Shared posts

23 Jul 05:34

Первый трейлер сериала «Американские Боги»

by Burn_1982
В сети стал доступен первый ролик сериала Брайана Фуллера по одноимённому произведению Нила Геймана:
23 Jul 05:43

Миры Говарда Филиппса Лавкрафта появятся на телеэкране

by Burn_1982
По рассказам Говарда Лавкрафта снимут телевизионный сериал-антологию. Миры Говарда Филлипса Лавкрафта покажут на тв. Портал Bleeding Cool сообщает, что Legendary TV разрабатывает сериал-антологию по мотивам произведений Говарда Филлипса Лавкрафта, включая такие истории, как «Зов Ктулху», «Морок над Инсмутом» и другие. Продюсерами шоу выступят Лоренцо Ди Бонавентура и Дэн МакДермотт, ...
08 Jul 16:44

Чудо рукотворное... Андрея Черкасова

Родился в Москве в 1957 г., в 1982 г. окончил Московский художественный институт им. В.И.Сурикова (мастерская профессора Ю.К.Королёва). Около 15 лет работал в монументально-декоративном искусстве, создавая проекты художественного оформления зданий в Москве, Юрмале, Тынде, Ельце — разных городах и весях большого и, казалось, нерушимого Советского Союза.
Но Союза, так же, как и заказчиков, не стало, и перед Андреем вплотную встал вопрос: "Что делать?". Тогда счастливый случай и привел его в мастерскую мелкой фарфоровой пластики. Несколько лет экспериментов с этим оказавшимся благодатным для художника материалом привели к тому, что Черкасов сумел создать свой неповторимый мир фарфоровых миниатюр.


Скульптуры, расписанные в творчески развитых традициях русской реалистической живописи, воскрешают перед зрителем хорошо узнаваемые улицы, церкви, усадьбы, дома старых русских городов вместе с их жителями. Мягкая, округлая пластика фарфоровых скульптур, теплая, роспись, производят настолько благотворное впечатление, что вызывают улыбку даже у самого угрюмого человека.


С 1993 года Черкасов занимается исключительно фарфором. Автор нескольких керамических составных макетов городского быта в различных техниках: синего (кобальтового) фарфора, декоративного прорезного с золочением, и многоцветного расписного – выполненных по собственным моделям в технике подглазурной росписи и фарфорового бисквита. Основные большие коллекции автора: «Дом», «Город. Зима», «Поместье. Лето».

Большая коллекция с полихромной росписью «Город. Лето» перекликается с другой известной серией «Город. Зима». Начинались они с отдельных самостоятельных и функциональных предметов: шкатулок, штофов, флаконов и просто фигурок в форме деревенских домиков. Благодаря сомасштабности, они могли соединяться в небольшие группы.

С самого начала это были изображения не каких-то реальных построек, а скорее, собирательный образ, воспоминания о российской провинции. На столе возникал новый город, но такой же, как сотни и сотни российских городов. И всякий, оказавшись в стороне от столицы, узнает в нем что-то знакомее с детства. И обитателей этого города можно было встретить повсюду – и двести лет назад, и пять: бабы и старики, девки и парни, работники и дети, попы и пьяницы, баре и крестьяне, собаки и кошки, лошади, гуси…

Центром экспозиции "Город" является старый кремль. Что-то в нем от московского: Троицкая и Кутафья башни, собор Двенадцати апостолов, церкви Ризположения и Благовещения. Но изображение не точное, не буквальное. Дворец формой окон и крыши напоминает московский, и сбоку от него что-то похожее на Оружейную Палату, но и неискушенный зритель найдет множество отличий. На кирпичных зубчатых стенах - местами виды Москвы, местами что-то иное. Словом, это не макет. А появилась эта группа моделей к выставке 1999 года в Оружейной Палате, ее более портретное изображение было выполнено по просьбе организаторов выставки.


У стен крепости - рыночная площадь с конкой, фонтаном, торговцами и городовым-участковым, зеваками, почтенными господами и медведем. Сбоку - набережная с пристанью, детвора на санках и лыжах, лихач в розвальнях, рыбак у лунки. За рекой - "промзона", тюрьма с "колючкой", железнодорожная станция с провожающими, "водокачка", конюшня, банька. На окраине слева - школа с гипсовым пионером во дворе, переезд на новую квартиру и грузовик у дверей, большой городской Собор. На другом конце - церковь с колокольней, крестный ход, уходящий из города странник- пророк. Автор не придерживается точного времени, потому что многое не меняется по- сути и за века, он не настаивает на сиюминутной правильности, старается увидеть сущностное, базовое, вечное, понятное всякому.

Все эскизы, идеи, рисунок росписи - придумываются автором на каждом новом предмете заново, не компилируются и не повторяются, и в этом отношении - совершенно эксклюзивны. Изготовление красок, роспись, все технические работы по изготовлению форм, литью, глазуровке и обжигу и т.д., а также последующие фотографические работы и сопроводительные тексты - выполняются собственноручно и по собственным идеям.

Творчество Андрея Черкасова вообще уникально. То, в какой форме задумывает и создает сегодня художник свои произведения не имеет аналогов в современном искусстве. Миниатюрные городские особняки, храмы, пожарные каланчи, избушки, колодцы и сотни самых разнообразных городских персонажей, расписанные подглазурной эмалью в тончайшей живописной технике, составляют уникальные композиции городского быта. Рассматривать фарфоровые чудеса Андрея Черкасова можно бесконечно. Поражает, насколько художник достоверен и остроумен в самых тончайших деталях своих миниатюрных столичных и уездных городов. Если это памятник на площади, то возле него снуют вездесущие крошечные голуби; если это бабуля, торгующая на уличном рынке, то рядом с ней непременно стоят крохотные ведро с картошкой и баночки с вареньем…

Все миниатюрные шедевры Черкасова – уникальны и неповторимы. В среде коллекционеров уже бытует определение «черкасовский фарфор». Но не многие могут похвастать изделиями художника в своих собраниях. Чтобы самозабвенно работать над своими фарфоровыми «горожанами», художник сегодня служит кладовщиком на одном из городских предприятий, которое представляет ему мастерскую с печью для обжига…
Андрей Черкасов - участник выставок в Москве и за рубежом. Музее истории Москвы (2005), в Музее А.С.Пушкина (2004), в Елагиноостровском музее-усадьбе (2008), в музее-усадьбе Царицыно (2009) и др. Автор персональных выставок: в Оружейной Палате Московского Кремля (1999) и в музее-усадьбе «Архангельское» (2008), в Музее А.С.Пушкина (2011). Работы находятся, в основном, в частных коллекциях.

А вас тронуло?

из


13 Jun 19:22

О мировом контексте.

Лет восемь тому назад один известный журнал написал про меня статейку.
В этаком иронически-скептическом тоне. Дескать, что взять с Сырникова - сидит у русской печи, вне "мирового контекста" ( цитата ) .  Поэтому русскую кухню и нахваливает. Да и вообще, "Шевеля уголья в Осташкове, поверить в существование не то что Парижа и Лондона - Москвы и то затруднительно." - это тоже цитата.
Подумал я тогда и решил поверить в существование потустороннего мира, заграницы то есть. Ну и  проверить, как она на вкус. И, возможно, разочароваться в кухне родного Отечества
С тех пор я посетил два десятка стран.
И основным интересом была еда. Я ел везде и ел всё, что мне предлагали. Я ел в мишленовских ресторанах, в дешёвых забегаловках, на рынках, в гостях, ел уличную еду и блюда высокой кухни. Готовил на кухоньках съемных квартир, от Сантьяго де Чили до Пармы и Бордо -  из местных продуктов, купленных на маленьких и больших рынках.
Я готовил на профессиональных кухнях в Греции, Германии, Франции, Бразилии, Италии, Литве . Я стал членом поварских ассоциаций нескольких стран.
Я ел венские шницеля в Вене, франкфуртские колбаски во Франкфурте, пекинскую утку в Пекине, пармскую ветчину в Парме, пасту Болонезе в Болонье,  фондю в Швейцарии, бабагануш в Аммане, луковый суп в Париже, селёдок в Амстердаме, хамон в Барселоне, кебаб в Константинополе, я даже пил Бордо в Бордо.

В Перу я съел морскую свинку:




А ещё - пару десятков порций севиче, жареных альпако и ламу:





В Рио де Жанейро - варил вот такого рака:



В Буэнос-Айресе съел пуды мяса, в самых известных мясных заведениях:





В Чили специально поехал в Вальпараисо, чтобы съесть две дюжины эмпанадос с разными начинками в знаменитой пирожковой:





Во французском Аркашоне ходил по берегу и ел устриц с рокфором:



На острове Корфу - ел осьминогов:



На константинопольской набережной - жареную барабульку:



Анчоусов и грудку голубя- в барселонской мишленовской Академии:









Про китайскую еду я много писал, к примеру - вот здесь
http://kare-l.livejournal.com/326951.html

Это, конечно, только малая часть того, что было мною съедено.

Я ещё буду при случае ездить по миру и пробовать, пробовать. Хотя, как мне кажется, программа-минимум по ознакомлению с "мировым контесктом" выполнена.
И вот, что я хочу вам сказать.
Те, кто считает нашу кухню третьестепенной, бедной, скудной, неинтересной и невкусной - либо невежда, либо говорит об этом просто потому, что так принято в  круге его общения.
Тот, кто считает севиче чем-то выдающимся, кто эту несчастную, убитую уксусом рыбёшку ставит выше строганины, патанки, согудая из того же муксуна - - тот ничего слаще морковки в жизни не едал.
Кто думает, что луковый суп круче русской солянки - тот невменяем.
Кто вот эти аутентичные чилийские пирожки, что на фото выше, предпочтёт расстегаю - тому и хотдог подойдёт.
Есть прекрасные европейские сыры, да.
Есть выдающаяся аргентинская говядина.
Есть очень интересные на вкус немецкие и французские колбасы.
Но именно национальная кухня в нашем Отечестве - по меньшей мере ничем не хуже. А по правде сказать - много лучше, чем подавляющее большинство национальных кухонь.
Просто надо её узнать и попробовать.
И тогда окажется, что окрошки, солянки, щи, ботвиньи, ржаные пироги, томлёные в печи каши, ватрушки и шанешки, то есть повседневная еда русских людей на протяжении многих веков - есть одно из величайших достижений мировой кулинарной культуры.
И пусть мерзавцы и идиоты говорят, что угодно. На то они и идиоты.




08 Jun 19:52

Про работу

Трудный выдался год. Но интересный. За 9 (!!!) месяцев, начиная с идей и эскизов, разработали и запустили в массовое производство новый умный, очень технологичный и недорогой смарттерминал (для не специалистов - кассовый компьютер с фискальным регистратором). В России разработали и собираем, что особенно приятно. Оттестировали, внесли в государственный реестр - и вот на днях запускаем продажи, параллельно развивая доступные для подключения облачные сервисы...

Untitled-1

http://www.forbes.ru/news/322267-gref-vstal-u-kassy-sberbank-investiruet-v-umnye-kassovye-apparaty

Прекрасная команда, инвесторы, согласившиеся на мои прожекты, которые поначалу казались авантюрой, очень интеренсый опыт, очень перспективный проект. Дальше его путь лежит в сторону развития подключаемых облачных сервисов, эта тема уже не моя, мне пора искать новые интересные проекты :)
07 Jun 11:55

Золушка-1938

Летом 1968 года в подмосковье нашли тело пожилого мужчины. Его выбросили из проходящей электрички, перед этим несколько раз ударив ножом. При погибшем были документы на имя Владимира Жмелькова, 1914 года рождения. Это был герой Великой Отечественной войны и один из величайших футбольных вратарей в истории, а звали его на самом деле Владислав. Наш футбольный Золушка.



В середине тридцатых, его, простого работягу (по происхождению он был из "бывших", сын главного инженера на заводе, но это уже мало кто помнил), призвали в армию. В Смоленском округе заметили что он неплохо играет в футбол и Жмельков провел 11 месяцев играя за местную команду. За месяц до окончания срока службы его демобилизовали - руководство округа оказалось в опале ("Большая чистка" как раз начиналась), команду расформировали, а игроков решили отправить не в казармы, а по домам; тупо махнули рукой на парней. Этот злосчастный неслучившийся месяц сыграет ключевую роль в жизни Владислава.

Через пару лет слесарь Жмельков попал на глаза Николаю Старостину, тот разглядел в заводском вратаре талант и позвал в "Спартак". А потом стало происходить нечто сказочное - за первые же два сезона в "Спартаке" он выиграл два кубка, дважды стал чемпионом страны, признан лучшим спортсменом СССР. Он отбил 11 из 12 пенальти назначенных в его ворота в те два сезона (11 из 12! одиннадцать из двенадцати! поверить в это сложно, но это так. А единственный раз пропустил, потому что на ту игру вышел со сломанным пальцем).



Карета превратилась в тыкву внезапно. Насмотревшись на подвиги спартаковского вратаря, руководство ЦДКА внезапно обнаружило в архивах тот самый месяц, который он недослужил в Смоленске. Весной сорокового года его призвали в армию. "Дослуживать?" - удивился Жмельков. "Ну хорошо, дослужу месяц". Но военкомы ехидно указали ему на то что за это время срок призывной службы вырос вдвое... а потом отказались засчитывать те 11 месяцев. Старостины не смогли отстоять своего голкипера. На два года лучший спортсмен страны должен был стать вратарем армейской футбольной команды.
Может быть, какой-то внутренний Марселлас Уоллас должен был сказать Владиславу что-нибудь отрезвляющее насчет гордости. Но Марселлас промолчал, а оскорбленный такой подставой Жмельков наотрез отказался играть в футбол. Служить - так служить! Лучше буду автомат собирать-разбирать и картошку чистить, чем играть за ЦДКА! Наверное он был уверен, что в итоге переупрямит генералов и те вернут его в "Спартак".

Генералы не повелись "на слабо" и самый успешный футболист Советского Союза отправился в Забайкальский военный округ охранять рубежи родины. А в мае 1941 года его часть перебросили на другой конец страны - на украинскую границу...
Пока большинство спортсменов работали в тылу или ездили с выступлениями по фронтам, старшина Жмельков четыре года провел в разведроте. Ходил за линию фронта "за языками", как когда-то на выходы из ворот за верховыми мячами. От границы отступал до Волги, потом наступал до Киева, был серьезно ранен. В госпитале получил предложение комиссоваться - тем более что возобновился розыгрыш Кубка СССР и в "Спартаке" вспомнили про своего легендарного вратаря. Но гордость, или азарт, или какие-то более серьезные чувства помешали ему воспользоваться этим предложением - он вернулся на фронт и в конце концов дошел до Берлина и оставил свою подпись на раскуроченном Рейхстаге.

На шесть лет судьба превратила спортсмена в солдата. Удивительно, но он смог вернуться в футбол - правда, увы, не на тот фантастический уровень двух чемпионских сезонов. Играл в Грузии (именно там стал Владимиром - после потери паспорта грузинские болельщики за пару часов сделали ему новый, вот только имя перепутали впопыхах, а он решил не париться). Потом пробовал работать тренером. И пил. Пил в Москве, в Тбилиси, в Кишиневе. Пил в Мытищах.

Да, после возвращения с войны Жмельков стал алкоголиком. Поначалу здоровья хватало на то чтоб совмещать это с футболом и работой. Но с каждым годом пил он все страшнее. Теперь уже не карьера, а он сам превращался в тыкву. Как-то раз в руки ему попала книга о знаменитых советских спортсменах. Прочтя главу о себе, он поехал в Москву и продал свой Орден Славы. Наград у него было достаточно много - хватило на долгий запой. Но однажды "Владимир" Жмельков (поменять паспорт все время было некогда) сел на свою последнюю электричку.
Он похоронен в Мытищах; на могиле имя выбито "по паспорту".

История советского футбола как будто бы состоит из многочисленных "еслибствий". Если бы Стрельцов перед самым чемпионатом 1958 года не вляпался в нелепую историю с "изнасилованием" генеральской дочки, то тот чемпионат прославил бы Эдика, а не Пеле. Если бы Валерий Воронин не попал в аварию, наша сборная выиграла бы Евро-68 или медали на ЧМ-70. Если бы не развал СССР, то совсем другая судьба была бы у самого талантливого поколения в истории нашего футбола. Про Жмелькова часто забывают в этом перечне неслучившихся великих дел - все-таки в те годы советский футбол был "вещью в себе", международной славы ему все равно не досталось бы. Но все же интересно - если бы он тогда, в 1940 году, знал к чему его приведет гордый отказ играть за армейцев - отказался бы? Или решил бы что шесть лет под пулями и поломанная жизнь - слишком высокая цена за право на жест неповиновения?
Я бы сдался. А он бы, мне почему-то так кажется, нет.

07 Jun 05:03

Когда разлука лишь на пользу

main2.jpg

Сравнивать уровень отечественной и зарубежной медицины — крайне неблагодарное занятие. Хотя и весьма благодатная почва как для поравалителей, так и для квасных патриотов. Всё слишком неоднозначно, особенно если брать не среднюю температуру по больнице, а какие-то отдельные случаи. И всегда можно сделать удобный, а главное - запланированный вывод, опираясь на какой-то отдельный пример из практики тех и других.


Поэтому мне не хочется ни обобщать, ни особо что-то подчёркивать. Мне просто хочется порадоваться за успехи своих отечественных коллег-хирургов. Вчера у них в Филатовской больнице прошла подготовка к сложнейшей и филиграннейшей операции — операции по разделению девочек — сиамских близнецов (пруфлинк здесь: http://www.interfax.ru/moscow/512108 ) Операция, которая без преувеличения спасёт жизнь как минимум одной сестре, а по большому счёту — им обоим.


Сегодня одной из девочек прооперировали врождённый порок сердца — без этой необходимой подготовки дальнейшие манипуляции рискованны. Теперь предстоит операция, которая наглядно показала не только квалификацию докторов, но и уровень технической оснащённости больницы. К слову сказать, уже третья по счёту в Филатовской больнице, когда разделяют сиамских близнецов. Первая была проведена в 2003 году сёстрам Зите и Гите Резахановым.


Повторюсь — операция сложная и не рядовая. Но без огромного количества других операций (а за год в больнице их проходит порядка 18 тысяч) не было бы нужного опыта и должной подготовки врачей. Таких, которые работают на мировом уровне, а в ряде случаев имеют уникальный, мало где повторявшийся опыт.


В общем, качественная и квалифицированная медицинская помощь у нас таки есть. Во всяком случае, в Москве — точно. И что особенно отрадно — эта помощь далеко не всегда стоит каких-то неподъёмных денег или нужных знакомств. Она доступна и простым смертным, причём в рамках ОМС.


Хочется пожелать этим двум маленьким сестричкам, чтобы в будущем у них всё хорошо сложилось — и со здоровьем, и с судьбою. Коллегам — чтобы их мастерство продолжало оставаться предметом профессиональной гордости. И всем нам — чтобы у нас не было случая это мастерство и этот профессионализм испытать на себе.

15 May 20:27

Фекалии и разумный дизайн

Вопрос задали: "Человеческие фекалии источают сложные запахи. Зачем?"

***

Пусть у нас есть органическая жизнь на планете Х. Для нее нужен источник энергии. Какие-то вещества будут этим источником ("еда"), какие-то - конечным продуктом метаболизма ("фекалии"). Извлечение энергии из фекалий возможно, но не для всякого метаболизма. Это м.б. неразумно, т.к. в рамках химического процесса требует больше энергозатрат, чем ее в продукте содержится доступной энергии. Даже если конечным источником еды будет, скажем, свет, его надо превратить в химическую форму, и тогда сразу возникает возможность использовать эту уже готовую форму в виде "еды", что мы, собственно, и делаем.

Как организовать метаболизм? Например так: взять полимер и навешать на него функциональные группы. Такие полимеры можно производить универсальным способом, делать из них структуры, катализаторы и т. п. Групп надо взять на все случаи жизни, прежде всего кислот и оснований. Основания могут быть алифатическими или ароматическими. Берем и те и другие. Как получить последние? Делаем пятиатомное ароматическое кольцо, засовываем туда азот. Больше атомов азота - больше основность и больше способность образовывать связь с ионами металлов. Это хорошо: многие реакции легче катализировать металлоорганическими комплексами, нужны лиганды. Но и плохо: не всегда ведь именно этого надо. Поэтому ароматических оснований нужно как минимум два: сильное и слабое.

Ароматическое основание надо связать с полимером (через кольцо). Такая связь очень прочная, и если ее разбить, можно получить много энергии (из "еды"). Значит, ее надо разбить прежде, чем отправить в "фекалии". С сильным основанием это может выйти себе дороже : свободное основание будет связываться с ионами металлов. Зато более слабое основание можно безнаказанно отщепить. Разбивать ароматические связи дальше - накладное занятие, требует внешний источник энергии.

***

Это были общие рассуждения в мире чистого разума. Переведем их в наш подлунный мир. Многофункциональные полимеры мы называем белками. Ароматических оснований действительно два: триптофан (с одним азотом в пятиатомном кольце) и гистидин (имидазол с двумя азотами). Гистидин - лиганд в огромном количестве металлопротеинов (гемоглобин, например), он же используется как переносчик протонов. Чтобы триптофан не был слишком основным (для этого ведь есть гистидин, аргинин, и т. д.) добавлено еще одно ароматическое кольцо, что добавляет гидрофобности. Из этого можно делать десятки разных соединений - или засунуть триптофан в гидрофобные карманы (чтобы были гидрофобные взаимодействия с молекулами) или каталитические центры. Полезная штука.

Индол в триптофане связан с пептидной цепочкой, и разбивание этой связи - отличный источник энергии. У некоторых из анаэробных бактерий в нашем кишечнике есть триптофаназа, которая делает именно это: превращает триптофан в индол + пировиноградную кислоту. Это восстановительное деаминирование; у аэробов же другой способ избавится от триптофана (окислительный). Триптофаназа не работает в окислительной среде, это изобретение анаэробных бактерий.

***

Теперь начинается чертовщина.

С химической точки зрения, наше пищеварение - безумие. Мы живем на планете, в атмосфере которой 20% кислорода, мы им дышим. Дышим = используем кислород как окислитель для производства энергии из "еды". Безумие заключается в том, что это окисление происходит у нас в тканях, а вовсе не там, куда "еда" сперва попадает. Попадает же она туда, где условия ровно те, которые существовали миллиарды лет тому назад, когда кислорода на Земле не было. Там царствует анаэробная микробная жизнь, которой мы делегировали пищеварение. Вся наша роль в том, чтобы слегка пощепить белки и всосать то, что легче всего всосать. Остальное делают симбиотические бактерии. Мы делимся с ними "едой", они делятся с нами метаболитами, и на этом основан наш симбиоз. Проблема в том, что анаэробная ферментация очень неэффективна, и для нас от такого симбиоза мало проку. Аэробное пищеварение было бы куда более эффективно. По всем законам, Б-жеским и человеческим, от такого союза давно пора отказаться. Но поди от него откажись...

Почему так вышло? Животные начинались в воде. Кислорода в ней мало, еле хватает на дыхание. Использовать его еще и на пищеварение - расточительно, поневоле приходится использовать анаэробное пищеварение. Но это когда было-то... С тех пор мы уж 300,000,000 лет на суше, где кислорода завались, а пищеварение с тех пор не изменилось. Да и как оно может измениться? Наши симбионты в этом не заинтересованы. Если мы попробуем изменить ситуацию, они нас убьют, так как для них мы просто источник "еды" для анаэробной ферментации, и более никакой ценности не представляем. Мы от них полностью зависим, а они могут себе и другой источник еды найти. Поэтому изменить ситуацию теперь может только чудо. Смысла в таком пищеварении мало, но по историческим причинам избавиться от установленного порядка себе дороже. За радость побегать по травке на солнышке приходится платить сотрудничеством с мафиозной компанией внутри.

