по 8 было. Хуй еще не участвовал.
- Принято.
- Я посуду пойду помою...
- Мы помоем, Ир, ты готовила. Сиди спокойно, лучше имя дай.
- Вика.
- Швею помнишь из цеха, Вика. Блядища же. Она еще вечно в курилке истории травила, как кому дала.
- Да, Вику нам не надо.
- Придурки. Подруга моя лучшая – Вика.
- Ну прости.

- Слушайте, а вы долго еще в это играть будете?
- В карты? Или в имена?
- В имена.
- Ну, пока не переберем все, что вспомним. А чего?
- Да поднадоело.
- В одни карты скучновато. Надо чем-то дополнять. Можем без имен. В карты, но на раздевание.
- Не буду я на раздевание.
- Окей. Тогда просто грудь покажи, и мы про имена пока забудем.
- Ох, я все-таки пойду посуду помою.
- Ну хоть одну! Одну сисечку!
- Все-все, я мою уже.

Ирка загрохотала на кухне посудой. Я подошел к окну, за ним качались грустные кусты черноплодки. Я протер мутноватое, чем-то заляпанное стекло рукавом и прислонился лбом. Чуть сощурившись, можно было разглядеть, как за черноплодкой и редким забором на крыльце соседней дачи курил мой товарищ по детским играм Максим. Я помахал Максу рукой, он не увидел.
- Да, кстати, Максима проговаривали?
- Ага. Сосед деда моего на Украине. Пидор, который куриц спиздил. И твой какой-то друг детства, который, как водится, то ли тоже бабу у тебя увел, то ли что-то в этом роде.
- Не, этот просто склеил Инну, которая мне очень нравилась. Я от обиды, но все равно.
- Все равно, да. А вот что с Инной!
- Что с Инной, да?!
- О, ну дай вот хоть раз в твоей роли выступлю. Инка мне не дала. Помнишь, тощая такая, с нами прошлой осенью пила пару раз?
- Ага.
- Ну вот обещала-обещала. И сгинула.
- Принято.

- Лизу, я так понимаю, не трогаем?
- Верно понимаешь.
- А если отвлечься от всего этого? Ну бросила она тебя. Ну сдуру с Кирей связалась. А, может, и не сдуру, кстати…
- Я ее, кажется, еще люблю…
- Ну тем более же.
- Не, Егор, правда, тяжело. Я же не вру.
- Я понимаю…
- Ну что-то не очень заметно.
- Ты всю игру своим нытьем портишь просто.
- Наташа?
- Ответный удар, да?
- Да, да.
- Хорошо, я понял. Только Лиза с тобой как пизда не поступала, надо отметить. И не трахалась у тебя за спиной еще с тремя.
- Слушай. Просто не Лиза и не Наташа, хорошо?
- Хорошо.

Из кухни вернулась Ирка, вытирая руки замызганным полотенцем:
- Сиськи не покажу, на раздевание играть не буду, сплю одна. Что вы там еще придумаете на этот счет – тоже нет. Карты поднадоели. В игру свою играйте, раз уж остановиться не можете, но давайте что-нибудь параллельное придумаем, а? Весь день же одна тут просидела, скучно.
Я вспомнил, что у деда на даче всегда можно было найти по углам до десятка велосипедов.
- О, а давайте на великах прокатимся!
- А есть?
- Есть. Дедушка всегда их тут тоннами хранил. Надо только поискать везде.

Получасовая экспедиция по закоулкам дачи дала следующие результаты. На чердаке велосипедов не было. В чулане на втором этаже был один, но без переднего колеса. В чулане на первом этаже – без заднего. В сенях покоилось примерно полтора – разобранных до винтика. От секретной комнаты мы не нашли ключ. В сарае пылился старый зеленый мальчуковый «Орленок», на котором катались за три десятка лет мой дядя, мой двоюродный брат, моя тетя, моя двоюродная тетя и я. Впрочем, ни древность велика, ни необходимость накачивать ему колеса, ни его единственное число нас не остановили.