***

Обратно в царство разума: если бы у нас было аэробное пищеварение, то триптофан бы окислялся в нелетучие соединения, как это и происходит в нашем теле. Но при анаэробном пищеварении это, увы, невозможно: нет источника энергии; остается восстановительное деаминирование с летучим индолом в качестве продукта. Гистидин так метаболизировать ни-ни: кольцо надо разбить, чтоб имидазол не связывался с чем попало. Его превращают имидазолон и расщепляют на глутамат и формамид. Энергии из этого мало, но жизнь дороже. А от индола вреда мало. Можно выкинуть в "фекалии". Анаэробными реакциями из него энергию не извлечь; теперь очередь аэробных бактерий - уже снаружи. Вот, если бы они жили у нас внутри... Но об этом можно только мечтать. Да и кто знает: будут ли те, другие, с нами делиться? С этих разбойников хоть какой-то толк. Черт, которого знаешь, лучше, чем черт, которого не знаешь, ведь так?

***

Фекалии пахнут индолом и его производным - скатолом. Анаэробный рэкет, который мы себе навязали миллиард лет тому назад, дурно пахнет - удивительно ли, что его продукт пахнет не лучше?

Затем фекалии пахнут? Чтоб мы помнили об этом и мотали себе на ус. Одного раза, по-моему, достаточно.

14 May 12:38

просто всякие тексты

1 Кое-что о логике и о ее реальной роли в нашей жизни
Осужденного бросили в тюрьму в субботу.
— Тебя повесят в полдень, — сказал ему судья,— в один из семи дней на следующей неделе. Но в какой именно день это должно произойти, ты узнаешь лишь утром в день казни.
Судья славился тем, что всегда держал свое слово. Осужденный вернулся в камеру в сопровождении адвоката. Как только их оставили вдвоем, защитник удовлетворенно ухмыльнулся.
— Неужели не понятно? — воскликнул он.— Ведь приговор судьи нельзя привести в исполнение!
— Как? Ничего не понимаю,— пробормотал узник.
— Сейчас объясню. Очевидно, что в следующую субботу тебя не могут повесить: суббота — последний день недели, и в пятницу днем ты бы уже знал наверняка, что тебя повесят в субботу. Таким образом, о дне казни тебе бы стало известно до официального уведомления в субботу утром, следовательно, приказ судьи был бы нарушен.
— Верно, — согласился заключенный.
— Итак, суббота, безусловно, отпадает,— продолжал адвокат,— поэтому пятница остается последним днем, когда тебя могут повесить. Однако и в пятницу повесить тебя нельзя, ибо после четверга осталось бы всего два дня — пятница и суббота. Поскольку суббота не может быть днем казни, повесить тебя должны лишь в пятницу. Но раз тебе об этом станет известно еще в четверг, то приказ судьи опять будет нарушен. Следовательно, пятница тоже отпадает. Итак, последний день, когда тебя еще могли бы казнить, это четверг. Однако четверг тоже не годится, потому что оставшись в среду живым, ты сразу поймешь, что казнь должна состояться в четверг.
— Все понятно! — воскликнул заключенный, воспрянув духом.— Точно так же я могу исключить среду, вторник и понедельник. Остается только завтрашний день. Но завтра меня наверняка не повесят, потому что я знаю об этом уже сегодня!
...
вернемся к истории с человеком, брошенным в тюрьму. Безупречными логическими рассуждениями его, казалось бы, убедили в том, что, не нарушив приговора, казнь совершить невозможно. И вдруг, к немалому удивлению осужденного, в четверг утром в камеру является палач. Осужденный, конечно, этого не ждал, но самое удивительное, что приговор оказался совершенно точным — его можно привести в исполнение в полном соответствии с формулировкой. "Мне кажется,— пишет Скривен,— что именно грубое вторжение внешнего мира, разрушающее тонкие логические построения, придает парадоксу особую пикантность. Логик с трогательным постоянством произносит заклинания, которые в прошлом приводили к нужному результату, но чудовище-реальность на этот раз отказывается повиноваться и продолжает следовать своим путем"
http://thejam.ru/poznavatelno/martin-gardner-kazn-vrasplox.html

2 Ричард Фейнман о возможности диалога
После ужина мы перешли в другую комнату, где завязались различные беседы. За столом сидела датская принцесса Какая-то в окружении нескольких человек. Я увидел, что около их стола есть пустой стул и тоже присел.
Она повернулась ко мне и сказала: "О! Вы один из лауреатов Нобелевской премии. В какой области Вы работаете?"
- В физике, - ответил я.
- О, ну об этом никто ничего не знает, поэтому мы не сможем об этом поговорить.
- Напротив, - ответил я. - Мы не можем говорить о физике, потому что кто-то что-то о ней знает. Ибо мы можем обсуждать только то, о чем никто ничего не знает. Мы можем говорить о погоде; можем обсуждать социальные проблемы; мы можем беседовать о психологии; можем также обсудить международные финансовые дела, - золотые переводы мы обсуждать не можем, поскольку все их понимают, - таким образом, мы все можем говорить только на ту тему, о которой никто ничего не знает!
http://flying-bear.livejournal.com/2190510.html

3 О признаках гомосексуальности
«Первые догадки о его гомосексуальности были в обороте ещё до каминг-аута. Так, например, он рассказывал о том, что слушает перед игрой оперную музыку, пишет стихи, любит работать в саду и готовить. Такие необычные для спортсмена привычки нередко списывались на его английское происхождение» http://www.sports.ru/tribuna/blogs/burn_after_reading/289220.html
(К слову, а как вообще так получается, что с гомосексуальностью обычно ассоциируются такие вот особенности социального поведения? Почему те или иные сексуальные предпочтения в народном представлении тесно связаны с характерной манерой произносить слова или с любовью к средневековой французской поэзии?) )

4 Екатерина Шерга о трагедии забвения
Я живу недалеко от Белорусского вокзала. Сегодня весь день видела поток людей, которые шли на Тверскую с фотографиями своих дедов, прадедов, бабушек, других родственников. Я вспомнила о судьбе одного человека. Его звали Игорь Вячеславович Копняев. Тысяча девятьсот двадцать шестого года рождения. В восемнадцать лет, осенью 1944 года его призвали в армию. Несколько месяцев спустя, 21 января 1945 года, на территории Восточной Пруссии он погиб. Вот и все.
Он мне приходится… в общем, он - сын от первого брака третьего мужа моей бабушки. Не близкое родство, как видите. Ни одной его фотографии у меня нет. Он был единственным ребенком в семье - ни братьев, ни сестер. Люди, которые пусть даже не помнили его лично, но хотя бы знали о его существовании, умерли много десятилетий назад. Я сама узнала, что он жил на свете, совершенно случайно, роясь в семейном архиве.
Я думаю вот чем. По-настоящему понять, какой катастрофической трагедией была эта война можно, когда понимаешь, что целое поколение, миллионы людей, оказалось просто сметено, после них ничего не осталось. Ни вдов, ни невест, ни детей, ни внуков, ни каких-то дел или свершений. Они вообще ничего не успели. Память о них исчезла после смерти их родителей – то есть где-то в 70-е годы. Про них никто не будет делиться воспоминаниями: «Мой отец не любил говорить о войне», или «А помню, как бабушка рассказывала про деда». И когда я вижу лес портретов в руках у людей, которые идут на акцию «Бессмертный полк», я представляю себе другой, невидимый, призрачный полк, состоявший из людей, которым не досталось ничего, даже вечной памяти.
https://www.facebook.com/ekarsanova/posts/1211980872154062?pnref=story

5 Сергей Шмидт о конформистском бунте
Салтыков-Щедрин: "Стоят на коленях, а по глазам видно, что бунтуют".
Жизнь вносит не только коррективы, но и дополнения. Теперь понятно, что бывает и так - бунтуют, но по глазам видно, что стоят на коленях
http://langobard.livejournal.com/7059509.html

6 Авва о культуре возмущения
"Культурой возмущения" (outrage culture) в последнее время стали называть состояние, когда записи, твиты, картинки-мемы итп., подпитывающие гневное возмущение, получают сотни и тысячи лайков и ретвитов, входят в общее сознание, становятся главным способом общения на сложные темы.

Эпоха соц. сетей породила огромную естественную лабораторию по выработке самых эффективных стилей и содержаний виральных мемов. Если вы в своей ленте увидели какую-то новость, то обычно это потому, что кто-то из ваших знакомых/друзей прочитал ее в другом месте и решил ей поделиться; значит, она нажала на какие-то эмоциональные или интеллектуальные "кнопки" этого человека. Тексты/картинки/видео, которые нажимают на неэффективные кнопки, не размножаются и остаются относительно неизвестными. Опыт последних нескольких лет показывает, что возмущение - одна из самых эффективных кнопок.

Я не хочу больше участвовать в этой культуре, и всех призываю ее остерегаться. Это касается в том числе сообщений, с которыми я согласен и которые совпадают с моими идеалами и убеждениями. Собственно, в первую очередь таких касается. Культура возмущения - всегда зло, даже когда она за правое дело. Бывает, правда, что она - зло несерьезное и потешное в сравнении с тем злом, что высмеивает или обличает; но даже тогда она не приносит пользы. Я пытался придумать исключения из этого правила и пока не смог.

Если вы впредь увидите у меня записи, в которых есть только злобное высмеивание или гневное возмущение, неважно чем или чего, скажите мне, что я идиот и напомните эту запись.
http://avva.livejournal.com/2931089.html

7 Владимир Гуриев о мотивации носителей ленточек
я в принципе могу понять, откуда берется раздражение при виде георгиевских ленточек и, конечно, после "можем повторить", но мне кажется, что люди, которые по таким поводам по-настоящему расстраиваются, просто проводят слишком много времени в фейсбуке.
нормальному — в смысле, психически недообследованному — человеку вообще наплевать на все эти символы и вложенные в них смыслы. он эту ленточку на машину приклеил, порадовался и забыл.
вот мы ехали вчера с чуваком. он сам из москвы, но несколько лет назад он переехал в подмосковье, потому что у него по пути на дачу спустило колесо, а запаски не было.
он полчаса или час, в общем долго, голосовал на трассе, пока, наконец, рядом не остановился, допустим, дима, который дал ему запаску под честное слово.
на следующий день наш водитель поехал отвозить запаску, а дима как раз собирался пойти с друзьями пожарить шашлык, и они так хорошо посидели, что дима тут же пригласил водителя на день рождения своего сына через неделю.
— мы маленьким составом, — сказал дима. — самые близкие только. я, ты, друзья мои, сестра, может, придет.
сестра действительно пришла, а через пару лет наш водитель на ней женился, но из москвы ему пришлось уехать, потому что невеста отказалась переезжать.
он все равно хочет вернуться, когда ребенка нужно будет отдавать в школу, но пока так проще, у жены вся родня рядом, природа кругом и все такое.
и вот у него висит ленточка на зеркале.
мне кажется, он на обдумывание решения, повесить ленточку или нет, потратил примерно десять секунд. шел по рынку, увидел ленточку, захотел погордиться своей страной — и есть, вообще говоря, за что — и отдал пятьдесят рублей. это был простой эмоциональный импульс человека, прадед которого эту победу приблизил.
невероятно, но ценные рассуждения о геополитических ошибках, совершенных руководством СССР, и мысли о роли личности Сталина в истории ему в этот момент в голову не пришли. кроме того, он не подумал, что ленточка является маркером ватника, который во всем и всегда поддерживает текущую власть.
все просто: прадедушка воевал, мы выиграли, мы молодцы, прадедушка молодец, а я его правнук.
я это, собственно, к тому, что ленточка и отношение к празднованию победы это очень легкий, доступный, но плохой маркер, а картина мира, в которой нежных и хорошо читающих на техническом английском элоев взяли в кольцо кровожадные морлоки, не просто контрпродуктивна, но, в принципе, имеет мало общего с действительностью.
потому что пока вы переживаете, как будете отбиваться, и строите пути отступления, дима про вас уже забыл и кладет мясо в мангал.
а если вы застрянете на трассе, его зять остановится и отдаст вам запаску под честное слово, потому что несколько лет назад дима остановился ему помочь, и все закончилось хорошо.
собственно, про запаску я у водителя спросил прямо, и он сказал, что да, конечно, поможет, а если вы не вернете, то он не обеднеет, а запаска будет на вашей совести.
к сожалению, дима и наш водитель ничего не пишут в фейсбук.
https://www.facebook.com/vguriev/posts/10153773835778305?pnref=story

8 Этан Цукерман о зомбоящике
Грустный юмор данной ситуации в том, что средний пользователь социальной сети из политического сектора априори ставит себя выше своего «оффлайнового» коллеги —пользователи сети зачастую обвиняет среднего обывателя в «промытости телевизором» (в особенности в околополитических дискуссиях), тогда как современные исследования (в частности, предпринятые политологом Генри Фаррелом в 2012 г.) показывают, что средний пользователь занимает даже более радикальные позиции, нежели средний телезритель. Судя по всему потому что телезритель хоть немного, но щёлкает кнопками на пульте, а вот пользователю «щёлкать», как правило, некуда. Пользователь сетей отбирает себе во ф-ленту только тех, кто ему нравится, надувается "цифровой пузырь" и он, живя в нем, вообще лишает себя возможности узнать что-то другое, не вписывающееся в его представления о мире.
http://langobard.livejournal.com/7058972.html


07 May 05:45

Образование: что это было

Недавно многие высказались здесь http://ivanov-petrov.livejournal.com/1981703.html о том, что такое хорошее образование.
Там были взгляды ожидаемые, были неожиданные - говорили и о том, что считают образованием: надо же, я так не думал. Но некая точка зрения не была высказана никем. Причем не какая-то вычурная и особенная, редкая, а - вполне обычная (для меня), я полагал, что "все так думают". Или почти все. А вот же, очень мало кто или даже почти никто.

Образование - это совокупность однотипных (одинаковых у разных людей) знаний, имеющаяся у человека, а также процесс получения этих знаний.

Тут важно понимать, что это значит. Скажем, если человек разбирается в музыке и говорит достаточно сложные и продвинутые вещи и если это человек образованный, я ожидаю, что он читал такой-то пласт художественной литературы - весь пласт. Из знания чего-то в музыке я могу заключить о множестве фактов знакомства с литературой, наукой и т.п. Этот человек на определенном уровне представляет себе тенденции (европейской) архитектуры, он знает многие течения живописи, разбирается в элементарных основах естественных наук и т.п. Не может быть образованного физика, который не слышал имени "Шекспир", не может быть образованного филолога, который совсем не представляет оптической теории Ньютона. Не может быть образованного человека, который бы не знал общий смысл теории Дарвина или самых элементарных сведений о физиологии, или о валентности, или о генетике, или...

Вот эта однотипная связность знаний и представлений и называется "образованием". Детальные и полные знания в какой-то одной области, не сопровождающиеся представлением об иных областях - не являются составной частью "образования", это знания сколь угодно детальные, специальные, продвинутые, но образованным человек с этими знаниями не является. Благодаря образованию можно предсказать, что знает человек, обладающий образованием. Это важнейшая черта образования.

Такое понимание образования было раньше, теперь его практически нет. Настолько нет, что даже в мечтах об идеале, каким бы должно быть образование - и то нет такого идеала.

Причина - в изменении социального устройства. Общество стало другим. Образование возникло в элитарном обществе, это механизм воспроизводства элит. Потом оно стало работать в масовом обществе - по прежнему алгоритму, но в обществе нового устройства результаты были уже иные. Потом рухнула однотипная обязательность образования, стало слишком много направлений специализации в работах, стал использоваться критерий эффективности - а вместе с ним возникла ранняя специализация. Кажется, уже можно сказать, что единое образование рухнуло.

Еще некоторое время ситуация с образованием держалась благодаря социальной инерции. Дети получали связность знаний из семьи, когда эту связность уже не давали обычные образовательные институты. По прежним инерциальным социальным механизмам - "этого стыдно не знать". Нечто выучивалось в образовательных институтах, а прочее досказывалось дома, семье. Потом это рухнуло - слишком разными стали семьи; слишком отличались социальные траектории отцов и детей, слишком очевидно стало, что то, без чего не мог прожить отец, просто совершенно излишне для сына.

Благодаря той же социальной инерции имеются институты общего образования. Они работают уже вопреки устройству общества, а не благодаря. Люди разное получают в семьях, они различно воспринимают доступные источники информации, они разное выучивают даже в ситуациях одинакового урока. Источником образования давно уже являются не только образовательные институты, знания приобретаются самыми разными путями. Осталось лишь немногое общее, что еще удается преподавать.

И теперь у нас ситуация массового безобразования. При этом традиция говорить о получаемом образовании и некоторые его институты - остались. И ведь неудобно сказать, что сейчас практически почти нет образованных людей - у нас высшее в иных странах больше половины населения получает, как же так - человек закончил университет, учился хорошо и даже отлично - как же сказать, что он без образования.

Однако это так. Хотя образовательные институты есть и школы стоят, о разрушении образования можно говорить, если смотреть именно на результат. Достигается ли результат - можно ли быть уверенным, что человек, имеющий такое-то образование, обязательно владеет определенным пакетом знаний?

Сейчас дыры в знаниях могут быть любой глубины и формы. Нельзя студентам, будущим физикам, социологам или биологам запросто привести пример из классической литературы - очень может быть, что никто не слышал даже фамилий этих авторов. Нельзя привести историческую параллель - придется рассказывать ab ovo. Нельзя ожидать, что человек, знающий весьма хитрую и продвинутую штуку в такой-то области - знает хотя бы элементарные вещи в другой, близкой или далекой. Может, знает. Может, нет. Это случайно получается, человек может наткнуться, а может пропустить. Никакого механизма, чтобы он знал с гарантией - нет. Такой механизм назывался "образование", и больше его как социального института не существует. Некоторое время была ситуация, когда отдельные люди личными усилиями образование приобретали, вопреки социальной обстановке, но их слишком стало мало, чтобы говорить об этом как о социальном феномене. А потом - по смыслу понятия - независимо от их личных усилий образования не стало.

Возможны недоумения - кто определит минимум, откуда мнения о необходимых границах и прочие вещи. Кто это решил, что необходимо знать, а может, я считаю, что необходимо знать другое. Да, это обоснованные возражения - но связанные с непониманием сути дела. Тут мысль не в том, что есть некий минимум, который должны знать все, и потому имеет место спор о том, что в него должно входить (пустим мы туда Писемского или не пустим; надо ли давать Набокова, или тектонику плит, или фракталы). Все такого рода споры глубоко вторичны по сравнению с сутью образования.

Образование прежде всего характеризуется единообразием, это один и тот же набор знаний, который есть у всех. То, насколько этот набор соответствует ожиданиям о минимуме - дело десятое. Дальше можно спорить, хорошее ли образование "без Писемского", или без Достоевского, или без Марло, или без Ламарка и т.п. - но это уже спор о наличном образовании с рассмотрением его качества. А у отсутствующего предмета нет качества. Если образования нет, если разные люди знают разное, то нет необходимости спорить о том, что должно входить в минимум. Заостряя: в образовательный минимум может входить что угодно, если этого мало - будет плохое образование, но оно будет.

Потому что это не каталог библиотеки, а общественный институт. Общество в целом (и его отдельные слои) вырабатывают представления о списке классики, о необходимом минимуме. Это так складывается, когда люди работают - когда они поколение за поколением получают образование, эти вопросы (о том, что должно входить в программу образования) так или иначе решаются. Дело не в том, что вопросов не остается, дело в другом. Сейчас вообще таких вопросов нет. Люди уверены, что они свободно и раскованно, в меру интереса получают знания "из интернета", и то, что они что-то знают, и есть основания для того, чтобы считать себя образованными. Или они считают себя образованными, потому что хорошо работают. Или потому, что успешны. Или потому, что другие знают меньше.

Между тем никакая стопка знаний - правильных, детальных, научных и т.п. - не является аргументом в пользу того, что данный субъект образован. Только однотипность и связность, только наши ожидания, что раз он говорит "вот это", то, следовательно, он знает и "вон то" - только это является критерием образования. Прочее называется иными слвами - человек имеет специальные знания, достаточные для такой-то деятельности, имеет хобби и проч. Но это не образование. Возродится ли феномен образования снова, на каких-то иных основах, как он будет вписан в культуру и социальную жизнь - это интересно.

Системное знание предполагает связность содержательную и логическую - и нет, это совсем не то. Системность знаний - это содержательная связность. То, что человек может применять знания, полученные в одной области, к другой. Что человек понимает, как связаны его знания одного дела с другим. Системность знаний - совершенно иная категория, не необходимая для понятия образования. Я не предполагаю, что между теорией Ньютона и книгами Тургенева есть логические связи, дело вообще не в этом. Для факта наличия образования важна как раз содержательная бессистемность и наличная однотипная связность знаний. Несмотря на то, что понятие "готики", теория Галилея, концепция Дарвина и т.п. - не связаны ни логически, ни содержательно, - знание их всех образованным человеком свидетельствует об образовании. Это не система знаний, а однотипность знаний у разных субъектов.

Почему так - скажу кратко: потому что сделано не для функциональности. Иначе опять критерий эффективности и вопрос, зачем нужны такие-то знания, выбрасывание ненужного, специализация - этой дорогой мы уже прошли до конца. Так что не содержательное умение перейти к близкой теме, установить связи в предметом мире являются критерием образованности. Тут критерий вообще не решение задач. Системность знаний - совершенно не отрицательное качество, это прекрасно, это важно, просто это не говорит об образовании. Как наличие больших и детальных знаний в какой-то области или успешность в специальной деятельности ничего не говорят о наличии образования. Это просто другое качество.

Образование - это не "знаниевая" характеристика, а социальная в связи со знанием. Ее смысл - в устойчивости и предсказуемости общения, или - если так непонятно - в предсказуемости социальных контактов. Образование придает обществу прозрачность и устойчивость, общество вместо туманной мглы предстает как прозрачная среда общения. В таком обществе можно не манипулировать, а принимать решения, договариваясь между собой. Если этот человек знает "вон то", он - раз он образованный - с гарантией знает еще вон тот целый слой разнородных знаний и в разговоре с ним я могу уверенно опираться на множество знаний, которые у него есть. Это способ человеку быть предсказуемым в общении, такого человека легче обучать и с ним легче договариваться, раз известно, что он знает. Взаимная договоропригодность в обществе обеспечивается наличием образования. Любое объяснение предполагает некие основы, от которых отталкиваются или среди которых ищется брешь. Если нет того, что называется "основой" - невозможно за вменяемое время объясниться. А основа - это не "элементарное само по себе", а то, что я знаю, что он знает. Если образования нет, общество - это среда манипуляций и средств подавления. Если образование есть, возможны договоры, рациональные объяснения, прозрачность относительно мотивов и соглашения о действиях.

В современной ситуации "эффективных знаний" невозможно знать, какие провалы знаний имеются у собеседника. Он может не знать чего угодно. Если его спросить, он скажет, что знает - потому что он просто даже и не представляет, что такое знать то, на что он подписался. Поэтому так затруднительны сейчас разговоры людей - невозможно прогнозировать, где твой собеседник заведомо не поймет твоих аргументов, точно не имеет опыта и т.п. При любой степени честности собеседник не может этого сказать - он не знает, что такое иметь образование и потому не представляет, что должен бы знать и на какую глубину. Нет никакого критерия - на какую глубину в данной теме проникло его случайное чтение. Чаще всего - ни на какую.

Как сказано, образование - это одинаковость знаний у разных людей, делающая возможным и предсказуемым общение. Это социальная характеристика. Нельзя быть индивидуально-образованным. Можно очень много знать, иметь системные знания и т.п., но это не образование, если некому пользоваться указанной предсказуемостью. В обществе необразованных бессмысленно понятие индивидуальной образованности (хотя могут быть индивидуальные познания). В отсутствие социальных институтов образования нельзя иметь образование - оно не работает и потому не проявляется. Поэтому в наличной ситуации необразованного общества люди с любым "бывшим" образованием - необразованные (пусть и много знающие или еще иным образом "хорошие"). То есть образование можно получать "индивидуально", прикладывая личные усилия - когда есть социальный институт образования и принятый стандарт знаний. Тогда этот стандарт можно выучить в одиночку. Если принятого стандарта нет, понятие индивидуального образования становится бессмысленным. И тогда люди с разными знаниями, большими и маленькими, оказываются в равной степени без образования, как - без языка взаимного общения. Когда нет общего языка, нет смысла говорить, кто тут не знает язык (общий для всех). Его все не знают.

Образования нет ни у кого. А образование - это не предмет спеси и претензий, а важная социальная характеристика устойчивости общества. Полвека назад можно было сказать, что у нас "общество десятиклассников": у всех (почти) имелась общая основа знаний на уровне средней школы, дальше начинались специализация, разнобой и непонимание. Ситуация сильно изменилась: очень многое из весьма обычного набора берется вне школы, берется многое различное. Пожалуй, за общие для всех классы школы поручиться уже нельзя. В "общих для всех классах образования" можно измерять степень взаимопонимания в обществе. Сколько их осталось? 8? 6? 4?
30 Apr 05:46

О банальностях бытия

Не без некоторого недоумения замечал, что люди, вполне довольные той или иной политической системой, как-то стесняются того, что она обеспечивает обидные для кого-то (если даже не для них самих) вещи – в смысле всяких там «неравенств», «несправедливостей» и т.д. и обижаются, если о них лишний раз упомянуть. Ну так надо понимать, что может быть и чего быть не может. Мир устроен так, как он может быть устроен исходя из человеческой сущности, возможностей человеческого организма и обусловленного ими характера взаимодействия между людьми. Об этих вещах и ограничителях, которые они накладывают на происходящее, все время надо помнить. Исследования обычно и подтверждают только то, о чем в принципе можно догадаться на уровне здравого смысла, если таковой у наблюдателя присутствует (ну, например, в стабильном обществе уровень вертикальной мобильности не может превышать определенную величину, иначе это будет другое общество, а охват «сверхнормативной» доли населения образованием определенного уровня означает профанацию данного уровня образования и т.д.).

Так и имущественные различия, если не брать несколько десятков ли сотен «исключительно выдающихся» лиц (любят вспоминать, что состоянием, равным состоянию половины населения Земли обладают то 388, то 62 человека; но это тоже, кстати всегда было – если собрать монархов прежних веков…), а смотреть на уровне социальных групп, т.е. хотя бы порядка процента от населения, тоже не могут быть принципиально отличными для разных стран и эпох (есть, разумеется, «природные аномалии»: если мелкая страна обладает непропорциональным активом какой-нибудь «нефти», как Бруней или Норвегия, там возможно всё – от абсолютной монархии до «социализма»). Но вот в том (это тоже обычно упоминают как нечто «скандальное»), что 1% владеет большим, чем остальные 99, т.е. чуть больше половины всего «общественного богатства», абсолютно ничего сенсационного нет, во всяком случае, быть не должно, потому что это достаточно обычное соотношение для всех стран и эпох.

Ведь это означает всего-навсего, что разница в доходах должна составлять несколько десятков раз. Но это достаточно обычное соотношение даже внутри одной группы, например, зарплат\окладов госслужащих (что на средневековом Востоке, что в Европе Нового времени), не считая всяких иных доходов и не считая уровня благосостояния тех, кто находится за пределами этой группы. Это даже если не брать случаи, когда вообще чуть ли не всем богатством страны монопольно распоряжается какое-нибудь «Политбюро» из 30-40 лиц, а остальные видные лица суть лишь его агенты.

В каких-то случаях разница в номинальных доходах может быть всего лишь 15-20-кратной, но «доп.услуги» (охрана, обслуживание и т.д.) многократно превышают «номинал», давая соотношение и более чем 1:100 (напр., возможности, советского правителя области – 1-го секретаря обкома – примерно те же, что средневекового маркиза). В каких-то случаях такое соотношение дает одна разница в номинальной зарплате (достаточно сравнить минимальную и близкую к ней з\п или пенсии в РФ с зарплатой топменеджеров госкорпораций или депутатов ГД), в каких-то вообще связана не с з\п, а доходами от собственности, но в любом случае ничего необычного в таком соотношении нет.

Оно довольно устойчиво и вполне успешно нарушить его легко только «частно»: преступнику, которому «можно» то, чего другим нельзя, и который (пусть и рискуя) может получить в одночасье и без затрат, то что другому приходилось копить годами. «Принципиально» же – никогда не получается, потому что самые уравнительные замыслы максимум через 2-3 десятилетия оборачиваются появлением новых «выдающихся». Идеалистические фантазии сталкиваются здесь с естественным процессом, который идет по разным линиям, но направлен в силу свойств человеческой природы в одну сторону. Процесс концентрации – власти ли, капитала ли – все равно. Экспансия вообще есть единственный смысл всякой жизни как явления. Достигнутый результат может потерпеть крах, рассыпаться, но затем процесс пойдет заново.

Ограничитель тут связан лишь с некоторой «абсолютной» величиной. Каким бы ни было соотношение между высшим и низшим, «низ» не должен быть ниже физической выживаемости или даже, скажем так, «потребительского минимума». Ситуация при разнице 1:10, если эта «единица» подыхает с голоду или под плеткой от непосильного труда, существенно иная, чем если она при разнице 1:100 может, сидя на «вэлфере» вообще всю жизнь не работать, имея бесплатное жилье, пищу и телевизор и к тому же еще ублажена сознанием, что равноправна «сотне» потому что опускает точно такую же и только одну бумажку в избирательную урну. В этом случае вместо 1:100 может быть и 1:200, и 1:300 и т.д. Человек, конечно, существо завистливое, но также трусливое и ленивое, и последнее в данном случае существеннее.

Хотя принципиальных отличий в степени концентрации «богатства» и нет (порядок соотношения остается тем же), в то или иное время он может быть несколько больше или меньше. Похоже даже, что это происходит «волнообразно». Сейчас вот, видимо, эта степень растет (о чем можно судить хотя бы по тому, что мода на конкретные исследования по составу высших слоев с конца 80-х гг. явно прошла) а, например, в 30-50-х она снижалась. Произойдет ли что-то (обычно такое связано с переделом или приходом новых), после чего она опять несколько упадет, сказать не могу.
28 Apr 17:30

Турмалин

Турмалин - прозрачный драгоценный камень, издавна известный и распространенный во всем мире.



Название камня - турмалин - произошло от цейлонского "turmali," что означает “смешанный”. Турмалин полностью оправдывает свое название, так ему нет равных среди ювелирных камней по разнообразию цветов. Также считается, что название этого минерала произошло от сингальского "турмали" - "камень, притягивающий пепел", что связано со способностью турмалина электризовываться при нагревании.



Турмалин - один из самых интересных и оригинальных самоцветов. Из-за сложности и изменчивости химического состава разнообразна и его цветовая гамма - розовые, красные, синие, зеленые, желтые, коричневые камни множества оттенков. Особенно высоко ценится красный турмалин, иначе называемый "малиновый шерл". Наряду с однотонными турмалинами нередко встречаются полихромные, когда в одном кристалле имеются участки разного цвета. Ювелирные изделия с такими камнями очень эффектны.



Различно окрашенные турмалины имеют собственные названия: рубеллит (розовый, красный, малиновый), ахроит (бесцветный), индиголит (в синих тонах), верделит (в зеленой гамме), шерл (черный), хамелеонит (оливково-зеленый при дневном освещении и буровато-красный при искусственном).



В Европу турмалин пришел в начале XVIII века с Цейлона. В 1703 г. голландские моряки впервые привезли в Европу удлиненные кристаллы лилово-розового цвета. На Руси он был известен раньше, с XVI века. Турмалинами украшали оклады икон и одежду священников, церковные сосуды и царские регалии. Из красного турмалина искусные мастера вырезали гроздья ягод малины, смородины, винограда и украшали ими шкатулки и вазочки, сделанные из других камней. Ювелирные турмалины добывают на острове Шри-Ланка, в Индии, Бразилии, Калифорнии. Высоко ценятся красные русские турмалины из месторождений на Урале и в Забайкалье.



Огранка ювелирных турмалинов чаще всего ступенчатая или изумрудная, иногда фантазийная. Из камней с астеризмом и неоднородной окраской делают кабошоны. Иногда турмалин содержит тонкие шелковистые включения, проходящие вдоль кристалла. Такой материал обладает эффектом кошачьего глаза.



Некоторые турмалины меняют свой цвет при смене дневного и искусственного освещения. В ювелирных изделиях турмалин прекрасно сочетается с топазами, хризолитами, цитринами. Расточительность и пышность двора Екатерины II, по-настоящему обожавшей драгоценности, стала легендой, а сама великая властительница любила в перерыве от дел государевых поиграть в карты, поставив на кон горсть сверкающих бриллиантов. В 1777 г. шведский король Густав VIII преподнес ей в знак дружбы и уважения знаменитую Виноградную гроздь весом в 255 карат. Огромный, переливающийся камень был похож на сладкое лакомство, которое так и хотелось попробовать на вкус - то был необычайной красоты малиново-красный турмалин, хранящийся и поныне в Алмазном Фонде РФ.



Турмалин массой 500 карат венчает корону российской императрицы Анны Иоанновны, изготовленную в 1730 году. Большинство камней из этой короны ранее украшали корону императрицы Екатерины I, так же как и помещённый под алмазным крестом неправильной формы тёмно-красный турмалин. Он был куплен в 1676 году у китайского богдыхана по указу царя Алексея Михайловича и впоследствии украшал поочерёдно несколько монарших венцов. Вес этого турмалина составляет сто граммов.



Турмалинами украшали и венцы великих князей - например, уборы Михаила Романова и Ивана Алексеевича. Гемма, украшавшая голову Александра Македонского, которая хранится в одном из музеев Англии, вырезана из полихромного, а именно двухцветного - малинового и желтого турмалина. В корону чешских королей, которая по преданию убивала того, кто наденет ее не имея на это права, был вставлен турмалин.



Оклады икон, золотой потир (сосуд для причастия), выполненный по заказу Ирины Годуновой, и даже венцы царей Михаила Романова и Ивана Алексеевича 17-й век блистают разноцветными турмалинами. Безусловно, большую роль в усилении популярности турмалина в России сыграл и великий Фаберже, который чрезвычайно любил этот камень и активно создавал ювелирные изделия с турмалинами и малые предметы декора.


Стиль Фаберже. Использован розовый турмалин.

В Оружейной палате Московского Кремля хранится привезенная из Византии в 12-м веке панагия (круглая иконка) Иоанна Предтечи. Панагия отделана турмалинами. Лучшим представителем турмалина считается - «Веселый Зеленый Гигант» (Jolly Green Giant), который хранится в государственном Музее Естественной Истории в Нью-Йорке.



В 1989 году был открыт новый турмалин, который в последствии стали называть параиба-турмалин. Он ярко-голубого, неоново-голубого и зеленовато-голубого цвета. Спрос на этот новый материал настолько велик, что цена за один карат превосходит $10,000.





Малиновый турмалин считается талисманом художников, он дает творческие силы и приносит признание. Зеленый впитывает и охлаждает страсти. Пестрый турмалин - наполовину зеленый, наполовину красный, камень творческих и эротических импульсов, сохраняет в человеке молодость и силу. И, наконец, черный турмалин - шерл считается камнем ведьм. В странах Европы чародеи изготавливали амулеты из этих камней.



Амулет из турмалина помогает своему хозяину сконцентрироваться на главном, существенно повышает умственные способности. Амулет из красного камня помогает человеку обрести надежду, защитить от страхов и неоправданной тревоги.



Турмалин покровительствует людям, родившимся под знаками Льва, Козерога и Стрельца. Им он помогает развивать таланты, оберегает от алкогольной и наркотической зависимости, примиряет с окружающим миром. По мнению некоторых знатоков магических свойств камней, турмалин нельзя носить постоянно, так как он может нанести вред психическому здоровью человека, вызывая навязчивые мысли и создавая искаженное представление о сложившейся ситуации.



В народной медицине бытует мнение, что турмалин оказывает положительное воздействие на эндокринную систему. Лечебное действие этого минерала зависит от цвета. Камни зеленого цвета помогают при заболеваниях печени. Синие турмалины снимают нервное напряжение, облегчают последствия стрессовых ситуаций, улучшают сон, избавляют от бессонницы и ночных кошмаров. Камни черного цвета, по мнению некоторых народных целителей, являются неплохим профилактическим средством от простудных заболеваний. Голубые турмалины улучшают зрение, облегчают головные боли. Современные литотерапевты считают, что этот камень повышает иммунитет, дает человеку ощущение радости и покоя. Турмалин улучшает память, снимает головокружения, очищает сосуды, заряжает плазму. В проточной воде можно снять лишний заряд с камня. Для того, чтобы зарядить – нужно немного подержать его на солнце.


из

23 Apr 20:05

Взрывающиеся яйца

Недавно мой одноклассник Ф. вспомнил, что когда он школьником приехал в Израиль, и в доме завелась новинка техники - микроволновка, он первым делом попробовал испечь в ней сырое яйцо. Яйцо взорвалось прямо в печке (которую после этого его инженеру-отцу не удалось починить). Неделю после разговора, нашел я в холодильнике вареное яйцо. Очистил от скорлупы, надкусил - а оно, оказывается, не доварилось - в мешочек... Тогда я поставил его на минуту в микроволновку. На 50-й секунде яйцо взорвалось, да как: разлетелось на мельчайшие частички. Я сразу вспомнил рассказ одноклассника. Вспомнила его и жена, которая крепко отругала меня за глупость и строго наказала разобраться в причине взрыва. Полчаса отмывал печку, и все думал. И чем больше я думал, тем меньше понимал, как такое случилось.

Я полагал, что сырое яйцо взорвалось, т.к. пар не мог выйти из скорлупы. Но в моем случае скорлупы не было, и яйцо даже не было целым: пар мог свободно выходить из белка и (полужидкого) желтка. Почему даже такое яйцо взорвалось? Почему яйца не взрываются, если их варить? Почему так ведут себя яйца, а не (скажем) кусок мяса? На сети я нашел множество ответов; ни один из них не проливал свет на мои (казалось бы, очевидные) дополнительные вопросы. То, что взрыв был вызван превращением воды в пар (на что напирали интернетные дяди и тети), было очевидно; непонятно было другое: как давление пара могло стать настолько высоким? Обычно, когда растет давление, в матрице возникают трещины, и давление стравливается. В желтке (а взрыв происходил в нем) давление росло, а трещины не возникали, и наступало катастрофическое разрушение матрицы.

Я придумал такое объяснение: особенность желтка в том, что полимерная матрица становится все более резиноподобной, когда нагревается. Вода дробится и превращается в пар, которому блокирован путь наружу. Такое возможно, если под действием тепла белковый материал превращается в эластомер, и число связей между полимерными цепочками становится тем больше, чем выше температура. Такое возможно, если при денатурации высвобождаются SH группы и возникают дисульфидные мостики. Этим, например, объясняется пригорание молока. Это редкое свойство: обычно такие группы уже превращены в мостики в белке, поддреживая его трехмерную структуру. Т.к. яйца твердеют при нагревании (на сковородке), механизм выглядит правдоподобным. Осталось узнать, что это за белок, и я посмотрел стандартные книжки по биохимии пищевых продуктов
https://books.google.com/books?id=cl3Pq5YzPxgC&pg=PA230
https://books.google.com/books?id=rlpRi4urAMkC&pg=PA139

Оказалось, что причина затвердевания желтка при нагревании, увы, плохо известна, но есть хороший кандидат - апо[липо]протеин
http://www.publish.csiro.au/?act=view_file&file_id=BI9840007.pdf
В организме липиды переносятся белковыми глобулами (LDL). Такие комплексы похожи на флакон: наружняя оболочка, содержимое и пробка - апопротеин. В нем 30 свободных SH групп. При нагревании до 70 градусов, белок денатурирует, сульфгидрильные группы образуют мостики, и начинается гелеобразование. Чем выше температура, тем более разворачивается белок, и процесс идет по нарастающей (тут имеет значение и расшивание внутренних S-S мостиков свободными SH группами). Особенность микроволнового нагревания - в обеспечении идеальных условий для реакции. Денатурированный белок выпускает воду, "выжимая" ее вовне. Вода нагревается, передает тепло белку, денатурация продолжается, и цепочка реакций поддерживается, пока процесс не заканчивается. Теплу становится некуда деваться; вода, захваченная эластомером, превращается в пар, и происходит взрыв. В яйце содержатся десятки тысяч белков, но ведет себя подобным образом только один (в желтке, по понятным причинам, много липопротеина, т.к. в нем запасен жир для эмбриона).

Я вспомнил, что одна из основных теорий атеросклероза
http://atvb.ahajournals.org/content/30/12/2311.full
http://circ.ahajournals.org/content/91/9/2488.full
называет его причиной окисление липопротеинов свободными радикалами. По этой теории SH группы белка играют роль антиоксидантов. В LDL содержатся молекулярные антиоксиданты (несколько молекул витамина Е), но им, наверно, трудно добраться во все необходимые места. Приходится вводить сульфгидрильные группы прямо в белок, и вот это-та структурная особенность вызывает необычное поведение белка при нагревании.

Получается, что ответ на вопрос, отчего взрываются яйца в микроволновой печке м.б. таков. Из-за перекисного окисления липидов белковые комплексы, которые их переносят, должны содержать антиоксиданты, и потому сами липидопротеины стали такими антиоксидантами, используя свободные сульфгидрильные группы в гидрофобных областях белка. Те же самые комплексы используются как источник липидов и энергии для куриного эмбриона. (Там они содержатся в концентрированном виде). Нагревание выше некоторой температуры (через молекулы воды, поглощающие радиацию и отдающие тепло матрице) приводит к дентатурированию белка, и такие сульфгидрильные группы оказываются на поверхности. Начинается лавинообразное образование дисульфидных мостиков, и образуется эластомерная матрица. После этого теплу становится некуда деваться, захваченная матрицей вода обращается в пар, который не может из нее выйти. Давление пара нарастает, и, в конце концов, матрица не выдерживает: яйцо взрывается. В большинстве других тканей потребности в такого рода защите от окисления нет, и потому подобный взрыв исключение, а не правило.

Такова моя теория яиц.

15 Apr 07:17

Главная проблема Средиземья

Вообще, до всей этой серии можно много где докопаться. И до книг, и до фильмов. Местами они слишком детские, местами затянутые, местами нелогичные. Это всё, конечно, не может затмить эпичности — особенно эпичности кинематографического варианта.

Но что меня реально раздражает… нет, даже не те жалкие оправдания, которыми объясняется, почему они не долетели на орлах…

Раздражает циничный, очевидный, офигенный дисбаланс этого мира и этих историй. Если бы была игра с такими правилами, то форум разработчиков был бы завален требованиями ослабить некоторые юниты. Поскольку в нынешнем состоянии игра не имеет никакого смысла.

Как это бывает в фэнтезийных стратегиях. Есть, значит, дешёвые и слабые юниты, и есть дорогие и сильные. Очень плохо, когда в игре присутствует момент, начиная с которого ты можешь поставить на поток производство самых топовых солдат. Поскольку это как бы намекает, что пацаны с копьями нужны только чтобы продержаться пару десятков ходов, а основные битвы будут строго между драконами и великанами.

И ещё хреново, когда есть заклинания, которые по соотношению цена/качество заруливают все остальные. Ибо исход тот же: будут использоваться только эти. А это снижает разнообразие процесса.

Но всё это можно простить по сравнению с тем вариантом, когда есть, блин, дешёвые и сильные юниты. Или убер-юнит, который один может выпилить всех на карте. Поскольку в этом случае ты победил уже в тот момент, когда начал играть. А потому и начинать-то не особо интересно.

Так вот, Средиземье.

Леголас в одно рыло заваливает слона, размером с атомоход. Стрелой в затылок. Да блин, а чего бы ему тогда вообще всех на поле не уфигачить? В «Хоббите» его долго мутузил какой-то орк. Крутой орк, да, но драка была почти на равных. Но, видимо, с тех пор Леголас успел так прокачаться, что этого орка теперь бы одним плевком убил.

Подозреваю, что если бы он уже был таким во времена «Хоббита», то компашке гномов не пришлось бы никуда идти. Мега-эльф просто бы проскакал по пещере до дракона и истыкал бы его зубочисткой до смерти.

Не, ну правда, у слона, поди, одна только кожа толщиной со всего Леголаса. И ну надо же! Один выстрел — труп. Это всё равно как муравей один на один сразился бы с человеком и заколол бы его обломком сосновой иголки.

Далее дракон. Дракон, который выжил, когда его облили сотней тонн расплавленного золота. Дракон, который в одиночку вынес целый город боевых гномов. И, видимо, ещё несколько десятков таких же по силе армий. Дракон, про которого Гэндальф, Саруман и Электродрель говорили, что если его заполучит Саурон, то всему миру трындец.

Этого дракона застрелил с одной попытки какой-то чел, который работал контрабандистом. Понимаете? Контрабандистом! Боевые гномы, которые тренировались целыми днями, не справились даже всей толпой. А тут контрабандист, из всего оружия державший в руках только весло, с одного выстрела попадает в единственную отвалившуюся чешуйку на движущейся мишени. Робин Гуд после этого поседел, спился и ушёл в пустыню отшельником.

В книге Бард хотя бы был капитаном лучников городской стражи и мастером стрельбы, поэтому с очень большой натяжкой можно было бы… Но в фильме про лучников ни слова. И про городскую стражу тоже, поэтому вообще неясно, почему какой-то парень, который до этого возил нелегальную рыбу, рубит орков не хуже двух эльфов, которые до этого постоянно занимались тем, что рубили орков.

Если крутизну Леголаса демонстрировали во всех фильмах, то данный чел — Бард — просто типичный рояль в кустах.

Дальше больше. Арагорн в одиночку отбивается от толпы назгулов. И побеждает их — ну, во всяком случае, они от него линяют. Те самые назгулы, которых стремалось всё Средиземье. Он пошёл на хитрость и использовал факел? А что, до этого момента никто так и не попробовал использовать горящую деревяшку? Или кто-то всё-таки попробовал, но все попробовавшие хранили это в секрете?

Эти двое — Арагорн с Леголасом — стоят целой армии. Но при этом почему-то, когда на них в лесу нападает пара десятков орков, эти два супермена пытаются от них убежать.

Не, ну, чуваки, давайте определимся: либо они мега-крутые и тогда должны орков валить сотнями (что, кстати, и проделывается ими во время битвы за Хельмову Падь), либо они как все и двадцать орков — это для них много. Даже когда вместе с ними боевой гном и Шон Бин, который, хоть и очевидный нежилец, но хоть сколько-то продержится.

Где, я вас спрашиваю, баланс?

Теперь Гэндальф. Который замочил, простите, Балрога. Гигантского адского демона. Причём, не магией замочил, а в рукопашной, если верить фильму. В другом месте нам показывают, что Гэндальф может своей магией сшибать с небес наездников на каких-то крылатых тварях. Он может стукнуть посохом оземь и во все стороны разойдётся магическая волна, которая всех валит с ног. Он умеет делать силовое поле, которое выдерживает магию Саурона.

Скажите, почему этот мега-чародей в остальных случаях хреначит орков мечом, а то даже и посохом? Ну, положим, ему надо копить «энергию», чтобы ей потом стрельнуть. Однако стреляет она потом о-го-го как. Судя по тому, что нам показывают, бо́льшую часть времени эту энергию он вообще никак не использует. Что ему в таком случае мешает в критической ситуации жахнуть? Зачем он, вместе с гномами, бегает от небольшой кучки орков? Он ведь мог бы их всех отжахать в одиночку.