На улице давно стемнело. Дачный поселок освещали редкие фонари, располагавшиеся только на ровных участках грунтовых дорожек. Ямы с говнищем таились исключительно в темноте. Мы подвесили на руль магнитофон с замененными батарейками и совершили по нескольку заездов метров по 500 – до колодца и обратно. Магнитофон упал и перестал играть, но мы на него не очень обиделись.
- Хорошо тут, - сказала разрумянившаяся Ирка.
- Нормально, я привык, мы тут даже жили когда-то. Совсем, постоянно, не как на даче.
- Давно?
- Ну я совсем мелкий был. В сад здесь ходил. Мне там чуть глаз не выкололи и пуговицу от шубы откусили. Мишка. Вот, кстати, еще один минус Михаилу.
- Ну блин, так хорошо час последний без имен ваших провели!
- Ты же не протестовала.
- Ну да. Но вы как-то успокоились с велосипедом этим. Я и обрадовалась.
- Молчу, молчу.
- Не молчи, имена не называй.

Мы, не спеша и разговаривая о каких-то незначимых мелочах, дошли до карьера, обошли его и направились обратно к даче. Я катил грохотавший своим пенсионным возрастом «Орленок» у левой ноги. Небо снова очистилось, и луна освещала недоступные фонарям зоны. Свет в домах почти не горел, и казалось, что мы тут совсем одни. Было прохладно, мы с Егором по-братски, без эротического подтекста обняли с двух сторон Ирку, она благодарно склонила голову Егору на плечо. Я улыбнулся.

Дом встретил электрическим теплом. Ирка на скорую руку наметала яичницу с колбасой и овощами на ужин. Выпили по кружке пива.
- Я устала.
- В смысле?
- Спать пойду.
- Да ладно тебе!
- Не, правда устала.
- Одна пойдешь?
- Ой, ну хватит уже! Вы тоже ложитесь, кстати.
- Нам через пару часов ванну пиздить.
- Что?
- Да бабушка попросила помочь спиздить чугунную ванну с соседнего участка.
- Ха! Ладно, завтра расскажете.
- К тебе точно потом подлечь нельзя ночью?
- Точно, точно.

- Ну а мы что делать будем?
- Как что? На раздевание играть!
- А, ну да. И как я не подумал?!
- Да я серьезно. Хули нам терять?
- Ты же играешь хуево, я тебя сделаю как ребенка.
- Ну, сделаешь и сделаешь.
- А конечная цель?
- Курить на улицу пойдем. Кто проиграется, соответственно, голый.
- Благородно. Сдавай.
- По четыре вещи, чтоб не затягивать. Носки, трусы, штаны, майка. Без этой бабской хуйни со снятием десяти колечек по одному.
- Ясное дело. Джентльмены же играют!

- Женя.
- Евгения?
- Ясен хуй.
- Я в целом нормально.
- А Половникова, я тут подумал?..
- А чего она? Хорошая же.
- Да. И сиськи еще прекрасные. Только безвольная она совсем и, не знаю, как сказать... жертва. Ее пнуть хочется любому, кто вообще пинать не прочь. Киря ее бросил не очень-то красиво. И Лизу подхватил. Половнику дурно, а все рано делает вид, будто все ок. Но при этом, бля, ну не знаю, как объяснить. Ее жалко по умолчанию, вот. Даже когда ничего не происходит. А уж когда происходит…
- Опять ты к этому все свел. Я не понял, что ты сказать хочешь. И, кстати, ты же с ней тоже спал.
- Да вот и я тоже гондон. Но меня мы еще днем вычеркнули.
- Это как получилось-то?
- Ну как-то вычеркнули.
- Я про тебя и Половникову.
- А. Сам не понимаю. Дурак. И козел. И бездарь еще. Секс для нее, полагаю, ужаснейший был.
- Да не кори себя уж... Или кори. Вычеркиваем. И, кстати, я вышел, великий игрок, сымай штаны.

- Так, раз в эту степь зашли, давай сразу. Нина, Маша, Даша?
- Триумвират какой-то.
- Ну не придуривайся. Лизины и Женины подруги.
- Да не, ну я не настолько ебанутый же все-таки. Можно отдельно рассматривать.
- Да начали уже.
- У Нины комплексы про внешность. Вагон целый.
- Да, я заметил. Отмели. Маша, по-моему, дурочка.
- Да нет. С чего ты решил. Ты же ее не знаешь совсем.
- Так она в тебя влюблена была.
- Вот аргументище, да!
- Не принимаешь?
- Да… принимаю.