А уж вместе с Леголасом и Арагорном, так и вообще туши свет. Но нет, и с ними он тоже постоянно ото всех бегает. Это, блин, от них все должны бегать. Это они — дисбалансные юниты, а не орки.

Единственное объяснение, почему понадобились все остальные: эти трое решили, что как-то неспортивно будет постоянно использовать всю свою силу, а потому, когда против них выходил кто-то рядовой, они поддавались.

Но и это ещё не всё. И даже не половина. Самое откровенное попирание всех правил игрового баланса я приберёг на самый конец.

Паучиха Шелоб. Она была потомком Унголиант. Чтобы было понятно, кто такая Унголиант: как вы помните, Саруман в поединке без проблем отодрал Гэндальфа. Того самого Гэндальфа, который отодрал балрога. Над Саруманом стоял Саурон. А сам Саурон прислуживал Мелькору. Мелькор — это что-то типа нашего сатаны. Самый сильный ангел (айнур), который скурвился и стал Главным Гадом.

Так вот, Унголиант однажды чуть не отодрала Мелькора. И тот отбился только потому, что ему на помощь пришли балроги.

И Шелоб — её потомок. Здоровая паучиха. Ну, не знаю, может быть, ей по наследству передалось не так много крутости, но орков она ела на завтрак. Да, хрен с ним, пусть ей вообще не передалось — она всё равно офигенно здоровая паучиха. Которая постоянно ловит и жрёт орков и людей. И что же происходит? Сначала её отгоняет эльфийской лампочкой Фродо. Ему это, впрочем, не помогает, и он попадает в её сети. Но после этого её уделывает Сэм. Хоббит. Который вообще никогда не тренировался сражаться. Тем более, с гигантскими пауками.

Отвага, я понимаю. Но если я выйду против Валуева, то никакая отвага мне не поможет.

Единственный шанс в этом случае — уклониться от прямого столкновения, куда-то заманить и попытаться уронить на неё гирю в шестнадцать тон. Однако даже если это сработает, то всё равно будет неясно, каким образом какой-то деревенский хоббит догадался до того, до чего не догадались мудрые эльфы, пытавшиеся выпилить эту паучиху (в фильме это не показывали, если что).

Но Сэму удаётся победить в прямом столкновении!

При таких раскладах странно, что Смауга подобным же образом не замочил сам Бильбо. А что? Пошёл ты в баню, баланс! Гулять так гулять!

Но самый шедевр — долбанная армия мертвецов, которую призвал Арагорн. На этом моменте от баланса не осталось вообще ничего. Бестелесные создания, сквозь которых проходит любое оружие, не причиняя им вреда, которые могут парить не только над землёй, но и над водой, и при этом могут убивать. Я могу только развести руками. Это всё равно как выдать игроку кнопку «убить всех врагов на карте».

В вышеупомянутых играх, ради баланса, сделано так, что если на самого крутого монстра навалится толпа самых дешёвых юнитов, то у них есть шанс его замочить. Это я понимаю и одобряю. Да, действительно, как бы ни негодовали некоторые игроки, гипотетически небритые мужики с дубинками могут замочить танк.

Если танк один, а чуваков — сто тысяч.

Если они не сдрейфят и проявят смекалку, то у них может и получиться. Ну, не знаю, начнут набегать со всех сторон, например. Танку нужно время на перезарядку, поэтому основная масса до него всё-таки добежит. А там совместными силами перевернут и закопают. Или накладут в смотровые щели горящих деревяшек.

Это, повторюсь, понятно и одобрительно. Но тут ключевой момент: слабые — толпой. В данных же произведениях вполне возможны и толпы сильных, и слабые, которые могут в одиночку отмачивать каких-то нереальных монстров. И даже тусовки сильных, которые убегают от слабых. Хотя да, если возможны такие слабые, как Сэм, то действительно лучше на всякий случай убежать.

Мне нравятся все эти фильмы. В них офигенно играют офигенные актёры, в них умопомрачительные декорации, отлично поставленные бои, потрясающие пейзажи, клёвые спецэффекты и постобработка. В них под каждую расу создана своя культура, архитектура, одежда, орнаменты и даже музыка. Это очень круто. Даже разговоры, которые многих раздражают, меня не раздражают. Кроме того, там в общем и целом довольно хороший сюжет.

Но и сюжет, и разговоры иногда вдруг на ровном месте сваливаются в пучины дисбаланса. И в этот момент фильмы начинают напоминать 3д-шутер, где главному герою кто-то проникновенно рассказывает о том, что он должен тихо-тихо пробраться мимо охранников. Рассказывает, сразу после того, как главный герой настрелял пару сотен точно таких же охранников и полсотни чуваков покруче.

Я понимаю, эпос, но двадцать первый век же на дворе. Должна быть какая-то последовательность.

Пусть слабый побеждает, например, хитростью. Или собравшись в толпу с другими слабыми. Ну ладно, пусть даже побеждает один, но только после долгих тренировок. Вот сцена с Бильбо и Смаугом — она отличная. Вот так должно было быть вообще всё.

Пусть сильный как-то, что ли, помнит, что он — сильный. И если уж он в одной сцене умочил сто орков и двадцать мега-слонов, то не надо, чтобы в другой сцене он стремался двух вшивых гоблинов.

Ну и эта, придержите коней. У вас явный перебор с танками против дубин. Когда сильный сражается против пятерых — это эпично. Но когда у кого-то в посохе спрятана ядерная бомба, способная подорвать половину армии, — это уже как японские видеоигры. Тем более, у вас куча сцен, где вот это самое «против пятерых» отлично раскрыто. В том числе, во время крупных баталий.

И, наконец, магия. Если можно за полсекунды сотворить взрыв и накрыть им всё поле боя, то какие, нафиг, мечи и луки? Тем более, у того, кто как раз и может всё поле одним махом накрыть? Сотворил вокруг себя магическую защиту, добежал до центра армии — бабах, победа. Даже если до этого надо месяц энергию копить.

Да, да, я знаю, что можно придумать кучу отмазок, почему в этом мире всё так, а не иначе. Что сраным орлам мешала гордость, поэтому они могли вывезти незнакомых им гномов с поля боя, но вот то, что вообще весь мир может наипнуться, их не волновало, поэтому хоббитов к вулкану они не повезли. Ну, в одну сторону не повезли, а когда с миром всё стало в порядке, то теперь обратно уже нормально так повезли.

Однако все эти отмазки — жалкие. Столь же жалкие, сколь жалки отмазки разработчиков игры по поводу дисбалансных юнитов в ней. «Ну, это потому что тут древняя магия». Нет, это потому, что вы не просчитали в этом месте баланс. Так и скажите: «ой, не просчитали, сейчас поправим». Без ошибок не бывает. Не надо только делать вид, что баги — это на самом деле фичи.

Можно было бы придумать гораздо более внятное объяснение. Например, что коварный Саурон на каждом шагу понаставил противоорловых зениток.

Но это тогда надо показать. Поэтому легче просто не лепить всей этой херни. Просто, блин, нету гигантских орлов. И вообще из летающих тварей — одни только драконы, да и те очень редкие. Нет дисбалансных призраков. Нет магов, взрывающих целые поля. Вместо них есть маги, которые дофига всего знают, умеют лечить, варить зелья, усиливать оружие и светить лампочкой с посоха.

Кстати, маги.

Радагаст, сцуко, умел лечить ежей. Сцуко, добрый. Но ему почему-то не пришло в голову, что можно ещё и людей с эльфами тоже как бы подлечивать.

— Ой, да, Гэндальф, ты прав, Смауг — такая опасная хрень! А ну как Саурон его использует? Всему ж тогда пипец!

— Ну, у меня тут кучка гномов идёт его мочить. Ты как? Ну, если кого ранят — подлечишь?

— Нет, извини, не могу. Мало ли — ёж какой в это время заболеет, а меня нет? Кто его тогда вылечит?

Жаль, что этот диалог нам не показали.

Впрочем, Гэндальф тоже вёл себя как та ещё гадина.

— Эй, Радагаст, срочно скачи ко мне! У меня важные новости!

— Привет, Гэндальф, три дня скакал. Чуть не помер. Что у тебя там?

— Мир в опасности, Радагаст, я пошёл его спасать!

— Что за опасность?

— Нет времени объяснять! Адьё!

— Блеать, Гэндальф, я сюда три дня скакал!

— Ну, я сейчас с загадочным видом удалюсь, а ты скачи три дня обратно.


Вообще, идеальный вариант магии — эти самые кольца. Вот так должна выглядеть магия: что-то неясное, что даёт странные и не особо сильные прямые бонусы, типа невидимости ценой попадания в странный мир, но зато оно в целом усиливает своего владельца и одновременно подчиняет себе его разум. Это — тоже фантастическое предположение, но в нём нет дисбаланса.

В отличие от сраной армии мертвецов, будь она неладна. В своё время половину впечатления от фильма одним махом загубила.



doc-файл

14 Apr 08:52

Байки в нашей жизни

http://storyfox.ru/post/i-tut-poyavlyaetsya-hozyain-harleya-malchugan-kak-zaoret/

В пятницу подъезжаю к гипермаркету, затариться пивком да креветками. Смотрю — свободное место есть, рядом с офигенным харлеем.

Паркуюсь, выхожу из машины, начинаю рассматривать его, так как люблю мотоциклы такие. Рядом около машины копошится семья, укладывает покупки. Мама, Папа, и мальчуган, лет пяти.

И тут появляется хозяин харлея.

Классика — кожаные штаны, казаки, кожаная жилетка на голое тело, на одном предплече татуха ZZ Top, на другом — AC/DC. И… Огромная белоснежная шевелюра с кудряшками, и такая же белоснежная борода до пупа. Этакая помесь того самого ZZ Top и MC Вспышкина.

Мальчуган как заорет — «Мама, смотри, Дед Мороз!».

А мама ему — «Нет сынок, это дядя-байкер».

У мальчонки начинает надуваться нижняя губа.

А дядя-байкер поворачивается к мальчугану, и говорит хорошо поставленным басом (дальше диалог с мальчиком):
— Да нет, я и есть Дед Мороз.
— А где твоя красная шуба и почему на мотоцикле?
— Так лето, у меня отпуск, катаюсь вот, заодно смотрю на деток, кто хорошо себя ведет, а кто плохо, чтобы знать, кому дарить подарки на Новый год, а кому — нет. А на мотоцикле, потому что олени отдыхают, травку щиплют, сил набираются, ведь зимой сколько дел у нас будет.
— А Снегурочка где?
— А Снегурочка на юге, в Турции отдыхает.
— А она не растает?
— Да нет, сказки это, не таем мы от жары.

Далее открывает кофр, которые битком набит небольшими плюшевыми зайчиками.

Берет одного, и дарит мальчонке со словами: — Веди себя хорошо, слушайся Маму с Папой, и будет тебе на новый год хороший подарок.

У того, аж чуть не слезы на глазах от счастья.

Потом он (байкер) поворачивается ко мне, подмигивает и шепчет — «Третий за сегодня».

Садится на моцык, и плавно отьезжает.

Мама улыбается, Папа улыбается, мальчонка обнимает зайчика.

Я смотрю на солнышко, и думаю — «Как же жизнь хороша!»



12 Apr 17:05

Что считать хорошим образованием?

Мнѣ задали вопросъ, а что я расцѣнивалъ бы какъ хорошее образованiе. Пауза уже затянулась, а я все не могу отвѣтить (это трудно сдѣлать потому, что перебираешь людей, которыхъ считаешь образованными, и ищешь сферу пересѣченiя — она мала). Хотѣлъ бы переадресовать этотъ вопросъ всѣмъ читателямъ. Съ предварительнымъ уточняющимъ вопросомъ: а можно ли говорить о кругѣ знанiй, необходимомъ для того, чтобы быть образованнымъ, и если нѣтъ, то достаточно ли какого-то объема или нужно что-то другое? И если да, то насколько онъ можетъ быть обширнымъ?

http://philtrius.livejournal.com/1100329.html

В самом деле. Я могу себе представить ответ, находящий опору в литературе предмета. То есть - древние языки и математика. Я примерно представляю, какие аргументы у такой точки зрения, что это за теория. Но я никогда не видел человека, образованного таким образом, то есть чтобы он нормально знал только это. Я могу сформулировать "идеал" - например, знать универсально много, не просто факты, а разбираться в сути окружающих явлений мира. Я таких людей встречал, хотя и крайне редко - конечно, я могу отвечать лишь за то, что я не видел их берегов, они знали намного больше меня. При этом все они жаловались на то, что их образование - ужасное, недостаточное, плохое, они знают потрясающе мало, учатся всю жизнь и не перестают сожалеть, что по лености успевают так мало. И такие люди обычно упоминают о своих учителях, которые были в самом деле образованными людьми и вот они, те, которых я не видел - вот они да.

Я бы, наверное, сформулировал вопрос так. Чтобы не ограничиваться редкими, уникальными людьми, которых в жизни один, много - два. Давайте исходить из десятка. То есть образование кого-то одного - это вещь уникальная, тут не с чем сравнивать, а вот если с неким образованием набирается известных человек десять - имеет смысл смотреть на уровень образования.

То есть - вы встречаете человека, знакомитесь, разговариваете. Постепенно оказывается, что, ежели вас спросить, вы бы сказали, что у вашего знакомого отличное образование. На уровне десятки самых образованных людей, встреченных вами в жизни, ну или даже большего числа, если повезло.

По каким критериям вы это определите? Речь? Строение фраз? Знания? Умение аргументировать? Понимание основ? Редкое здравомыслие? Знание мелких деталей, выдающих плотное знакомство с разными предметами? Специальные глубокие знания в одной дисциплине? Универсальность, некоторое зрание широкого коруга проблем? Те же древние языки? Или просто по факту выпуска из некого университета или школы?

Почему бы вы сказали, что у кого-то хорошее, даже отличное образование?
10 Apr 10:01

24 невероятно красивых и редких камня

Природа — самый лучший художник, который создает потрясающие по своей красоте образы. Взять к примеру камни и минералы, которые люди находят в разных концах света, — каждый из них неповторим и уникален в своем роде.



Опал «Огненный закат»



Голубой опал «Вселенная»


Опал «Океан»



Аметистовая жеода «Император Уругвая»



Окаменелый опал



Австралийский черный опал



Флюорит



Розовый кварц



Бирманский турмалин



Сколецит



Титановый кварц



Хризоколла



Азурит



Арбузный турмалин



Родохрозит



Реальгар



Уваровит



Флюорит, кварц и пирит



Крокоит



Кобальтокальцит



Голубой агат



Рутил



Ботсванский агат



Лабрадорит



По материалам: boredpanda


07 Apr 23:02

Об игре в наперсток по-научному, или Не садись играть с Геккелем - разденет (часть 2 и последняя)

Это вторая и последняя часть заметки опубликованной позавчера. Если вы ее не читали, начните с нее.

Без предисловий продолжаем цитировать обсуждаемую статью.
Какое отношение всё это имеет к пребиотической Земле? Скорее всего, на ранней Земле океан имел объём 1×10^24 литров. Имея аминокислоту с концентрацией 1×10^-6 М (умеренно разбавленный первичный бульон, см. Chyba и Sagan 1992 [23]), имеем примерно 1×10^50 потенциальных стартовых цепочек.
(конец цитаты)

С чего тут начать? Пожалуй, с разбавленного первичного бульона. В статье Карла Сагана (ссылка [23] из статьи Масгрейва) суммарная концентрация аминокислот в океане в том случае, если атмосфера предбиологической Земли была вулканического происхождения, действительно оценивается в 1×10^-6 М. Но Саган, который при всем своем популяризаторском энтузиазме оставался еще и ученым, делает важную оговорку; при расчетах скорости образования органики на предбиологической Земли делалось допущение, что эти реакции лимитируются только притоком энергии (ультрафиолет, молоньи, извержения вулканов, раскаленная лава, падающие кругом метеориты и проч.), а вещества, из которых образуется сложная органика, включая аминокислоты, всегда присутствуют в избытке. Однако нет оснований считать, что искомый избыток следует принять как данное.

Вот так это все выглядело тогда на предбиологической Земле - вулканы, молнии, мамадарагая...
rna-world-440


Более того, ультрафиолет и молнии могут приводить как к образованию аминокислот, так и к их распаду; оценки Сагана основаны на том, что вся образовавшаяся органика попадет в океан и останется там надолго. Для этого аминокислоты, образующиеся в атмосфере и верхних слоях воды, куда ультрафиолетовые лучи проникают, должны немедленно после синтеза уходить в океанские глубины или пещеры, где разрушительное действие того же ультрафиолета их не задевало бы. В экспериментах для этого служат ловушки, а в реальной жизни такое невозможно, поэтому не все, что будет синтезировано, попадет в толщу вод. Поэтому ограничение скорости абиогенного синтеза недостатком реагентов и частичное разрушение синтезированных аминокислот до их попадания в условия, где они могут сохраняться очень долго, следует учесть; по этим прининам понизим оценку концентрации аминокислот в первичном бульоне до 1х10^-7М.

Другой трюк гораздо проще. Реальный объем океана ~1,3 x 10^21 л, т.е. в 1000 раз меньше того, что написано в статье. При этом средняя глубина океана в наши дни равна 3711 м, что делает в принципе невозможным океан объемом 1 x 10^24 л, поскольку средняя глубина такого океана должна быть около 3000 км.

Для чего автор завышает эти оценки? Зная концентрацию аминокислот и объем океана можно попытаться оценить число образующихся пептидов. Чем больше это число, тем больше вероятность того, что случайно образуется тот самый «саморепликатор». Завысив концентрацию в 10 раз и объем в 1000 раз, мы можем увеличить число молекул пептидов, среди которых следует искать саморепликатор, в 10 тыс раз, что представляет несомненную пользу для диктатуры пролетариата прогресса прогрессизма.

Но завышения результата в 1х10^4 раз прогрессизму недостаточно, поэтому наперсток продолжает кружиться. Еще раз посмотрим на пусть даже и неправильные цифры в статье Масгрейва. Океан, согласно автору, имел объём 1×10^24 литров, а аминокислоты в нем имели концентрацию 1×10^-6 М. “М” здесь означать “моль в литре”. Моль это количество вещества, в котором содержится число молекул равное постоянной Авогадро (~6х10^23). Следовательно, если оценка 1×10^-6 М была бы верной, в литре первичного бульона содержалось бы 6 х 10^17 молекул аминокислот. При объеме океана в 1×10^24 литров (завышенном), на первичной Земле было бы ~6 х 10^41 молекул аминокислот. Максимально возможное число растущих пептидных цепочек не может превышать число аминокислот, но в статье говорится о 1×10^50 “потенциальных стартовых цепочек”.

Превышение в пользу нищих избыточествующих духом уже в 10^8 с лишком раз. Но даже оценка в ~6 х 10^41 завышена для числа растущих цепочек, поскольку каждая из этих цепочек будет состоять только из одной аминокслоты. Чтобы нарастить некоторые из них, потребуется использовать те же самые молекулы аминокислот. Если средний пептид имеет длину в 30 с хвостиком аминокислотных остатков (приблизительная длина «саморепликатора», о котором идет речь), то число таких пептидов, существующих единовременно на предбиологической Земле, не превысит 2х10^40. Разумеется, это возможно только в том случае, если все аминокислоты будут включены в состав пептидов – большое преувеличение. Но даже без учета этого обстоятельства, разница между исходными данными, используемыми автором, и результатом, который он нам предъявляет, составляет 5×10^9 раз. И это без учета десятитысячного завышения в исходных данных! Мы на время оставим эту занимательную арифметику, но еще вернемся к этим цифрам, делая наши собственные оценки.

Продолжаем цитирование.
Приличное количество работающих пептидных лигаз (около 1х10^31) можно получить менее чем за год, не говоря уже о миллионах лет. Даже при вероятности 1 из 4,29х10^40 синтез примитивного саморепликатора может случиться относительно быстро (помните, что наш репликатор может синтезироваться и при самой первой попытке).

Предположим, что формирование последовательности занимает неделю [14,16]. Тогда лигазу Гадири можно получить за неделю, а любая последовательность цитохрома С может возникнуть немного более чем за миллион лет (как и примерно половина всех возможных 101 пептидных последовательностей, большая часть которых будет функциональными в той или иной степени белками).

Хотя я использовал в качестве примера лигазу Гадири, те же расчёты применимы и к саморепликатору SunY или РНК-полимеразе Экланда. Оставлю это в качестве упражнения для читателя, но общий вывод (что можно получать много вещей в течение короткого времени) для этих олигонуклеотидов един.

(конец цитаты)

Сказать по правде, мне откровенно непонятен переход автора от исходного числа цепочек к числу 1х10^31, которое он называет количеством работающих пептидных лигаз.* Как мы убедились, максимально возможное число пептидов длиной около 30 аминокислотных “кирпичиков” при исходных данных, используемых автором, равно приблизительно 2х10^40. При вероятности выпадения искомой последовательности в 1 из 4,29×10^40, вероятность того, что среди образовавшихся пептидов появляется хотя бы одна молекула искомого репликатора все еще не слишком велика. А мы уже знаем, что исходные данные по концентрации аминокислот и объему их раствора (первичного океана) были завышены автором в 1х10^4 раз.

Более того, во втором абзаце последней цитаты повторяется утверждение, сходное с тем, что мы уже видели в самом конце первой длинной цитаты; аминокислотные последовательности необходимой длины “создаются за неделю”. В оригинале эта мысль выражена честнее: “вы можете сделать за неделю”. И это действительно так; пептид такой длины можно сделать за неделю, но к скорости его самопроизвольного синтеза на добиологической Земле эта скорость не относится никак. К чему же она относится?

Процитированные автором исследования [14] и [16], действительно, были проведены с целью моделирования предбиологического синтеза биополимеров. Мы уже говорили о том, что этот вопрос один из центральных и что ответ на него дать трудно – в воде связи между «кирпичиками» пептидов и нуклеиновых кислот самопроизвольно не образуются. Требуется приток химической энергии, позволяющий активировать эти «кирпичики». Еще более тривиальная, но не менее неприятная проблема состоит в разбавленности растворов «кирпичиков» в воображаемом первичном океане. Помните, мы об этом говорили выше? При таких низких концентрациях аминокислоты редко сталкиваются друг с другом, что делает реакцию их конденсации (образования цепочки) медленной. Тем более, что они должны быть активированными, а если они будут долго плавать в одиночестве, то вода расщепит активированную производную аминокислоты быстрее, чем последняя столкнется с растущим пептидом и войдет в его состав.

Есть ли такие природные условия, в которых эти проблемы были бы решены? В качестве таковых в работах по самопроизвольному происхождению жизни нередко выдвигается адсорбция на минералах. Если аминокислоты не плавают в толще океана, а связываются с поверхностью разных глин и проч., будет происходить их естественная концентрация. Там они будут соединяться в цепочки, которые будут оставаться связанными с поверхностью и продолжать расти. Вот этот процесс и пытались моделировать в статьях [14] и [16], из которых Масгрейв делает вывод, что время образование пептидной цепочки длиной с обсуждаемый «саморепликатор» около недели или двух. Отчего так?

Эксперименты в этих статьях проводили по синтезу олигонуклеотидов (коротких цепочек РНК) и пептидов (коротких белковых цепочек), используя в сущности один подход. Я уделю большее внимание пептидам (ссылка [14]) исключительно потому, что «саморепликатор», о котором мы решили поговорить, является пептидом. Чтобы смоделировать абиогенное образование пептидов исследователи первым делом активировали глутаминовую кислоту (одна из 20 аминокислот, обычно встречающихся в белках) с помощью карбонилдиимидазола и добавляли ее к иллиту (иллит это глина такая, если что). Иллит с тем, что к нему прилепилось, осаждали, отбрасывали надосадочную жидкость, а затем добавляли к глине новую порцию активированной аминокислоты. Если повторить эту операцию 50 раз, то в смеси продуктов, смытых потОм с иллита можно найти пептиды средней длиной в 40 аминокислотных остатков/звенев/«кирпичиков». Без иллита длина образовавшихся пептидов не превышает 10 звеньев. Эти результаты представлены в качестве доказательства того, что адсорбция на минералах оказывает положительное влияние на синтез пептидов в таких условия. Действительно, оказывает. Но условия эксперимента не имеют отношения к тому, что они должны моделировать.

Глина
32027

Тоже глина
lechebnaya-glina-kryma


Карбонилдиимидазол в воде быстро распадается, отчего хранить его следует тщательно укупоренным в присутствии осушителя, защищая от атмосферной влаги. Откуда ему взяться в первичном океане? Более того, концентрация глутаминовой кислоты, которую активировали и добавляли к глине в этих экспериментах, превышала оценку концентрации аминокислот в первичном океане из работы Карла Сагана в 2х10^5 раз. В 200 тысяч раз, Карл! Более того, к глине с накопившимися на ней продуктами активированную глутаминовую кислоту добавляли не раз и не два, а целых 50 раз. И наконец – все, что нам соблаговолили сообщить авторы статьи про синтез пептидов из активированных карбонилдиимидазолом аминокислот о количестве продукта это то, что продукт этот может быть обнаружен. Количественная оценка выхода продукта отсутствует. Судя по тем данным, которые представлены, доля аминокислот, связавшихся в искомые пептидные цепочки, очень мала.

Именно время, которое занимает такой эксперимент, и называет Масгрейв «временем за которое вы можете сделать пептид». Но за неделю-другую его делает экспериментатор в условиях не имеющих отношения к добиологической Земле. (Если уж совсем честно, то в том эксперименте, что я описал выше, люди делали два цикла в сутки, так что 50 добавлений активированной аминокислоты к глине занимало почти месяц, но это сущие пустяки.) На стандартный химический синтез пептида по Меррифильду (как делают пептиды для лабораторного и практического использования в реальной жизни) уходит еще меньше времени, но никто не выдает этот синтез за модель абиогенной реакции.

Как мы можем представить себе естественный процесс, моделируемый подобным экспериментом из набора «Химические фокусы»? Нам нужен некий природный реактор, который временами бывает сух, как пустыня, чтобы в нем по неизвестным причинам накапливался в сухом виде карбонилдиимидазол или подобное ему соединение, а затем заполняется водой, чтобы в ней шли химические реакции с участием таких соединений и адсорбированных на минеральной поверхности этого реактора аминокислот, затем реактор снова высыхает, чтобы накопить неустойчивое в воде активирующее соединение и т.д. Время от времени пептидные продукты, образующиеся на глиняном дне такой периодически высыхающей лужи или зоны прилива/отлива, вымывались бы в океан, где происходило бы их взаимодействие с другими полимерами и всякая прочая предбиологическая эволюция.

Понятно, что такие условия весьма уникальны (пересыхающая лужа с глинистым дном, на котором идет синтез пептидов), если они возможны в принципе (требуется отложение изрядного количества карбонилдиимидазола на дне пересохшей лужи, поскольку в эксперименте аминокислоту в каждом цикле реакции активировали большим избытком этого активирующего реагента**). И после всех этих чудес в решете выход конечного пептидного продукта очень, ОЧЕНЬ мал!

Меньше, чем нимфозория!
Левша. Николай Лесков


Вам может показаться, что предложенные сценарии не просто сомнительны, но во многом противоречат химическим свойствам веществ, участвующих в воображаемых реакциях. Вам также может показаться, что количественные оценки концентраций исходных веществ, объема реакционной смеси и количества искомого продукта непомерно завышены. Вам может даже почудиться, что все это не результат добросовестной ошибки, а сделано с определенной целью. И вы, по всей вероятности, будете правы. Вы являетесь свидетелем использования традиционного для этой области подхода, впервые использованного еще Геккелем, который на века вперед определил матрицу научного ответа на один из ключевых вопросов мироздания.

Этот ответ в сущности не меняется со временем, но приобретает новые формы, соответствующие уровню развития науки. В своем исходном виде ответ Геккеля будет неубедителен для тех, кто знает, что “все не так просто” и знаком с понятием вероятности. Вот для таких скептиков слова Геккеля и приспособляют к сегодняшним реальностям, щедро сдобривая текст произвольно сгенерированным набором цифр. Но в сущности ответ остается тем же: жизнь несомненно возникла самопроизвольно в условиях, о которых мы знаем очень мало, и этот процесс своевременно получит исчерпывающее объяснение по мере развития науки.

Если вы утомились, сделайте перерыв; дальнейшее чтение является факультативным. (С другой стороны, если вы дочитали до этого места, то вы очень терпеливый человек. Поэтому я сообщаю по секрету – сталось уже всего ничего.) Итак, а что если нам попробовать поработать арифмометрами, только не дефективными от фирмы “Брайтс”, а старомодными, типа “Феликс”? Вспомним, что объем моря-окияна приблизительно 1,3х10^21 литра, а в литре первичного океана содержалось около 6х10^16 молекул аминокислот. Всего на Земле в баснословные времена было 8х10^37 молекул аминокислот. Теперь добавим туману и волюнтаризму; деваться нам некуда, без волюнтаризма такие подсчеты невозможны. Другое дело, что мы это честно признаем.

Арифмометр - простая и безотказная машина
arifm_feliks



Мы убедились в том, что для соединения аминокислот в пептидные цепочки требуются уникальные условия; каким-то образом аминокислоты должны быть активированы в ходе химических реакций с соединениями, которые водной среде. Возмем для примера карбонилдиимидазол; он очень нестабилен в воде и даже в присутствии водяных паров. Речь шла также о бензилмеркаптане, но этот реагент вовсе не универсальный активатор аминокислот, и даже если он был бы стабилен в условиях предбиологической Земли, у него есть своя проблема – вещество это жидкое и не смешивается с водой. По этим причинам активация аминокислот не могла происходить в толщах первичного океана, а требовала особых условий; возможно таких, когда циклические изменения температуры позволяли бы мелким водоемам сначала высохнуть, таким образом накапливая вещества, нестабильные в воде, а затем заполниться водой, позволяя протекать реакциям, требующим жидкой фазы. По рассуждениям адептов учения об абиогенезе это могли бы быть места, где пептиды связывались с минералами и концентрировались на них, а затем попадали оттуда в места, защищенные как от подобных перепадов условий, так и от разрушительного действия ультрафиолета в верхних слоях воды, где пептиды взаимодействовали бы с нуклеиновыми кислотами и постепенно шли бы по пути прогресса.

А эта машина сложная. Устройство такой и большей сложности требуется для осуществления сценария "природного реактора".
Rube Goldberg Cartoon
Эта машина повышает эффективность местного самоуправления. Налогоплательщик садится на надувную подушку (А), выталкивая воздух через трубку (В), который сдувает шарик (С) в сторону свечи (D). Взрыв шарика пугает собаку (E), которая в результате дергает поводок (F), роняя ядро (G) на качели (H), подбрасывая таким образом связку планов местного самоуправления по постройке дорог и ремонту школ (I), которая бьет по рычагу (J), наклоняя его, в результате чего кувшин (K) наклоняется и поливает растение (L), стимулируя его рост, который приводит к натяжению нити, привязанной к зажиму в виде руки (M), который вытаскивает кошелек (N) из заднего кармана налогоплательщика.


Какими бы эти места ни были (пересыхающие лужи, имеющие связь с океаном через потайные шлюзы, зона прилива/отлива у глинистого берега, или напротив, минералы океанского дна в местах, где геотермальные источники выбрасывают в воду смесь продуктов абиогенного синтеза, среди которых есть и вещества, позволяющие активировать аминокислоты, или что-то еще в таком духе), объем первичного океана, соответствующего всем этим требованиям очень мал по сравнению с его общим объемом. Каково отношение придонного слоя к общему объему? Одна тысячная? Одна десятитысячная? Каково отношение объема воды у океанских берегов к его общему объему? Один на миллион? И всюду ли в океанском придонье извергаются вулканы и бьют подводные гейзеры? Все ли побережье покрыто периодически пересыхающими лужами, выглядящими подозрительно похожими на химические реакторы? Но давайте примем, что одна миллионная часть объема вод океана находится в условиях, делающих образование пептидов в принципе возможным. (Мне кажется, что это большое преувеличение.) Значит, в таких местах могло одновременно находиться около 1х10^32 молекул аминокислот.

Каков мог быть выход продукта в таких естественных реакторах? В статьях, на которые ссылается Масгрейв, выход не указан, но по моей щедрой оценке он не превышал одной тысячной исходного аминокислотного материала. Однако гипотетические условия реакции в пересыхающих лужах на предбиологической Земле не могли соответствовать роскошным условиям реакции, используемым в модельных экспериментах, уже потому, что концентрация аминокислот в них превосходила оценку концентрации аминокислот в первичном бульоне в 2х10^5 раз. В естественных условиях вряд ли был достижим избыток карбонилдиимидазола или его заменителя в каждом цикле реакции, а смыв продукта с минералов и его перенос в места, где он был бы защищен от перманентного высыхания или распада под действием ультрафиолета был не таким полным, как в эксперименте. Поэтому сочтем, что выход продукта в «естественном реакторе» был (всего) в 100 раз ниже, чем в модельных экспериментах. Это означает, что за одну последовательность циклов, сходную с теми, что использовали в этих экспериментах, 1х10^27 молекул аминокислот включалось в состав пептидов. Принимая среднюю длину этих пептидов равной 30 остаткам (соответствует «саморепликатору»), число образовавшихся цепочек было равно приблизительно 3х10^25.

К сожалению, у нас нет никакой возможности ответить на вопрос, сколько времени занимал один цикл в этих гипотетических естественных реакторах. Допуская, что такой цикл неизбежно связан с периодическими колебаниями температуры, можно предположить, что самый краткий возможный цикл равен одним суткам (в эксперименте два цикла занимали одни сутки). В этом случае при бесперебойной работе «естественного реактора» он мог за один год произвести до 10 или около того последовательностей, соответствующих по длине «саморепликатору».

Таким образом, предбиологическое химическое производство могло выдавать около 3х10^26 пептидных молекул в год в масштабе всей планеты. Учитывая, что пептидная связь достаточно стабильна, пептид может сохраняться в стерильной воде в течение пары десятилетий, примем, что общее число молекул пептидов в первичном океане стационарно поддержалось на уровне ~1х10^28. Это означает концентрацию около 1х10^7 молекул на литр, если принять равномерное распределение продукта в океане. Переведем ее в привычные единицы и получим концентрацию ~1х10^-17 M, что в 1х10^12 или даже 1х10^13 раз (!) ниже той, что использовалась в экспериментах с «пептидом-саморепликатором». Для того, чтобы концентрация пептидного продукта была сравнима с экспериментальной, он должен был быть сконцентрирован в объеме всего 0,001 (0,0001) куб. км, соответствующего пруду глубиной 1 м и площадью 1 (или даже 0,1) кв. км, т.е. в одной миллионной или одной десятимиллионной доле того объема, которую мы отвели под «естественные реакторы». Каким образом такое волшебное концентрирование должна было происходить в природе мы можем только догадываться.

Теперь прикинем какова вероятность того, что наш природный химзавод сможет выпустить хотя бы одну молекулу «пептида-саморепликатора» за время своего существования. Адепты абиогенеза отводят на этот процесс от 500 млн до 1 млрд. лет. (возраст Земли принимается равным 4,5 млрд. лет, возникновение жизни датируется 3,5-4 млрд. лет). Учитывая, что какую-то часть этого времени химическая эволюция была невозможна по причине отсутствия условий для нее и что появление пептида-саморепликатора относится к начальной стадии предбиологической эволюции, отведем на процесс его возникновения 300 млн. лет. Мне кажется, что это вполне разумно и даже расточительно. Посмотрите на схему в самом верху заметки; там полно еще всяких необходимых шагов.

А может быть Земля выглядела так? Впрочем, очень похоже.
primitive_atmosphere


За это время может возникнуть 1х10^35 разнообразных пептидов. Если вероятность сборки «правильного» пептида равна 1 на 4х10^40, то ни о каких “многочисленных самопроизвольно образующихся саморепликаторах” речи не идет. Но представим себе, что пептид с искомой последовательностью все же образовался. Вы помните, что он делает? Он ускоряет реакцию образования связи между двумя пептидами, последовательность которых соответствует его половинкам. Вероятность выпадения таких последовательностей тоже не слишком велика, примерно один шанс на 1х10^21, хотя и гораздо выше вероятности образования “саморепликатора”. Но для того, чтобы “саморепликатор” проявил себя функционально, эти три пептида должны были бы оказаться в один момент в одной точке.

На эти аргументы возможно возразить, что способностью к саморепликации обладает не только пептид, который был использован в цитируемых статьях, но и многие другие; они будут отличаться лишь последовательностью тех более коротких пептидов, соединение которых ускоряется в каждом конкретном случае. Но у этого утверждения нет никаких экспериментальных подтверждений.

Мы не можем в точности знать какова доля пептидных саморепликаторов среди случайных последовательностей. Автор по ходу текста ссылается на анализ, опубликованный в работе [12] (кстати, он опять дает неправильную ссылку, что побуждает меня усомнться в том, что он читал статьи, которые использует в качестве аргумента), позволяющий заключить, что приблизительно одна случайная последовательность РНК на 2х10^20 будет обладать активностью лигазы (т.е. рибозима, ускоряющего образование связи между двумя цепочками РНК).*** Казалось бы, это дает геккелистам надежду.

Но оценка частоты случайного появления рибозимов-лигаз…
… может быть завышенной на пару порядков по мнению самих авторов цитируемых исследований,
… не может быть использована для оценки доли пептидных лигаз среди случайных последовательностей,
… не влияет на чрезвычайно низкую оценку концентрации всех пептидов (и РНК) в первичном океане из-за которой “саморепликатор” может никогда не встретиться со своими субстратами,
… не изменяет того факта, что реакция между “кирпичиками” белков и нуклеиновых кислот остается энергетически невыгодной и в воде самопроизвольно не идет.

Однако несмотря на все это, энтузиасты продолжают давать объяснения "на пальцах", которые считают убедительными сами и которые привыкли считать убедительными широкие массы. Разумеется, всегда можно сказать, что на предбиологической Земле условия были именно такими, чтобы все невозможное сегодня было возможным и необходимым вчера. Но не забудем, что сто пятьдесят лет назад то же самое и с той же степенью уверенности говорил Геккель, который не знал ничего из тех модных научных гитик, о которых пишет Масгрейв. Спрашивается, стоило ли все это изучать, чтобы повторить то, что мы уже слышали не раз?



* Не исключено, что он постулирует – одна на 1х10^19 образовавшихся цепочек является пептидной лигазой. Не знаю, откуда он это взял, но его делу это не поможет (см. по тексту).

** Если представить себе лужу глубиной 10 см и площадью 10 кв. м., т.е. объемом 1 куб. м, с теми же концентрациями реагентов, как и в эксперименте, то в ней должно содержаться около 3 кг глутаминовой кислоты, а после пересыхания на ее сухой поверхности должно откладываться около 9 кг карбонилдиимидазола, покрывающего эту поверхность сплошным слоем толщиной приблизительно в миллиметр. Между тем карбонилдиимидазол вовсе не является одним из основных продуктов в экспериментах по абиогенному синтезу и нет никаких причин ожидать, что он образовывался в таких больших количествах на предбиологической Земле. Вообще его хорошо синтезировать из имидазола и фосгена в безводных условиях, но такой синтез трудно считать что-то там моделирующим.

*** Можно посмотреть здесь: Eric H. Ekland, Jack W. Szostak and David P. Bartel. Structurally complex and highly active RNA ligases derived from random DNA sequences. Science. 269.5222: p364.

28 Mar 03:31

О всемирном потеплении, единомыслии, доносах и борьбе со лженаукой

Донос является неотъемлемым от русской истории* предметом, который универсально ненавидели и презирали далекие от народа бедные гусары, о которых следовало замолвить слово, изнуренные под свинцовым небом Северной Пальмиры** чахоткой разночинцы из журналов с «направлением», истинные железные революционеры ленинской когорты, вздохнувшие полной грудью сладкий воздух «оттепели» шестидесятники и рукопожатные участники тусовок в пользу освобождния России (список далеко не полный). Под «доносом» мы понимаем, разумеется, не только письмо в органы охраны общественного спокойствия, но и привлечение внимания властей к некоему мнению, действию или персоне в форме открытого письма, публикаций в прессе/СМИ и т.п. (т.н. «донос литературный»). Итак, донос был в России универсально используем и огульно осуждаем всеми людьми доброй и даже не слишком доброй воли. Никто не сомневался в том, что в светлом будущем и даже в банальном настоящем общества потребления демократических свобод доносу как литературной форме места нет.

Другой особенностью истории России, которая казалась характерно отечественной, было использование доносов и в целом административного ресурса в научной полемике. Поскольку все яркие примеры такого рода приходились на советский период истории России, многие считали это явление характерным не для России как таковой, а для общественных отношений, господствовавших в ней в годы знаменитых кампаний по борьбе с различными ложными учениями, многие из которых по прошествии некоторого времени заняли свое заслуженное место в ряду вполне респектабельных теорий. Так или иначе все придерживались того мнения, что в мире общечеловеческих ценностей такие искажения истины невозможны.

Как же они были неправы! Всем известно, что существует научный консенсус по вопросу всемирного потепления. Все прогрессивные ученые знают, что выделение углекислого газа и пердячего пара метана машинами, механизмами и крупным рогатым скотом разогреет планету так, что мы все сваримся, как царь из известной ершовской сказки. Те читатели, которые хотя бы поверхностно интересуются вопросом, знают также и о том, что есть незначительное число отщепенцев и вредителей менее прогрессивных ученых, не разделяющих опасений ученых вполне прогрессивных и даже отчасти не доверяющих последним.

В таких случаях жаркие споры неизбежны***, но об их сущности я ничего ценного не могу сказать, поскольку климатологом не являюсь. Однако одна особенность дискуссии показалась мне очень интересной и понятной; дискуссия эта во многом похожа на борьбу научных направлений с привлечением админресурса, столь типичную для СССР. Полагаете, что этого не может быть? Давайте посмотрим.

Одной из «икон» учения о всемирном потеплении является график, показывающий годовую среднюю температуру на Земле в течение последнего тысячелетия. Температура стабильна до начала 20го века, а затем начинает резко подниматься. За характерную форму кривой температуры этот график в просторечии называют «хоккейной клюшкой». Понятно, что регулярные измерения температуры велись только начиная с середины 19 века; температуры предшествующих лет установлены по реконструкции, основанной на толщине годичных колец деревьев. Некоторые ученые скептически относятся к этим реконструкциям и даже к обработке данных измерений д-ром Манном, автором этого графика.

Вот она - "хоккейная клюшка"
Screen Shot 2016-03-27 at 10.15.52 PM


Высказывания некоторых скептиков (как ученых, так и журналистов) в свой адрес д-р Манн счел клеветническими и в 2012 году подал на обидчиков иски в суды США и Канады. Возможно д-р Манн решил, что в обстановке общественного доверия взгляду о глобальном потеплении добиться решения суда в свою пользу будет просто, но он ошибся. Иск к канадскому климатологу д-ру Тиму Боллу выиграть оказалось невозможно, потому что суд потребовал предъявить первичные данные, которые легли в основу «хоккейной клюшки», что Манн сделать отказался. Более того, Болл предъявил Манну ответный иск.****

Ободренные таким развитием событий, американские истцы по делу о клевете на Манна – фонд, спонсирующий критический анализ парадигмы о глобальном потеплении, и консервативный журнал – тоже подали встречные иски своему обвинителю.

Но все это иски гражданские, индивидуальные, а такими способами бухаринцев, кибернетиков и сторонников буржуазной теории резонанса климатических скептиков не задавить. Требуется более масштабный метод, который и вырабатывается сейчас путем литературного доноса общественной дискуссии. В мае 2015 года сенатор Ш. Уайтхауз опубликовал статью в «Вашингтон Пост», в которой предложил подавить противников идеи о всемирном потеплении путем лишения их финансовой опоры, которой по мнению сенатора является нефтегаздобывающая промышленность. Для преследования отрасли сенатор Уайтхауз предложил использовать закон о коррумпированных организациях, который обычно применяется для борьбы с организованной преступностью; при этом даже благомыслы со стажем и неоспоримыми заслугами перед движением удивились смелости товарища.

Однако же у пламенного борца с ретроградами и обструкционерами нашлись заединщики среди ученых, которые, как известно, обитают в башнях из слоновой кости. В сентябре 2015 года 20 климатологов-«разогревателей» написали донос письмо президенту Обаме, генеральному прокурору и завотделом администрации Президента по науке и технике, выражая полную поддержку инициативе сенатора Уайтхауза и требуя предать клику зарвавшихся недобитых нэпманов самому справедливому советскому суду использовать закон о коррумпированных организациях для преследования тех, кто вводит американскую общественность в заблуждение касательного очевидного для всех консенсуса по вопросам глобального потепления. Справедливости ради следует сказать, что такая прыть не находит поддержки у многих сторонников теории разогрева Земли.

И тем не менее, если это не донос, то что это такое? Чем ЭТО отличается от коллективных писем общественности с требованием казни Тухачевского и изгнания Пастернака из Союза Писателей СССР? Чем сенатор, предлагающий судить фонды, поддерживающие неудобные для благомыслов исследования, с помощью закона, принятого для преследования мафии, отличается от прокурора, говорящего, что признание это царица доказательств? Нет дорогие друзья – разные люди, народы и времена похожи друг на друга гораздо больше, чем нам изначально может показаться.

*Не только русской, разумеется, но мы же говорим о России.
** Пальмиранаша!
*** Может быть они и разогревают Землю?
**** Заметим, что это не первая судебная победа Тима Болла. За год до иска, предъявленного Манном, был иск от другого климатолога, который внес значительный вклад в консенсус о глобальном потеплении. Этот иск не принес никаких результатов по той же причине – истец отказался предъявить суду данные.
15 Mar 10:15

Наука как ее нет

Квантовые дети делают уроки, только когда за ними наблюдаешь.

===

- Дайте мне точку опоры!
- Вам с собой?

===

Краткий определитель наук:
- Если нечто зеленое или извивается - это биология.
- Если нечто воняет - это химия.
- Если ничего не работает - это физика.
- Если нечто уму непостижимо - это математика.
- Если нечто лишено всякого смысла - это или экономика, или психология.
- Если это все, что указано выше - это медицина.

===

Настя: не знаю насчёт утешит ли, но я обычно в таких случаях говорю "со дна можно двигаться только вверх", и меня это радует...
Labyrinth: ты просто не знаешь про квантовую физику и бесконечную потенциальную яму.

===

Синхрофазотрон - это место, где сидит синхрофазоцарь.

===

Воистину...


===

Одна девочка хотела выйти замуж по расчету - но не смогла. Гуманитарии, они такие...

===

Персонажи будущей игры Science Combat (в стиле Уличный боец):
Дарвин:



Эйнштейн:



Стивен Хокинг:



Мария Кюри:


Ньютон:



Пифагор:



Тесла:



"Я выиграл!"

(Художник Диего Санчес)

X-posted at http://jaerraeth.dreamwidth.org/555648.html
09 Mar 18:37

скажите "нет" наркотикам!


этот корейский видеовсхлип (из фильма "Long way home" 2015 года) настолько прекрасен. что я умолкаю в благоговении, а спасенный рядовой Райан просто обязан застрелиться из трофейного Панцершайсфаустгевера.
06 Mar 18:30

Ножевая комната.