- Про Дашу сам говори.
- Да хули тут говорить.
- Ну у меня претензий нет. Не только к ней, а к Дашам вообще.
- Убираем, убираем.
- Жду подробностей. Правила игры.
- Ну блядь, тебя бы первого апреля бросили!
- Хахахаха. А, да. Действительно.
- Охуеть роман. С восьмого марта по первое апреля. От подарка на женский день до первоапрельской шутки.
- Зато красивая. Можешь собой гордиться.
- Да и все равно Лизу уже любил.
- Любил Лизу, ебал-то Дашу.
- Да не было ничего особо, забей.
- Совсем?
- Почти. У нее все это время другой мужик был. Мы с ним даже один раз вместе у нее в гостях сидели, и оба ничего не поняли. Как развела – не понимаю. Вот за такие таланты и выкинем.
- А что за мужик?
- Брат ее подруги, Леры. Леру тоже на хуй. Злая и толстая.
- Лера у меня тоже знакомая есть. Тупая очень. Да, вычеркиваем. Но ты, кстати, трусы-то долой.
- Ничья же!
- Последняя рука!
- Джентльмены же!
- Ну тогда мы оба все. Пошли курить.

Наши яйца моментально сжались в комки. Мы сели на корточки и прикурили. Градусник на облупившейся краске дома показывал «плюс три».
- Три градуса жары, блядь…
- Зачем вот мы сейчас так делаем, ты, часом, не знаешь?
- Да иначе скучно же. Чо тебе? Ща покурим и оденемся. И ванну пиздить пойдем. Потом вернемся, пива, и спать.
- И правда.

Мы немного помолчали.
- Мы Егора вычеркнули уже, да?
- Да давно уже, ты чо.
- Ну значит надо прикопать дополнительно.
- Чего вдруг?

Егор глубоко вздохнул.
- Сразу только не бей. Потом можешь, я не отвечу.
- Чего?
- Я тоже с Лизой спал. Один раз. Сам не знаю, как так получилось. Она в гости заезжала, ну и как-то вдруг. Глупо.
- …
- Вы уже не вместе были. Если б вместе, я бы и не подумал. Я не хотел говорить. Думал, все у вас давно, и ладно. Случайность, которую лучше стереть из памяти.
- …
- Не молчи. Я сейчас понял, после сегодняшних разговоров, что должен сказать. Если тебе до сих пор важно все про нее. Я гондон. Прости.
- …
- Бей уже.
- Да пошел ты.

Я резко встал, с силой выщелкнул пальцами окурок в крыжовник и ушел в дом одеваться. Егор пришел следом понурый. Мы молча натянули одежду и без единого слова прошли через поселок к бабушке, выкурив за 15 минут еще по три сигареты. Бабушкин чай чудовищно отдавал веником.

Ванная была тяжелая, как слон. Как три слона. Как сто слонов. Как молчание между нами с Егором.

Каждый взялся за свой край. Папа, бабушка, я, Егор. Мы поднимали этот убогий кусок чугуна, протаскивали метра четыре и роняли. Отдыхали. И снова. Отдыхали и снова. На пятом подходе у Егора соскользнули руки, и ножка ванны рухнула ему на ботинок. Пытаясь подавить крик, он зашипел:
- Ссссссссууууука, блядь, сссссука, бляаааааааааааааааа, пизззздецссссссссссссссссссс, ссссука…
- Тихо, тихо! – зашикала в ответ бабушка.
Я нервно засмеялся. Тащить надо было еще метров пятьдесят, не меньше. Я подумал об этом и нервно засмеялся еще сильнее.

Выговорить что-либо с этой нагрузкой оказалось делом сложным. Воздух со словами выходил комковато.
- Ммммммммммм. Нассстя.
- Что Настя? - спросил отец.
- Да я, Йййййегору, не обращай внимания. Нассссстя. И Ксссения.
- Ксссения мелкая, пока сложно сказать.
- Ну она симпатичная, ззззато.
- Да ну все равно, уййййй. Потом про Кссению решим.
- Хорошо, так Насссстя?
- Ой-ой, все, ставим, ставим!

Постояли молча. Мы с Егором выкурили по трети сигареты. Его. Мои кончились.

- Так шшшшшто с Настей-то?
- Думаю, блядь!
- Парни, вы чего, а? – поинтересовался отец.
- Пап, погоди, ой, ой, тихо все… А, не, идем.
- Нормально Нассстя. Нннннет возражений.
- Точно?
- Точнее некуда.

Мы в очередной раз уронили ванну на землю.
- А ты все-таки козел.
- Я знаю.
- Так чего Настя? – уточнила бабушка.
- Да ничего. Просто Настя. Хер с ней, с Настей. Тут чуть-чуть тащить осталось совсем. Давайте последний рывок. Или два. Или три.