Много раз видел, как очень красивые и очень дорогие ножи совершенно теряют своё очарование, будучи поставлены на письменный стол, уложены в ящик или просто положены в отделение сейфа.

И понял я, что для хранения и демонстрации таких ножей нужна специальная ножевая комната. Со специально спроектированным дизайном под демонстрацию коллекции. Например, со стенами, обшитыми деревянными панелями со следами работы древоточцев. Или чёрно-белое техно, с которым идеально сочетаются венге, полированная сталь, серебро и микарта.

Коллекция воспринимается воедино с помещением и никак иначе.

Интернесно, что при диком изобилии работ по дизайну интерьеров, я не нашел ни одного приемлемого для моих идей варианта.

Разве что оформить под коллекционную фрагмент какой-нибудь библиотеки.



























01 Mar 14:02

Инквизиция. Просто статистика

ПРОТОДИАКОН АНДРЕЙ КУРАЕВ


Фото: tvrain.ru

Моральная сторона инквизиции не обсуждается. Сколько бы человек ни были ею от имени христианской церкви отправлены на смерть – три, три тысячи, тридцать тысяч или три миллиона – к Нагорной проповеди Христа это имеет лишь взаимно-несовместимое отношение.

Но есть три уровня разговора о ней:

моральный
историко-культурологический
пропагандистский
Вот именно от третьего хорошо бы уйти.

2014 год показал, как настырно могут вестись информационные войны. Но одна из первых таких войн в истории – это протестантско-масонское пестование «черной легенды» о католической инквизиции.

«Миллионы жертв инквизиции» вошли в каноны школьной науки. И лишь в конце 20 века, когда у историков проснулся вкус к дотошному копанию в пыльных архивах, когда стало принятым интересоваться не только «жизнью замечательных людей», но и обычными обывателями, эта легенда стала шататься.


«Трибунал инквизиции», Ф. Гойя (1812—1819)

Тотальный чёс историков по архивам показал непривычно малые цифры:

Инквизиция в Испании

В архивах Suprema (Верховного суда инквизиции), хранящихся сейчас в Национальном историческом архиве, сохранились отчеты, ежегодно предоставляемые всеми местными судами. Дела были изучены Густавом Хеннингсенем и Хайме Контрерасом.

Всего там хранятся 49 092 досье.

Из них:

иудействующие 5007;

мориски – 11 311;

лютеране- 3499;

гностики (alumbrados) – 149;

суеверия – 3750;

допускавшие еретические суждения – 14 319;

двоеженцы – 2790;

сексуальные преступления духовенства (solicitación) – 1241;

хула на Святую Инквизицию (ofensas al Santo Oficio) – 3954;

разное – 2575.

Из них смертные приговоры вынесены всего лишь 775 обвиненным. Большинство из них по-прежнему составляли иудаизанты, но среди них было и несколько десятков морисков, более сотни протестантов (главным образом, иностранцев, особенно французов), около 50 гомосексуалистов и несколько баскских ведьм.

По расчетам этих авторов, только 1,9 % приговоров определяют вину обвиняемого и передают дело светским властям для исполнения смертного приговора.

Остальные 98,1% обвиняемых были либо оправданы, либо получили легкое наказание (штраф, покаяние, паломничество).

От четверти до трети всех привлеченных к суду отпускались безо всякого наказания; в Толедо этот показатель составлял две трети (Dedieu J.-P. L’Inquisition. Paris, 1987, р. 79).

В ряде случаев (1,7 процента от общего числа казней) казни были совершены лишь на бумаге: сжигались манекены отсутствующих осужденных; в этой более поздней публикации цифра процессов ниже, чем ранее: 44 674 за несколько больший период: с 1540 по 1700).

Эти 49 092 процесса проходили не во времена Торквемады, а с 1560 по 1700 годы.

Для дел, более ранних, чем 1560, надо изучать архивы из местных судов, но большинство из них были потеряны. Сохранилось лишь архивы Толедо, Куэнка и Валенсии.

Dedieu изучил дела из Толедо (12 000 приговоров). García Cárcel проанализировал работу суда Валенсии. Исследования этих авторов показывает, что в 1480-1530 годах процент людей, приговоренных к смертной казни был гораздо более значительным, чем в годы, изученные Хеннингсеном и Контрерасом.

После 1530 года преступлением, каравшимся с наибольшей (сравнительно) суровостью, было скотоложество, которое подпадало под юрисдикцию инквизиции только в Арагоне: здесь мы обнаруживаем 23 смертные казни на 58 приговоров, причем число казненных достигало 40% (по контрасту, число казненных даже среди обвиняемых-иудаизантов теперь составляло 10%)». (Монтер У. Ритуал, миф и магия в Европе раннего Нового времени. М., 2003, сс. 91)

Carcel полагает, что всего инквизиция на протяжении всей своей истории рассмотрела примерно 150 000 дел. Число жертв можно оценить в пределах 3000.

Х. Стивен, один из ученых, работавших в архивах инквизиции, сказал, что он обнаружил, что инквизиторы использовали пытки “нечасто” и, как правило, они длились не более 15 минут.

Из 7000 дел в Валенсии в менее чем 2% были использованы пытки и никто не подвергался им более двух раз. Дважды пытка применялась только в одном проценте случаев. Кроме того, сборник рекомендаций, разработанный испанской инквизицией, запрещал различные формы пыток, используемые в других странах Европы. Инквизиторы были образованными людьми, которые скептически относились к ценности пыток для обнаружения ереси.



О том же: – Томас Мэдден Правда об испанской Инквизиции.

– Генри Кеймен “Испанская инквизиция” (Henry A. Kamen The Spanish Inquisition: A Historical Revision. London and New Haven: Yale University Press, 1998.

– Geoffrey Parker. Some Recent Work on the Inquisition in Spain and Italy // The Journal of Modern History, vol. 54, no. 3 (Sept, 1982): 519-532.

– Edward Peters. Inquisition. New York: The Free Press, 1988.

Испанская Supremo уже в 1538 году советовала своим отделениям: инквизиторы не должны верить всему, что содержится в «Молоте ведьм», даже если автор «пишет об этом как о чем-то, что он сам видел и расследовал, ибо природа этих дел такова, что он мог ошибаться, как и многие другие» (Монтер, с. 91).

Впрочем, французский историк отмечает, что высший инквизиционный трибунал Испании (Supremo) никогда не верил в колдовские шабаши. Более того, «он систематически заставлял освобождать обвиняемых», оказывая для этого давление на местные суды (Dedieu, p. 48).

Кстати, «при Филиппе 4 расширилась самостоятельность инквизиции: она не признавала более за Римской курией права запрещать в Испании чтение какой-либо книги, как об этом свидетельствует случай с Галилеем. В Риме нашли необходимым внести в индекс «Диалоги», и папский нунций в Испании распорядился прибить к дверям церкви эдикт о запрете этой книги, не испросив разрешения великого инквизитора. Инквизиция обратилась за помощью к Филиппу 4, доказывая ему, что она в борьбе между королевской властью и абсолютистскими стремлениями римской Курии всегдал становилась на сторону первой, и не запрещала, несмотря на требования Римской курии, тех книг, которые защищали прерогативы королевской власти. Было бы поэтому справедливо, чтобы Филипп теперь принял сторону инквизиции и не допускал бы вмешательства Рима в дело цензуры книг. Филипп внял просьбе Великого инквизитора, и имя знаменитого флорентийца действительно не фигурирует на страницах испанских индексов» (Лозинский С. Г. История инквизиции в Испании Спб., 1914, С. 306).

Инквизиция в Италии

«Около 80% венецианских инквизиционных процессов, относившихся к периоду до 1580 года, были связаны с обвинениями в лютеранстве и родственных ему формах крипто-протестантизма. 130 приговоров, о которых было сообщено в Рим в 1580—1581 годах изо всех районов северной Италии, показывают постоянное внимание инквизиции к протестантизму. Однако различные ответвления римской инквизиции изменили основное направление своей деятельности незадолго до 1600 года, когда внимание к еретикам было вытеснено одержимостью искоренением магии и других суеверий. Во Фриули до 10% судебных процессов (из 390), состоявшихся до 1595 года, было связано с магией, а в течение последующих пятнадцати лет под эту рубрику подпадала половина дел (558). В других местах этот сдвиг был менее заметным и произошел быстрее; в Неаполе магия стала единственным обвинением, породившим значительное число инквизиционных процессов в 1570-е годы, и оставалась таковой на протяжении десятилетий, вплоть до 1720-х годов. В Венеции переход от ереси к (с. 90) был столь же резким, как и во Фриули, но произошел на двенадцать лет раньше. В течение XVII века предметом озабоченности римской инквизиции стали все формы магии, от ведовства до предсказаний: в каждом трибунале около 40% дел, рассматривавшихся на протяжении этого столетия, могли быть отнесены к разряду преследований суеверия и магии. Самые тщательные оценки количества еретиков, казненных в Риме на протяжении первого столетия деятельности инквизиции, насчитывают сотню – по большей части протестантов» (Монтер У. Ритуал, миф и магия в Европе раннего Нового времени. М., 2003, сс. 90-91 и 95).

Среди других дел, рассматриваемых в инквизиции, до 15 процентов было дел, связанных с обвинениями священников в сексуальных домогательствах, плюс двоеженство, гомосексуализм и т.п. Заметим, что ученых-астрономов и физиков среди жертв инквизиции нет.

В целом по католическим странам Европы:

За два с половиной столетия «между 1550 и 1800 годами перед судом инквизиций предстало около 150 тыс. человек, но лишь 3000 из них были приговорены к смерти» (Монтер, с.84), то есть все те же почти два процента.

Исследование, которое в течение шести лет вели светские историки по просьбе папы Иоанна-Павла Второго, опубликованное в 2004 году, дает схожие цифры:

«Из 125 000 испытаний, проведенных в истории испанской инквизиции, 59 “ведьм” были приговорены к смерти. В Италии казнено 36 ведьм, в Португалии – 4. Если мы складываем эти данные, мы не получаем и ста случаев». Хуже (особенно в пропорции к численности населения) было в протестантских регионах:

в Швейцарии с населением около 1 миллиона сожгли 4000 ведьм;

в Речи Посполитой с населением 4 400 000 – около 10 000 человек;

в Германии с населением в 16 млн – 25 000 казней;

в Дании-Норвегии с населением 970 000 – 1350 человек».



Протестантские страны по сравнению с католическими были гораздо более суровы в отношении женщин, обвиняемых в занятиях магией или общении с демонами. Так рушится распространенное представление, милое либеральной итальянской мысли, согласно которому лютеранский протестантизм превосходил католицизм в том, что касается гарантии индивидуальных прав.

Привычную морализаторскую позицию надо хотя бы дополнить исторической и спросить: альтернативой чему была инквизиция? Ответ, по-моему, очевиден: инквизиция как гласный суд была альтернативой стихийному линчеванию.

Инквизиция предоставляла слово самому обвиняемому, а от обвинителя требовала ясных доказательств. В итоге – ни один другой суд в истории не выносил так много оправдательных приговоров. Для обвинения требовались показания двух свидетелей, которые в одно и то же время в одном и том же месте видели и слышали одно и то же. В случае расхождения показания свидетелей обвиняемый отпускался.

Реально инквизиция функционировала как учреждение, скорее защищающее от преследований, нежели разжигающее их. Как ни странно, но у рождающейся науки и инквизиции была общая черта: и там и там требовали доказательств и не слишком верили субъективным свидетельствам, доносам и заявлениям, стараясь найти способы объективной их проверки.

В Инквизицию отбирались наиболее образованные священослужители – «до 17 века они рекрутировались в интеллектуальной элите страны» (Dedieu, p. 64).

Великий Инквизитор Испании Франсиско Хименес де Сиснерос с 1507 по 1517 годы уничтожал арабские библиотеки. Но сам стал основателем Университета Алкала де Хенарес, созданного с целью открыть Испанию для новых течений европейской мысли (там же с. 63).

Аналогично и в России при первой попытке создать инквизицию как регулярную службу обратились к единственному университету: В грамоте, данной царем Федором Алексеевичем на учреждение в Москве Славяно-Греко-Латинской Академии, было сказано: “А от церкви возбраняемых наук, наипаче же магии естественной и иных, таким не учити и учителей таковых не имети. Аще же таковые учители где обрящутся, и оны со учениками, яко чародеи, без всякого милосердия да сожгутся” (Афанасьев А. Н. Поэтические воззрения славян на природу. Опыт сравнительного изучения славянских преданий и верований в связи с мифическими сказаниями других родственных народов. Т. 3. М., 1995, сс. 300-301). Инициатором этой нормы был самый просвещенный публицист эпохи – Симеон Полоцкий. Впрочем, «привилегия, которая должна была бы превратить Академию в своего рода инквизиционный трибунал, так и осталась на бумаге, не оказав никакого влияния на судьбу реального учреждения» (Лавров А. С. Колдовство и религия в России 1700-1740 гг. М., 2000, с. 352).

По мнению французского историка Мюшамбле, охота на ведьм была частью просветительской программы: «Собственно колдовство в этот период никак не изменилось. Изменился подход к нему со стороны судей и культурной элиты. Отныне колдовство стало символом народных предрассудков, с которыми боролась королевская власть и миссионеры. Чтобы аккультурировать деревню, надо было изгнать магические верования и обряды. Были ли судьи согласны с этим или нет, но аутодафе позволяли динамичной ученой культуре отбросить и ослабить почти неподвижную и очень древнюю народную культуру, которая с огромной силой противодействовала всяческим изменениям» (Muchemblet R. Culture populaire et culture des elites dans la France moderne (XVe-XVIIIe siecles). Paris, 1978, p. 288).

Монтер – американский историк из университета Огайо, книга которого в русском переводе увидела свет благодаря «Фонду Сороса» – пишет:

«Согласно настойчиво повторяющейся, хотя и непроверенной легенде, инквизиционные трибуналы средиземноморского региона были фанатичными и кровожадным, а испанская инквизиция являлась самой жестокой из всех. Само слово «инквизиция» давно стало синонимом нетерпимости. Однако когда историки наконец стали систематически изучать огромный массив протоколов инквизиций, были получены совершенно иные результаты, и постепенно начало вырабатываться новое представление о них. Сейчас, пожалуй, уже можно говорить о всеобщем признании двух принципиальных выводов, хотя исследования еще не завершены.

Во-первых, средиземноморские инквизиции были менее кровожадными, нежели европейские светские суды раннего Нового времени. Второй важный вывод состоят в том, что средиземноморские инквизиции, в отличие от светских судов, выглядели более заинтересованными в понимании мотивов, двигавших обвиняемыми, нежели в установлении самого факта преступления. Ранее представлялось, что инквизиторы, тщательно соблюдавшие анонимность своих информаторов, в меньшей степени заботились о правах обвиняемых, чем светские суды. Но последние исследования показывают, что инквизиторы были более проницательными психологами, нежели светские судьи, и оказывались вполне способными прийти к корректному — а зачастую и снисходительному — приговору.

В целом они, в отличие от светских судей, почти не полагались на пытку, чтобы убедиться в истинности утверждений обвиняемых. Инквизиторы пытались проникнуть в сознание людей, а не определить правовую ответственность за преступление, поэтому протоколы инквизиторских допросов выглядят совсем иначе, нежели протоколы светских трибуналов, и предоставляют богатый материал историкам обычаев и народных верований… В отличие от светского судопроизводства того времени, суды инквизиции работали очень медленно и кропотливо. Если одни особенности их деятельности, такие, как анонимность обвинителей, защищали информаторов, многие другие обычаи работали на благо обвиняемых.

Поскольку инквизиторы в меньшей степени заботились о том, чтобы установить факт совершения преступления — ереси, богохульства, магии и т.д., — но, скорее, стремились понять намерения людей, сказавших или сделавших подобное, они главным образом различали раскаявшихся и нераскаявшихся грешников, согрешивших случайно или намеренно, мошенников и дураков. В отличие от многих светских уголовных судов раннего Нового времени, инквизиторы мало полагались на пытку как на средство установления истины в сложных и неясных обстоятельствах. Они предпочитали подвергнуть подозреваемого многократному перекрестному допросу, проявляя подчас удивительную психологическую тонкость, чтобы разобраться не только в его словах и действиях, но и в его мотивах.

Инквизиторы были вполне способны рекомендовать светским властям, которые только и могли предать смерти нераскаявшегося еретика, применить смертную казнь, и сами вынесли много суровых приговоров. Однако в основном инквизиторы просто предписывали покаяние различной продолжительности и интенсивности. Их культура была культурой стыда, а не насилия» (Монтер, сс. 84-85 и 99).



Из исследования инквизиционных архивов Монтер делает вывод, что инквизиция, встречая дела о колдовстве, «расследовала подобные дела неохотно и карала преступников не слишком сурово. Мягкость инквизиторских приговоров по обвинениям в ведовстве составляет разительный контраст с суровостью светских судей Северной Европы в те же столетия. Филиал римской инквизиции в Миланском герцогстве противостоял местной панике, приведшей в 1580 году в миланские тюрьмы 17 ведьм. Девять из них были оправданы по всем статьям обвинения, еще пять — освобождены после принесения клятвы, одна из них полностью признала свою вину, а две сделали частичные признания, — но даже и эти три отделались незначительными наказаниями.

Принимая во внимание такое отношение, не стоит удивляться тому, что немногие были казнены за ведовство по приговору одной из средиземноморских инквизиций (дюжина басков в 1610 г., пpичем половина из них умерла в тюрьме), невзирая на все предоставлявшиеся для этого возможности. Странно созерцать огромные папки с собранными инквизиторами бумагами, материалами дел о ведовстве, зная о незначительном реальном ущербе, нанесенном ими людям. … Поистине, настал век Просвещения. Как мы видели, средиземноморские инквизиторы осудили несколько тысяч человек за недозволенную магию, но казнили лишь около дюжины ведьм. Если уж на то пошло, в раннее Новое время они лишали жизни по обвинению в ереси относительно небольшое количество людей. Если сравнить эти данные с числом анабаптистов, убитых в Австрии, Империи и Нидерландах, средиземноморские инквизиции покажутся почти снисходительными» (с. 95) – «ибо цель была не убить, а обратить» (Dedieu J.-P. L’Inquisition. Paris, 1987. p. 78).

«Иоанн Павел II пожелал подчеркнуть, что акт покаяния Церкви был совершен перед Иисусом Христом ради большей истинности веры, а не ради удовлетворения требований мира. Справедливый критерий суждения о прошлом Церкви, по словам Папы, — это sensus fidei (“чувство веры”), а не «менталитет, господствующий в определенную эпоху». В том числе и по этой причине Иоанн Павел II пожелал, чтобы просьба о прощении сопровождалась строгим историческим исследованием: «Прежде, чем просить прощения, необходимо иметь точное представление о фактах и выявить, в чем действительно проявились несоответствия евангельским требованиям». Кардинал Жорж Коттье, доминиканец и в этом смысле прямой потомок инквизиторов, выразил это еще более точно: «Просьба о прощении может касаться только подлинных и объективно признанных фактов. Невозможно просить прощения за некие образы, распространенные в обществе, в которых больше мифа, чем реальности».



Каковы же результаты многолетнего исследования?

Масштабы многих представлений о Святой Инквизиции сократились, другие были полностью разрушены. Например, «охота на ведьм». В 80-х годах теолог Ганс Кюнг говорил о девяти миллионах ведьм (девяти миллионах!), которые преследовались и были сожжены Церковью (это более кровавый геноцид, чем тот, что устроили нацисты в прошлом веке по отношению к евреям). Но светские эксперты, к которым обратился Папа, существенно опровергли оценки Кюнга. Преследования ведьм были весьма распространенным явлением, но речь идет не о миллионах, а о нескольких тысячах случаев.

Католической Церкви в скандинавских странах часто приходилось пресекать беспорядочные обвинения или случаи самосуда, выражение атавистических и языческих страхов по отношению к людям, подозреваемым в наведении порчи. Не только протестанты были суровее католиков, но и гражданское правосудие было гораздо более жестким, чем пресловутое правосудие религиозное. Число осужденных Инквизицией на сожжение исчисляется сотнями против ста тысяч осужденных светскими судами».


21 Feb 19:04

Этот суровый российский балкон

Среди фотографий вам встретятся балконы из стран ближнего зарубежья (Абхазия, Грузия и т.п.) ну вы их узнаете.

А кто же все таки чемпион среди дизайнеров балкона ?

Фото 2.

Фото 3.

Фото 4.

Фото 5.

Фото 6.

Фото 7.

 

 

 

Фото 8.

Фото 9.

Фото 10.

Фото 11.

Фото 12.

Фото 13.

Фото 14.

Фото 15.

Фото 16.

Фото 17.

Фото 18.

Фото 19.

Фото 20.

Фото 21.

Фото 22.

Фото 23.

Фото 24.

Фото 25.

Фото 26.

Фото 27.

Фото 28.

Фото 29.

Фото 30.

Фото 31.

Фото 32.

Фото 33.

Фото 34.

Фото 35.

Фото 36.

Фото 37.

Фото 38.

Фото 39.

Фото 40.

Фото 41.

Фото 42.

Фото 43.

Фото 44.

Фото 45.

Фото 46.

Фото 47.

Фото 48.

Фото 49.

Фото 50.

Фото 51.

Фото 52.

Фото 53.

Фото 54.

Фото 55.

Фото 56.

 

Вот еще немного по теме самостроя и архитектуре: вот например Самострой в Китае, а вот В Китае случайно построили дом прямо на проезжей части Вспомните Московские «Бублики» и что это за Мобильный дом в 20 кв.м. Посмотрите как В Испании СЛУЧАЙНО построили небоскреб без лифта и где находится Самое старое сооружение в мире

No views yet

Оригинал статьи находится на сайте ИнфоГлаз.рф Ссылка на статью, с которой сделана эта копия - http://infoglaz.ru/?p=89091
13 Feb 09:35

ИЗОБРАЖЕНИЯ НАРОДНОЙ ФИЗИОГНОМИИ

ЭТНОГРАФИЧЕСКИЙ АЛЬБОМ НАРОДОВ РОССИИ

Заодно оживим в памяти, какие народы входили в число россиян: ну, что белорусы, малоросы — это и так все помнят, а вот валахи и молдаване, болгары, все прибалты: не только латыши, литовцы и эстонцы, но ливы и кревиги, не только все кавказцы: грузины, армяне и азербайджанцы, но жили возле Баку даже индусы и иранцы-огнепоклонники... отметим ещё немцев-колонистов, поляков, шведов (!) а не только финнов... Средняя Азия и далее, наверно будут в Части 2 Альбома.

Пишет humus в 1862. Этнографическое описание народов России Густава-Федора Христиановича Паули. Часть 1

Я уже пару лет назад выкладывал этот альбом, но в худшем качестве. Теперь к размерами претензий нет. Наслаждайтесь.

Великороссияне

Великороссияне

Великороссияне разных губерний

Великороссияне разных губерний

Белоруссы (Могилевской губернии)

Болгары

Валах и молдаванин

Грек и арнаут

Грузинки

Депутаты кавказских племен

Евреи талмудисты

Индусы

Казаки

Караимы

Курд и армянин

Латыши

Ливы и Кревиги

Линейный казак

Литовцы

Малороссы

Мезенские самоеды

Мингрелец и гуриец

Немецкие колонисты (из окрестностей Санкт-Петербурга)

Осетин и кабардинец

Поляки (окрестности Кракова)

Поляки разных губерний

Уральский казак

Цыгане

Чеченец и лезгин

Шведы

Эстонцы

Юрак


13 Feb 09:01

Интересная история из жизни снайпера

Бывший кагэбэшник Юрий Тарасович на днях порадовал старой историей о войне, которую услышал на дачных посиделках от друга Максима.

Park-kultury-i-otdyha-im.-Gorkogo-2

Дед Максим умудрился всю войну отвоевать снайпером и при этом выжить, хотя за ним числится целое немецкое кладбище, разбросанное от Сталинграда до Праги... Он, кстати, всегда, когда ездил с ветеранскими делегациями в ГДР, любил вставить при случае: «Я добровольцем пошел на войну, уничтожил немецкую роту в полном составе и вернулся домой к маме...». «Немецкие друзья» в ответ кисло улыбались и эта кислая улыбка всякий раз очень радовала Деда Максима. Но история не об этом.

Сидя у Тарасыча в огороде, деды заспорили: у какой страны оружие было все-таки лучше? Спорили долго, ругались даже, так ни к чему не пришли и решили, что каждый скажет про свое, в котором понимает. Летчиков среди них не было, потому и решили не спорить о самолетах. Начали с деда Максима: «Чья снайперская винтовка была самая-самая?

Дед прокашлялся и доложил:

- Я работал и с немецкими, и английскими и конечно с трехлинейками, но так сходу не скажу какая лучше. У каждой есть своя «слабинка».


Все разочарованно загудели:

- Максим, ну ты ляпнул, эдак и мы можем. Ты еще скажи, что все зависит от человека.

Дед Максим:

- И скажу. Конечно от человека. Вот нашим какой мячик не подсунь, а в футбол они так и не сыграют. И наоборот – люди могут творить такие чудеса с трехлинейкой, которых и быть не может.

Когда я был уже бывалым снайпером, до меня стали доходить нелепые слухи про какого-то хохла – снайпера, который валит выглянувших из окопа немцев с расстояния 1000 метров! Я то понимал, что пятьсот – шестьсот метров – это уже предел, а на расстоянии в километр, столько нужно предусмотреть: и температуру воздуха, и влажность, и уход пули вправо из-за вращения, я уж не говорю про скорость и направление ветра...и это при идеальном оружии и патронах. Конечно я не поверил.


Но хохол-снайпер обрастал все новыми легендами, они приходили от тех людей, не верить которым я не мог, тут пришлось призадуматься, как же он это делает?

А представьте, каково было немцам: вначале они думали, что у русского снайпера шапка-невидимка, он всегда попадает, а его самого нет нигде и, судя по рельефу местности, и быть не может. Потом, когда они поняли, что снайпер сидит в километре от них, заволновались еще больше. Видно у русских появилась секретная винтовка, которая изменит всю тактику войны.

Наши полковники выпрашивали друг у друга хохла-снайпера, хоть на денек. Снайпер приезжал на «гастроли», выщелкивал с километра пару офицеров и уезжал на другой участок фронта. После этого еще неделю можно было смело ходить вдоль линии фронта в полный рост и собирать грибы, немцы воспринимали это как заманку и еще больше вжимали головы в землю.

Интересная история из жизни снайпера

Интересная история из жизни снайпера

Наконец я и сам встретил легендарного снайпера, когда он прибыл на «гастроли» к нашим соседям. Мне пришлось десять километров по лесу прошкандыбать, но не познакомиться я не мог. Фамилия его Кравченко. Секрет конечно у него был. Оказалось что этот Кравченко не человек, а целая семья: дядька и трое племянников и все Кравченки.

Ну, конечно, доложу я вам, они и правда были настоящими артистами, возили с собой чуть ли не «полуторку» с оружием и инструментами. Тут тебе и вертушки - мерить скорость ветра и телескопы и стереотрубы и всякие штопанные-перештопанные куклы на веревочках. Я даже позавидовал. Доходило до того, что у них была кукла, которая «дергала» за веревочки другую куклу. К оружию они относились как к фарфоровым сервизам - винтовки переносили только в ящиках, с патронами чуть ли не спали, чтобы не отсырел порох.

Но самое главное - их "фирменный" стиль: занимали позицию вчетвером рядышком друг к дружке, дядька мерил, высчитывал и всем давал разные поправки – одному «щелчок» правее, другому левее, третьему, так держать, себе еще как-то... И такая у них выработалась слаженность, что, почти не сговариваясь, все четверо «лепили» одним залпом, поэтому немцы воспринимали их, как одного снайпера и какой бы не был разброс пуль, всегда одна из четырех, да попадала в цель. Личный счет убитых немцев, Кравченки пополняли строго по очереди, ведь не известно, чья пуля у немца в голове.

Самый удивительный случай из их работы был, когда они убили старшего немецкого офицера сквозь стальную баржу. Деды зашевелились:

- Максим, не бреши, как сквозь баржу? Ну, перестань, не может быть.

Дед Максим продолжал:

- Так ведь немец тоже, как и вы подумал, что не может, потому и был убит... Представьте себе: линия фронта шла по реке, с одной стороны окопались немцы и они знали, что с другой, их караулят наши снайперы, а расстояние порядочное – метров 800 – 900, кругом равнина. Кравченки убили нескольких солдат и целый день пасли торчащую офицерскую стереотрубу, но так ни разу не стрельнули, чтоб себя не выдать. Ждали голову. Но офицер тоже был не дурак, так и не выглянул. Хоть плачь.

Вдруг видят: тащится по реке длиннющая, ржавая, обгоревшая, полузатопленная баржа и вот когда она, проплывая, полностью перекрыла офицера от снайперов, немец «не подвел» - решил размять затекшие за день ручки и ножки, и выпрямился в полный рост.

Кравченки его тут же и убили, хоть и не видели сквозь баржу, но чувствовали, что должен выглянуть из окопа.

Просто немец, как и вы не был снайпером и не знал, что на таком расстоянии пуля описывает такую высокую дугу, что под ней поместится даже баржа, метра полтора, два высотой...

schulz, КОНТ

03 Feb 01:41

The Classy Girl's Guide to Glittery Party Makeup

Не знаю, почему попросила блистательную Анастасию Ландер написать что-нибудь для TBookabilly только сейчас, хотя на протяжении последних лет семи думаю о ней с одинаковой счастливой восторженностью. В Насте живет самая классная книжная реальность из всех мне известных, где все веселые и строгие, смотрят “Войну и мир”, пишут мне гостевые посты, с любопытством реагируют на любые тематические новости, а когда зима затягивается и из ниоткуда вдруг возникает девичий книжный клуб, на его заседаниях честно скучают, пока вся затея не растворяется наконец в весне. 

Это все, конечно, совершеннейший лубок, но только им и можно пытаться передать ощущения – мало ли, повезет, и собеседник увидит Настю в заслуженной романтической дымке. Не забудьте еще подписаться на ее канал в телеграме, так как получать от кого-то бодрые книжные заметки – отдельный непривычный кайф, уж поверьте. 

Ну а в этом посте Настя подобно расскажет о литературе для родителей, это тот самый программный текст, в котором все так нуждались, и даже не знаю, если честно, как благодарить за такой царский подгон. Да здравствует информация и просвещение, да здравствуют дети и их читающие мамы, пускаю в Настину честь воображаемый салют и передаю ей слово, ура

image

Эту историю, наверное, можно начать так: «В детстве я была “книжным” ребенком». Мало телевизора, книжки под одеялом с фонариком, вот это все. В юности из этого вытекло поступление на филфак с чтением книг из списка по зарубежке в метро (от «Чистых прудов» до «Университета» 45 минут, если удастся сесть, то вообще круто). А потом в Россию и, к сожалению, ко мне домой провели интернет. И книжный ребенок положил болт на библиотеку лет эдак примерно на 12.

В общем, уже несколько лет кряду я методично отслеживаю количество прочитанных ежегодно книг. Сначала это были просто ежемесячные списки в Evernote (так, чтобы минимум 3 книжки в месяц), а потом я стала вести учет в Goodreads. Прошлый год стал очень успешным, про него и расскажу немного.

Дело в том, что осенью 2014го я забеременела. Как настоящая филологическая дева, успокоив мысли и слегка сжившись с будущими переменами, я приняла единственно верное решение – беременность моя должна пройти с пользой, желательно, интеллектуальной. Я принялась штурмовать музеи, концертные и оперные залы, а также читать с удесятеренной силой – в частности, читать ставшие культовыми в материнской среде книги о воспитании детей, взращивании их в счастье, гармонии и благополучии. В Goodreads я стыдливо выкладывала только худлит и всякий непозорный нон-фикшн, а в третьем триместре беременности уже вовсю пожирала женские побасенки на тему веселых родов и разудалых кесаревых. Тем не менее, из прочитанного составился список, который и предлагаю вашему вниманию. Он, как любой хит-лист, совершенно субъективен, то, что я возненавидела, обожают очень многие, но мне на это, признаться, наплевать. Итак, начнем.

Jennifer Senior, All Joy and No Fun: The Paradox of Modern Parenthood – эта книжка, скорее, проходит по разряду популярной социопсихологии. Речь в ней не столько о детях, сколько о родителях – о том, как меняется жизнь людей после рождения ребенка, Книжка, довольно пугающая своей статистикой: дети не укрепляют, а разрушают браки, женщины всегда делают и устают больше мужчин, подростки вообще орудие массового поражения. Сладкий вывод о том, как хороша безусловная любовь, не снижает предшествующего ужаса. Готовься к худшему, робко надейся на лучшее — такой приблизительно вывод можно сделать по прочтении. Все равно всем придется не спать ночами, вероятно, получить разрушенный брак и “я вас не просил меня рожать” — статистика неумолима. Но на фоне патоки и меда большинства прочих книг All Joy and No Fun очень освежает – я ее вполне рекомендую.

Ayelet Waldman, Bad Mother: A Chronicle of Maternal Crimes, Minor Calamities, and Occasional Moments of Grace – Айелет Уолдмен, жена писателя Майкла Чабона пишет про их троих детей и дает всем разрешение быть неидеальными матерями. Написано довольно бойко и, наверное, расслабляет американских helicopter moms. Но если вы не особо переживаете по поводу того, что у ребенка будет неидеальной формы деньрожденный пирог, то ничего нового в этой книге не прочтете. Нормальная мать пишет о нормальной жизни с детьми.

Michel Cohen, The New Basics – эту книжку, позиционирующуюся как Абсолютно Новый Подход К Педиатрии И Взращиванию Детей даже не дочитала, довольно банально все, никаких обещанных откровений. Здравый смысл FTW.

Безусловно, я читала и Памелу Друкерман про умненьких-благоразумненьких французских детей, которые не плюются едой, и ее эпигоншу Карен Ле Бийон, которая больше сконцентрировалась на проблеме детей и еды. Признаюсь честно – я сама воспитана была вполне по тем принципам, что описаны у Друкерман, за вычетом, наверное, обучения сну опасным методом «дать проораться». Пропаганды какой-то явной нелюбви к детям и желания поскорее отделить их от матери я там не вижу, хоть убейте. Ничего, опять-таки, нового в целом тоже не вижу – ах, скажите, пожалуйста, какое новшество – ребенку нужно устанавливать границы, иначе он сходит с ума от вседозволенности. В общем, еще одна книжка о еще одном взгляде на воспитание. Для американцев, помешанных в последние годы на гиперопеке, это, видимо, довольно освежающее чтение.

Марк Вайсблут, «Здоровый сон – счастливый ребенок» – самый, наверное, знаменитый детский сомнолог пишет о том, как важен сон для детей, и как его наладить. Масса полезного за вычетом, на мой взгляд, методики обучения самостоятельному сну – Вайсблут предлагает вариацию на тему контролируемого плача, мне этот метод не нравится категорически ни в каком проявлении, он опасен и вреден. А прочее – как настраивать режим – вполне ОК. Тут же упомяну Найджела Латту – «Прежде чем ваш ребенок сведет вас с ума» – снова немало здравого, но он очень защищает метод «дать проораться», от чего я взбесилась и книжку не дочитала.

Трейси Хогг, «Чего хочет ваш малыш?» – знаменитая британская акушерка и патронажная сестра написала очень хорошую книжку про детский сон и ритмы жизни младенцев. Методами Хогг я довольно успешно пользуюсь, они мягкие, они не травмируют детей и вносят в хаос родительства первых месяцев немало успокоительной упорядоченности.  

Супруги Никитины, «Мы и наши дети» – в этой еще советской эпопее снова нашла, скорее, какие-то подтверждения тому, как воспитывали меня (не сюсюкаться, говорить с ребенком на равных, не кормить насильно и т. п.). Из говна и палок я дочери столь прославляемый авторами спорткомплекс городить, естественно, не буду, а вот в прохладе держу. А остальное – снова здравый смысл.

Сирсы, «В ожидании малыша» – ставшая довольно великой книга адептов естественного родительства. Ее советуют все, читали также примерно все, а я, в итоге, не смогла довершить, это совсем не мое. Можно почитать здесь про стадии беременности, но многочисленные восхваления ГВ, СС и слингов вызвали у меня трясучку и осатанение. Однако если вы склоняетесь ко всем этим вещам и хотите узнать, как это делать правильно (кроме наматывания слинга, по их инструкции разве что удавиться этим слингом можно), то Сирсы отчасти помогут.

Laurence Pernoud, J'attends un enfant – библия французских матерей, я ее хотела в качестве культурного феномена, она очень приятная, и я сверялась с ней периодически. Это увесистый фолиант, расписанный по периодам беременности: что происходит с телом, что происходит с плодом, как есть, что носить, какую физнагрузку допускается иметь, как рожать и т. п.

Юлия Гиппенрейтер – прочла все, что доступно на Букмейте, очень ее люблю. Сюда же, в категорию построения взаимоотношений с детьми, воспитания их личности, осознанного решения каких-то непростых ситуаций родительства отнесу всеми любимую Людмилу Петрановскую («Тайная опора» – великая книжка о привязанности) и Януша Корчака («Как любить ребенка» – еще одна великая книга о том, как, натурально, любить ребенка, каждая строчка совершенно не стареет и очень отзывалась во мне, бесконечно трогательное и искреннее чтение). Часто упоминаемого примерно в этом же ряду Гордона Ньюфелда («альфа-родительство» – это здесь) с книжкой «Не упускайте ваших детей» отмечу как небесполезное чтение о поддержании здоровых родительско-детских отношений, но он нагнетает такого страха, что хочется ребенка посадить под замок лет до 16, что, подозреваю, не вполне разумно.

Дональд Винникот, «Маленькие дети и их матери» – гораздо более сложное чтение на тему материнско-детских взаимоотношений, Винникот – важный ученый, и пишет он сложно. Единожды я продралась, запомнила примерно треть. Его, как и многих других психологов, надобно читать не раз и не два, он у меня в планах на перечесть.

Мишель Оден и Грантли Дик-Рид – книжки этих знаменитых акушеров, проповедующих естественные роды,  очень хороши, если вы задумываетесь об, опять-таки, естественных родах, а то и родах со своей акушеркой. Если вы собираетесь рожать с акушеркой из ЦТА, то прочтения книг этих авторов вам вполне хватит, чтобы не ходить на ЦТАшные курсы подготовки к родам, где есть шанс задохнуться от пролактина (господи, прости!). Добавьте сюда брошюру о грудном вскармливании авторства Ла Лече Лиги, и вы вполне готовы родить и начать кормить.  

Под конец декрета я отъехала на отличненько и прочла залпом всякие хиханьки небезызвестных Соломатиной и Чесновой, чтобы уж блевануть – так блевануть. Мадам Соломатина настрокала побасенки о красивой и смелой главвраче некоего fictional роддома (все основано на реальных событиях), которая одной рукой кесарит, другой курит, а третьей чехвостит баб-дур (все бабы – дуры, кроме нее). Ирина же Чеснова написала две развеселых книжки о том, как они с мужем ездят беременеть в Крым, и как рождение ребенка все меняет, вот так сюрприз. Читать, если хочется мозговой жвачки.

Напоследок упомяну несколько книг в жанре материнской исповеди – их авторы писали, явно желая лучше понять свою меняющуюся жизнь, осознать глубину тех сдвигов, что претерпел их мир, примириться с собой и новыми реалиями. Мне очень нравится этот жанр, и я, признаться, планирую однажды примкнуть к его представителям. Так, американка Энн Ламотт (Anne Lamotte) написала книжку Operating Instructions: A Journal of My Son’s First Year о том, как родить и растить сына без отца, зато с верными друзьями рядом и наркоманией да алкоголизмом в прошлом; мне все понравилось, вот только я не люблю, когда, описывая реакции младенцев, прибегают к сравнениям с тем или иным наркоприходом. Я знаю, что часто такие ассоциации бывают самыми емкими, но мне в этом видится бесконечное кощунство. Кэтрин Ньюман (Catherine Newman), долго писавшая колонки на британском портале Babycenter, составила из них милый мемуар Waiting for Birdy: A Year of Frantic Tedium, Neurotic Angst, and the Wild Magic of Growing a Family о том, как она ждет второго ребенка, а первому около 2 лет. И, конечно, я не пропустила книги Екатерины Кронгауз «Я плохая мать? И 33 других вопроса, которые портят жизнь родителям», также родившейся отчасти из «снобовских» колонок автора плюс уморительных выдержек из Катей же созданного фейсбучного сообщества Momshare. Все эти книжки мне милы тем, что совершенно или почти лишены менторского тона, ничего или почти ничего не проповедуют и являются просто искренними рассказами о себе, своих прихотях, страхах, желаниях, эгоизме, нервных срывах и бессонных ночах. Нормальные женщины говорят о детях нормально. Без розовых соплей. И это хорошо, потому что все розовые сопли, перефразируя Льва Николаича, у всех счастливых матерей одинаковые. И лучше их держать при себе.

02 Feb 19:21

Планета Неа. Часть III.

Это фантастический проект Джошуа Кнуппе с его же иллюстрациями. Первая часть с комментариями по-русски ЗДЕСЬ, вторая ЗДЕСЬ. В проекте участвовали и другие художники, в этом посте представлены некоторые их работы.

Fabio Alejandro:

Адансонии, больше известные как баобабы, были акклиматизированы на Неа из-за своих полезных свойств, использовавшихся еще древними жителям Земли, нашедшими применение практически для любой части этого дерева. Из их коры изготавливают текстильное волокно, листья, побеги, семена и плоды употребляют в пищу, делают из них напитки, масло, клей и мыло. Баобабы крайне живучи, они быстро восстанавливают содранную кору; продолжают цвести и плодоносить с пустой сердцевиной; срубленное или поваленное дерево способно пускать новые корни, а благодаря запасам влаги в толстых стволах это дерево отлично переживает засуху.
"Надежда среди сухости" - генетически модифицированный потомок голубой агавы, способный расти в любой почве при более высоких температурах, чем их земные предки. Помимо прочего, используется неанцами для изготовления местного аналога текилы.
Хубурские мангры - потомок красных мангровых деревьев, высаживаемых в дельте Хубура для создания там продуктивных биоценозов. Как и на Земле, мангры создают места обитания для множества других видов, способствуют почвообразованию, защищают берега и сами лежат в основании пищевых цепей для многих организмов


Одно из наиболее приспособленных к жизни в пустыне животных обитает на Земле в пустыне Намиб - это жук-чернотелка Stenocara gracilipes, он способен собирать воду при помощи гигроскопичных волосков на своем теле: в местах, где он обитает, дождей практически не бывает, зато часты туманы, приходящие с океанского побережья. Это свойство используют жители Неа, стараясь ставить конденсаторы влаги в местах, где водятся эти жуки - там воздух содержит достаточно водяных паров для жука, а значит, и для эффективной работы бионических устройств.

Cyanopica:

Неанская императорская креветка - потомок земной креветки Periclimenes imperator, живущей в симбиозе с голотуриями или морскими слизнями - креветки путешествуют на своих хозяевах и питаются остатками их трапез. первоначальный ареал завезенных на неа креветок ограничивался эстуариями с солоноватой водой - воды курнугийского моря были для них слишком солеными. Один из подвидов приспособился сожительствовать с мангровыми мулакандо из предыдущей части (слева вверху изображена креветка, зацепившаяся за поверхность морского слизня) и постепенно приспособились к более соленой воде и приобрели бОльшую склонность к свободному плаванию. Тела их более стройны и обтекаемы, а окраска бледнее, чем у земных собратьев, что делает их менее заментными в воде. Большую часть времени они проводят, путешествуя на "спине" мулакандо, переходя на его "брюхо", когда тот принимает солнечные ванны, что спасает их от перегрева.

Leonardo Oliveira:

Цутиноко (ツチノコ или 槌の子), также называемая бати хеби (バチヘビ), что означает "пчелиная змея" - крупное, массивное амфисбеновое, то есть безногая ящерица, потомок Amphisbaena microcephala, обитающее в песчаных морях Неа. Несмотря на довольно широкое распространение, увидеть их трудно, поскольку практически всю жизнь они проводят в песке. В отличие от своих стройных, червеподобных предков, цутиноко скорее рыбообразны по форме, что помогает им в буквальном смысле слова плавать через песок. Глаза этой ящерицы рудиментарны. Цутиноко получил свое название от колонистов японского происхождения из-за своего сходства с соответствующим персонажем японского фольклора, в отличие от которого реальный цутиноко не ядовит, хотя и будет кусаться, если его схватить. Его мясо считается деликатесом в некоторых районах, особенно в южных пределах его ареала.

Clawedfrog:

Волосатые броненосцы Оливера водятся в предгорьях Неанских Альп, а районах, где есть слой мягкой земли, позволяющей зарываться. Вдали от побережья они питаются насекомыми, мелкими позвоночными и растительнстью, иногда совершая набеги на кладки колоссальных хамелеонов. Прибрежный подвид более темного цвета и часто проводит время, патрулируя береговую линию в поисках выброшенной морем падали.

Greg A. Smith:

В соленых глубинах Курнугийского моря можно найти странных существ, одним из которых является крылоногий моллюск великий аманодзяку. Этот хищник наряду с дельтовым мулакандо - крупнейшие беспозвоночные Неа. Как и другие морские ангелы, он совершенно слеп, и ориентируется благодаря химическому чувству, но при этом обладает биолюминесценцией, что помогает ему подманивать добычу.

João Mendes:


Предки кровавых попугаев появились на Земле еще в 80-х годах ХХ века. Это были предположительно гибриды радужной и цитроновой цихлазом. Они искусственно разводились в Тайване для содержания в аквариумах и не существовали в природе - самцы этих гибридов были стерильны, кроме того, часто обладали рядом уродств от незакрывающегося рта (это дефект рыбки компенсировали путем дробления пищи мышцами горла) до деформированной радужки. Тем не менее, на Неа их решили ввести в экосистему (откорректировав перечисленные дефекты, включая бесплодие) в первую очередь в качестве эксперимента, дав возможность эволюционировать в отсутствии конкурентов в новой среде. После нескольких неудач удалось создать две стабильные популяции, численность которых (как и размер особей) постепенно растет. В отличие от аналогичных аквариумных ублюдков прошлого, они получили статус полноценного вида и латинское название. Приспособившись к солоноватым водам, на севере заплывают довольно далеко от дельты в море. Часто являются постоянными обитателями колоний гигантских пинн:



На протяжении веков земные народы использовали биссус (нити, которыми моллюск прикрепляется к окружающим предметам на дне) благородных пинн (Пина Nobilis) для получения морского шелка - чрезвычайно редкой, тонкой и ценной ткани, вследствие чего основательно подорвали средиземноморскуб популяцию этого моллюска. Земные моллдюски тоже немаленькие - до 1,2 м. На Неа условия для модифицированных пинн оказались весьма благоприятными, и здесь их также используют для получения биссуса на специальных фермах, не уничтожая самих животных, играющих важную роль в прибрежных биоценозах. Часть выращенных на фермах моллюсков идет в пищу, а остальные по достижении определенного размера высаживаются в естественную среду где-нибудь у побережья Курнугийского моря. Обычно это самые корупные экземпляры, так то в достижении неанской пинной таких размеров сыграла роль и селекция. Пинны распространились вдоль всего восточного побережья и вместе с манграми формируют уникальную экосистему - поля мидий, или "леса", как их называют местные жители.

Подвид кровавого попугая из мангрово-пинновых лесов Дельты. Их форма тела конвергентно оказалась схожей с таковой у других рыб, живущих в мангровых зарослях и небольших медленных бассейнах земных рек (например, всем известные скалярии и дискусы).

Radek Pomagalski:

Эти два вида произошли из двух популяций земной сольпуги Galeodes granti, расселенных в двух регионах по разные стороны моря. Членистоногие живут недолго и быстро размножаются, поэтому эволюционируют быстро.
Паук-пилигрим обрел необычную для паукообразных социализацию. Родственные группы обитают в общей норе, скрываясь там днем и охотясь по ночам. В меню их помимо членистоногих могут входить и туши павших позвоночных, с которыми колония и разделывается сообща, причем если одна особь обнаруживает богатую пищей территорию, она может стимулировать колонию переместиться туда и основать там новую нору. Удачная адаптация для пустынь, где пища встречается редко. Это еще не эусоциальность, но один из путей к ней.
Паук-упырь - один из неанских организмов-"песчаных пловцов", охотится в толще песка, практически никогда не показываясь на поверхности.

Adamsaurus02:

Самцы длиннохвостой гребенчатой утки внезапно имеют большой гребень на голове и длинный хвост. Эти птицы питаются водными растениями и мелкими беспозвоночными.


Неанский подвид мышиного оленя живет небольшими табунками (в отличие от одиночных земных родственников) в лесах Неа, ведет ночной образ жизни, питаясь листьями, цветами и ягодами.


Неанский тундряной тапир - подвид горного тапира (Tapirus pinchaque). Поcкольку их предки жили в горах Южной Америки, они легко адаптировались к низкому уровню кислорода на Неа. Обитая в промозглой, хоть и не морозной тундре Неа, они обросли длинным мехом, их уши меньше, а ноги короче, чем у земных. Эти животные используют свои хоботки, чтобы согреть холодный воздух при дыхании (как земные сайгаки) и живут небольшими группами по 5-8 особей.


Неанский носорог - потомок кафрских рогатых воронов - утратил способность к полету и охотится на земле на мелких животных, в том числе на так же нелетающих курозавров из первой части.

Robin Liesens:

Красногрудый рябок напоминает куропатку, но является представителем отдельного отряда - рябкообразных, занимающего промежуточное положение между курообразными и голубеобразными. Предковой формой для этой птицы послужил белобрюхий рябок, обитающий в полупустынях и сухих степях Южной Европы, Северной Африки и юго-запада Азии. Как и их предки с Земли, красногрудые рябки питаются преимущественно семенами и плодами. Гнезда располагают на земле, а птенцы самостоятельны с первых дней после вылупления, хотя, конечно, не могут летать, поэтому, когда источник воды далеко, взрослые птицы неоднократно в течение дня летают к водопою, там погружают свои перья в воду и возвращаются назад, где птенцы пропускают мокрые перья родителей через свой клюв, как это делали их земные предки.


Хоть Неа и славится своими пустынями, на планете немало мест, подходящих и для влаголюбивых животных, даже амфибий. Одно из таких - пятнистый хубурский тритон, небольшое животное около 15 см длиной. Это по сути генномодифицированный альпийский тритон, который на Земле может быть найден на высотах до 2500 метров. Хубурская разновидность чуть крупнее и главное ее отличие - складки кожи вдоль туловища и лап, увеличивающие площадь кожи, то есть возможности кожного дыхания. На Неа ареал их распространения ограничен высотой - здесь это 1500 метров - и наличием чистой пресной воды. Солоноватая и соленая вода для амфибий смертельна.

И, наверное, на этом хватит. Это далеко не все представители фауны вымышленной терраформированной планеты, да и сам проект, возможно, останется бессрочно открытым. Но одна из целей этого фантазийного проекта, сформулированная Кнуппе - познакомить читателя с некоторыми реальными удивительными созданиями, о которых тот, возможно и не подозревал или когда-то знал, но забыл. А многие из таких существ и сами по себе, как они есть у нас на Земле, достойны отдельного рассказа...
И еще, не знаю в чем фокус, но у других художников какая-то не та атмосфреа. Вот напоследок та:

Joschua Knüppe:

На самом деле это не "чужое" дерево, просто его так прозвали из-за его странной формы с черными листьями внизу, придающей пейзажу, где оно растет, весьма необычный вид. Эти эониумы растут вокруг речных систем, в местах, куда вода приходит на несколько недель в течение года. В этих биомах можно найти много странных суккулентов (но не кактусов), и животных, не встречающихся более нигде.
30 Jan 07:02

Черно-белая ностальгия от Владимира Ролова



Каждая фотография Ролова – это настоящая удача фотографа, удивительные моменты счастья, радости, детского восторга и буря эмоций. Это картины прошлого, которые наполнены жизнью больше, чем наше настоящее.

История Владимира Ролова удивительная и грустная одновременно. Недюжинный талант этого фотографа, его наполненные радостью жизни, светлыми эмоциями снимки оказались никому не нужны на родине в лихих 90 — х...

Его первая выставка состоялась в Германии, где его работы оценили по достоинству. В Германии были выпущены его первые альбомы, и о его успехе и растущей популярности его соотечественники узнали из немецких газет. Грустно, но закономерно.



Владимир Ролов родился на Южном Урале в 1953 году. Фотографией стала его главным увлечением еще до школы, а свой первый фотоаппарат он получил в подарок в восемь лет. С того времени он не расставался с камерой: благодаря этой привычке появились на свет многие фотографии, впоследствии ставшие известными во всем мире.

В 12 лет Владимир буквально поселился в фотостудии, дворца Пионеров в Челябинске. С огромной благодарностью и теплом он впоследствии вспоминал тот огромный труд, который вложил в его обучение и воспитание руководитель фотостудии, Виктор Муршель. Это была не только школа фотографии, но и школа жизни – тот жестко высмеивал пошлые, пустые фотографии и одаривал заботой и вниманием, объяснял суть и главные принципы светописи, учил делать фотографии, а не фотографировать и объяснял, в чем тут заключается разница.



По всей видимости, талант Ролова проявился очень рано: в тринадцать лет он официально стал внештатным фотокорреспондентом многотиражной газеты «За трудовую доблесть» тракторного завода. Впоследствии он упоминал, что не может понять, как он не лопнул от гордости после своего официального назначения. Он не только имел возможность печататься в настоящей газете: ему разрешалось печатать там художественное фото.

После того, как закончил в Челябинске политехнический институт, устроился фотокорреспондентом в партийную областную газету города Курган. Это был период бесконечного путешествия по всем отдаленным и не очень зауральским уголкам. Ролов снимал трудовые будни доярок, участковых, учителей, строителей – героев труда, «перековавшихся» бывших алкоголиков, которые стали передовиками производства.



Спустя четыре года его заметили в «Советской России» — культовой газете того времени. Так Ролов оказался в Москве, увидел своими глазами легенд советской фотографии – Кривцова, Боровика, Чикина, Богданова и других. В «Советской России» от него требовался совершенно иной уровень ответственности и отношения к работе. После пяти лет работы фотокором по Сибири и Уралу, в 1985 году он был назначен на руководящую должность в управлении газеты и переведен на постоянное место работы в Москву. С этого момента он уже не мог снимать то, что считал нужным. Более того – партийная газета была настоящей школой выживания.



Ничего не принималось в расчет кроме необходимости выпустить в срок свежий номер. По воспоминаниям Владимира Ролова давление на журналистов было настолько сильным, что такой темп работы выдерживали немногие. Это была жестокая школа.

С 1990 годов для России началось непростое время. Ролов уехал учиться в Германию. Через несколько лет его работы появились в европейских изданиях, такого уровня, как «Financial Times» и «Stern». Начиная 2005 года Владимир Ролов начал сотрудничать с издательством «Groh» в Баварии. Так увидели свет шесть его книг и два альбома. В 1989 году в замке князя Вальдек в Германии по инициативе владельцы замка была организована персональная выставка работ Владимира Ролова. Все последующие выставки в Германии проходили под патронажем официальных властей или организаций, поддерживающих искусство.



В 1992 году ассоциация Arbeiterwohlfahrt совместно со Сберегательным Банком Германии организовали международную выставку русского фотографа, которая с успехом прошла по городам Европы и в США.

Что увидели немцы в снимках Ролова? Что тронуло их сильнее, чем тех, кому эти снимки были адресованы? Ведь этот непередаваемая атмосфера советского прошлого нам, тем, которые оттуда родом может сказать намного больше, чем иностранцам с совершенно иным мировосприятием и ассоциациями.



Наверное самый известный снимок...
















































via

28 Jan 13:29

Что такое «русский стиль в охоте и существует ли он»?

"Русский охотничий журнал" №2, 2016.



Этот вопрос я слышал в своей жизни не раз, не два и не десять. От американцев и англичан, от французов и итальянцев, от новозеландцев и кенийцев. Ну и, кроме того, от москвичей и хабаровчан, петербуржцев и одесситов, нижегородцев и омичей.

На самом деле. Существует совершенно очевидный английский стиль охоты – с легавой на куропатку, с гончими на лису, с винтовкой на оленя скрадом. Существует французский, пиренейский и даже балканский охотничьи стили, отличающиеся по манере одежды, поведению на охоте, правилам стрельбы и застолья. Существует центральноевропейский стиль, куда можно отнести различные немецкие, чешские, венгерские и польские вариации.
Существуют как минимум несколько американских стилей, включающих в себя western и mountain men styles.

А что мы можем сказать о русском стиле?

Как опытный волк масс-медиа я перекинул вопрос залу - просто посмотреть – что получится? В качестве зала я использовал аудиторию интернет-форума guns.ru – самого многочисленного охотничье-оружейного интернет-ресурса рунета.

При этом надо понимать, что стиль – это не только одежда, оружие и транспортные средства. Это – весь поведенческий комплекс человека, или группы людей, характеризующих особенности занятия ими каким либо делом. То есть – разные люди могут добиваться одного и того же результата – скажем, убить лося – очень похожими способами и за одно и то же время. Но стиль при этом будет – разный. Или его и вовсе - не будет. И выражаться он будет и в том, как человек держит оружие, и в самом оружии, и в том, во что он одет, и как выслеживает зверя, как ведет себя в застолье, как ходит, как улыбается... Да что там говорить - ту же чарку на кровях можно выпить стильно; или нет.

Смотрите что думают об этом самые разные люди…

Участник BAR. Исключительных Российских охот, похоже, осталось 3 : С подсадной, на тяге, на току, все весенние.

Участник Starshinov. Наверное надо добавить с лайкой,и с гончей.

Участник Док. Я бы добавил, что настоящий Русский стиль в охоте это непредсказуемость результата. На любом этапе охоты. Вот в Европе, всё по прайсу, и всё чётко. А у нас так: созвонился, выехал. А на месте может не оказаться транспорта, егеря, трезвого тракториста, зверя. Да базы может не оказаться и жить придёться у бабы Дуси через две деревни. Да что там базы, или поля колхозного, я раз приехал, а леса нет. Нет леса. Вырубили всё! Позвонил, сказали приезжай, всё окуэно. Приехал за тыщу вёрст, а там вот так вот, стильно по нашему.

Участник Ruse_chat_kiev. Русский ( российский , постсоветский - не важно ) - это браконьерство и бескультурие на охоте во всех видах: в стиле использования транспорта , калечащем природу , в небрежной одежде , типа костюм сварщика , шапка танкиста и чулки от химзащиты на ноги , в разнузданном поведении , в армейском оружии и боеприпасах , в картечи по копытным , пьянках в процессе активной фазы охоты , в правовом , охотоведческом и экологическом нигилизме , в охоте ночью с ПНВ и тепловизорами...
Стиль - это то , что узнаваемо , и то , что отличает от других. Так вот это сразу узнаваемо , сразу отличаемо , такого массово нигде больше нету.
А все остальное , что было сказано выше , такое есть у многих.
Если взять 10 любительских роликов из ютуба про охоту , выключить звук и смотреть только видео, то чехов , немцев , словаков , французов можешь между собой и не различить , а наших - так сразу ! Вот это и есть наш стиль.

Участник Чарли. Не знаю стиль это ли. Но я бы выделил именно массовое наличие полуавтоматов (любых и всяких).
Наличие техники в хозяйстве вездеходной всякой разной, у нас без нее никак.
По видам охот разумеется утиная и загоны, это первое что в голову пришло, значит и на слуху чаще. Еще медведь на овсах.
По одежде выше все сказали, соглашусь пожалуй, кто в чём .
Традиций чисто охотничьих не видел, правил придерживаются и то хорошо.

Участник VN-R. Еще бы к русскому стилю отнес тропление, основанное на тонком понимании привычек и образе жизни зверя - своего рода интеллектуальное испытание охотника, проверка его смекалки и чутья, противоборство со зверем в реальном времени - кто кого.

Наиболее характерно с заячьими "профессорами". Как индивидуальная охота, так и с малым числом участников - наиболее зрелые охотники с леса в одного по следу могут выгнать зайца на одного из двух- трех стрелков. Помним и схемы в охотничьих книжках по охоте на зайца - целая культура такой охоты.

Участник Burunduk 25. К русскому стилю оружия отнес бы склонность к милитаристким вариантам оружия АКМ-оиды и все еще СКС рулят
по одежде - опять же армейский камуфляж и фуфайка, но биже к мегаполисам сейчас уже меняется ситуация.
по общению:
вынужден отметить все еще склонность общения под водочку в неограниченны количествах , в том числе и с заряженным оружием, хотя также нужно отметить уменьшение этого зла в последнее время.
Участник Igorich 75.
1.
- по большей части ВСЕ охоты носят частично противозаконный характер. У ВСЕ почти. Использование ПНВ, авто/мото техники, электронных манков, и т.д. На форуме куча тому подтверждений. Это я не осуждение. Объясняется особенностью законодадельств и устойчивой традицией не шибко его соблюдать.
— огромное множество изобретательных и трудовых способов добычи ( тропление, охота на токах, охота в , на берлоге, волк на вабу и флажками и т.д.). Хороший охотник у нас самодостаточен, часто лучше проф. егеря знает дело.
3. Две тенденции, корнями еще из Росии дореволюционной:
— использование боевого оружия и его переделок ( от легендарной берданки до Тигров , СКСов Тигров, Саег)
— одно ружье на все охоты . Классиками еще старыми отмечалось, во многом сохраняется и сейчас. С одной двухстволкой на мишку и мышку. Больше внимания самому процессу охоты, чем снаряжению, приблудам разным - это касательно настоящих охотников ( увы часто браконьеров) из глубинки .

Участник Larsen. Нет "русского" стиля в охоте.
На сегодняшний момент.
До 17 года это понятие можно было бы применить, скажем, к царским охотам в Беловежской пуще или к псовым охотам. С некоторой натяжкой под это понятие можно притянуть охоту на берлоге.
Соблюдался протокол, дресс-код и традиции.
Сейчас, "...кто по грибы, кто за дровами..."

Участник Modano. Всё-таки надо определиться,что есть стиль?А то происходит простое перечисление различных видов охот на наших просторах.В чём особенность?!Может к особенностям,к "русскому" ковбойскому стилю отнесём стрельбу с АКмоидов до "железки" по всему что шевелится в радиусе 300 метров или брэчество с фарой по полям,может стильно под путёвку на вальдшнепа бить уток влёт на весенней охоте(вижу регулярно и массово,поэтому тоже уже "стильно").
По мне нет никакого стиля.Можно,конечно,наряжаться в соболиные шапки,сафьяновые сапожки,да в парчовые кафтаны-сюртуки.Но какое это имеет отношение к охоте в современных реалиях?!И главное,эти переодевание нельзя назвать общепринятым стилем,трендом,если хотите.
Есть особенности,которые могут разниться от региона.И почти не осталось традиций,никаких,не дореволюционных,не советских,не постсоветских.Да и были ли они?!Я,конечно,бывал на охотах,где были чудаки,трубившие в рожок,с веточками,с зачитыванием "псалмов"над добытом зверем...но всё это напоминало цирк-шапито.Имхо.

Участник ZOO 8. Современный российский стиль это поляна на всю ночь, ящики спиртного порой и охота на местных матрон,.. По утряне хрен кого поднимешь , все через ж... Непристрелянное оружие и его незнание, но бахвальство и горячее обсуждение патронов, со взаимообменом (попробовать). Жулики егеря ( БРЭКИ в законе)и вашим и нашим) и полный бардак в хозяйствах.
Ну или закрытые коллективы фанатиков и одиночки(скорее профбреки)

Первое ощущение, которое испытываешь от чтения всего написанного (а это – около 8 страниц мнений) – русский стиль – это помойка. А русский охотник в описании большинства участников полностью описывается немецким распространенным выражением «руссише швайн».

Полноте, так ли это?

Почему обязательно при разговоре о «русском» в охоте мы делаем акцент на негативе с примесью плача Ярославны по неким прошлым великим, но безвозвратно ушедшим временам?

И решил я пойти в своих рассуждениях «от противного».

Вот что мне приятно вспоминать в охоте, которую я считаю «русской», что вот лично я считал бы за «русский стиль»?
Здесь сразу я оговорюсь, что моя Россия – она довольно ограничена и своеобразна. Это северо-восточная Сибирь, в которой доминирует промысел – мясной и пушного зверя. Ну а какого черта – именно этот тип охоты и лег в основу одного из самых распространенных охотничьих стилей – mountain men style в Северной Америке?

И я начал вспоминать одежду и поведение знакомых таежников-промысловиков, которых помню с конца семидесятых годов по настоящее время.

Главная черта стиля – это, безусловно, аккуратность. Очень большая аккуратность и дотошное внимание к мелочам. Ибо человек находится на промысле один, несколько недель, а иногда и месяцев, мало того, что в условиях изоляции – так еще и в очень неблагоприятной внешней среде – снег, лед, мороз. Вон, на днях в Москве минус пятнадцать случилось – и весь интернет встал на уши из-за варварских, ужасных, совершенно непереносимых капризов природы – ноги не ходят, руки не рулят, носы-уши отваливаются. А я вот сколько не спрашивал моих знакомых промысловиков – какую погоду они считают для себя наиболее комфортной – ответ был примерно один – от минус десяти до минус двадцати при отсутствии ветра. И не холодно; и не жарко, понимаешь.

Наиболее распространенная зимняя верхняя одежда – одевающаяся через голову суконка и суконные же штаны – свободные как шаровары, сужающиеся книзу. Куртки обычно или переделывались из костюма сварщика – грудь зашивалась, приделывался капюшон, нагрудный карман, резинки на рукава. Кто был подотошнее – шили сами или просили шить жен и подруг – по своим выкройкам. Тип одежды был, кроме всего прочего, продиктован и видом передвижения – на лыжах. Под сукно поддевался шерстяной свитер, ниже – или мягкая фланелевая рубашка; или шерстяная тельняшка. Иногда, в особо сильные морозы поверх свитера одевалась энцефалитка из армейской диагонали; а уж в случае совсем уж лютого холода под суконку шла меховая жилетка.

На ноги – шерстяные носки; в лютые холода – меховые чулки, обувь - валенки или меховые ичиги; реже – унты.

На голову – вязаную скандинавскую шапку, на большой мороз - меховую шапку-ушанку.

И такая экипировка позволяла человеку сохранять подвижность и работоспособность при температурах от минус десяти до минус пятидесяти градусов.

По себе знаю.

Это разве не стиль?

Конечно, стиль.

И мешок-поняга, и нетяжелый топор с длинной рукоятью, и легкий нож на «серьге» с деревянной ручкой наподобие столь модного ныне «якута», да вот только не совсем «якут»…

С чем была, конечно, закавыка у охотника-промысловика – так это с оружием. Ибо охотился он, все-таки, в отличие от того же mountain man не с тем что нужно; или нравится; а с тем что дадут. А давали ему, обычно, или карабин Мосина; или малокалиберную винтовку. Человек, имеющий «Лося» или СКС выглядел среди своих собратьев настоящим «рабочим аристократом». Ну не было у него возможностей для того чтобы в оружейной области выработать свой стиль. Хотя и траппер Скалистых гор тоже если и выбирал, то обычно между Brown Bess, «индейским ружьем» Компании Гудзонова Залива и кентуккийской винтовкой.

Впрочем, и сегодня средний американский охотник использует обычно какую-то одну из винтовок с продольно скользящим затвором поворотного типа, чаще всего что-то из семейства Remington; и ему остаются чужды европейские изыски в виде «прямоходов» или штуцеов («Говорят, европейцы почему-то до сих пор выпускают эти очень странные ружья», как говорил мне один из наиболее известных американских охотников-спортсменов).
Лыжи. Изготовление и снаряжение лыж, ходьба на них, их использование – это тоже неотъемлемая часть стиля русского промыслового охотника в восточной Сибири.

И по отношению к добыче вел себя промысловик без излишнего пиетета, но не по-варварски. И место разделки, как правило, «убирал»; и все, что составляло зверя – старался освоить. Делал все руками – от избы до разделки туши и готовки пищи.

И это стиль.

И уж что уж совершенно точно напрямую относится к русскому охотничьему стилю в тайге – так это избушечная культура. Умение обустроить путик и снарядить его нужным количеством временных жилищ и укрытий. Умение понимать ее язык и пользоваться ее плодами. Знать в каком случае ты вправе воспользоваться жилищем соседа; а в каком – это будет сочтено за моветон, который может быть пресечен довольно разнообразными способами – от порубленных лыж до пули в голову.

Мы в одном из номеров уже давали небольшой очерк по избушечной культуре российского Севера, и, возможно, вернемся к этой теме еще не раз.

Итак, в результате воспоминаний передо мной предстает сибирский охотник-промысловик. Аккуратный, собранный, чистый. Облаченный в теплую одежду из натуральных материалов, с одним, но исправно действующим и эффективным ружьем, с набором носимого инструмента, мастеровитый, физически развитый и выносливый – вполне привлекательный во всех отношениях типаж.

Стильный?

Стильный.

И это касается только всего одного стиля охоты на всего одной десятой территории нашей страны.

Так что – вот это – мой русский стиль.

И он не должен быть русским стилем охотников из кубанских плавен, широколиственных лесов Брянщины и Воронежской области, прибалтийской низменности, и Карелии, таймырских тундр и васюганских болот.
Я уверен, что охотники, постоянно проводящие время в поле, отдающиеся своей страсти, хорошо приспособленные к своим условиям в каждом месте создают некий свой, локальный, неповторимый охотничий стиль. Который приятен, эффективен, красив, и – которому, оказавшись в тех условиях, хочется подражать.

При этом ошибаются те, кто считает стилем свинские стереотипы поведения - они интернациональны и не коррелируют ни с имущественным положением, ни с местом проживания ведущего себя таким образом персонажа.
Потому что охота – это не возможность убить зверя, оказавшись вне рамок цивилизационных условностей. Если рассматривать охоту именно так – то тогда она и влечет за собой и алкоголь, и демонстративное пренебрежение законами, и неуправляемую гульбу – все, что превращает охоту, с точки зрения большинства населения в пренеприятнейшее времяпровождение; а охотника – в отрицательного персонажа.

Охота – это образ жизни, включающий в себя поиск гармонии с природой, понимание происходящих в природе закономерностей и встраивание себя в них. Ощущение себя, Человека-Охотника на своем месте. И это место подразумевает регулирование происходящих в природе процессов. С помощью охоты, в том числе.

И только тогда человек будет вырабатывать свой охотничий стиль. Тот, который ему симпатичен, и который он будет считать приемлемым для себя лично.

А уж каким он окажется – русским, чешским, британским или вообще – его собственным – дело третье.

А каков на ваш взгляд русский стиль в охоте, уважаемый читатель?