Mihhalek

Эпиграф. "Скажите мне, мадам, зачем вы привезли в Гвинею свою болезненно изнеженную дочь?"

Чтобы понять инопланетность существования огрызочков моего славного поколения, достаточно начать объяснять другому поколению социально- бытовые подробности прошлой жизни.

- Ты где с мамой познакомился?
- На партсобрании.

Ответил автоматически.

- Где?!
- На собрании членов Коммунистической партии Советского Союза.
- Ты был коммунистом? и мама была коммунистом?
- Я был коммунистом. А мама была секретарём комитета комсомола.
- Она секретаршей была?
- Нет, она не была секретаршей. Она была руководителем ячейки Всесоюзного Ленинского Коммунистического Союза Молодежи своего факульета. На неосвобождённой основе.

Помолчали. Я катал по сердцу ощущение, что я заблудившийся в колхозных полях под Ленинградом бывший камергер двора. Такой растерянный, обутый в калоши на босу ногу, оборванный старик в перевязанных верёвкой штанах с лампасами, пугливо выкапывающий брюкву под немигающими взглядами деревенского актива. Т.е. перед неминучими такими пиздюлями. "Компри, мужички?! Ме вуайон!", - обречённо суетится, -"Сет эноди ни жаме экри! Па де проблем, мез ами?!" Хорохорится. "Ном де дье...Послушайте, я не понимаю, решительно не понимаю, кескельди се товарищ? Так нельзя, позвольте, госп..мужички, сэ импосибль, это больно, господа, не надо! Нет!"

- А зачем собрание было?
- Тренинг, дорогая, фомирование тим спирит, все дела. Плюс личностный рост сотрудников. Не пришёл на личностный рост по тим билдин систем - всё, в Венгрию не едешь.
- А что вы делали на собрании этом?
- Слушали инструктора райкома.
- Чего?
- Районного комитета... Коучера мы слушали на коучинге. Он нам про проблему промтоваров говорил. И про ребрендинг, про перестройку.
- ...
- Говорил коучер про кризис консьюмеризма, что не надо нам ничего, есть макароны, маргарин, брюки, отличные туфли, носки синтетические, шарфы скоро в продажу поступят мохеровые, а всё остальное консьюмеризм и надо больше про нематериальные мотиваторы думать. Нематериальное стимулирование использовать чаще, начинать надо с себя и все дела. А то вещизм чистой воды и очереди.
- И там ты с мамой познакомился.
- Да, я написал записку в президиум, топ-менеджменту, что вместо резолюции собрания надо всем пойти на вокзал и разгрузить пять вагонов с арбузами, направленных нам по шефской линии. А мама твоя мою записку в президиум, топ-менеджменту не передала, сказала, что в прениях заслушает...Иди отсюда!

К вопросу о том, что не надо считать других дураками. Традиционно чересполосица - то есть ситуация, когда в собственности одной крестьянской семьи находится множество мелких участков земли, разбросанных по окрестностям и перемешанных с участками других семей - считается тормозом развития сельского хозяйства. "Оказывает вредное влияние на хозяйство, препятствует применению усовершенствованных систем полеводства" - говорится, к примеру, о ней в Википедии.

Но вот что пишет по этому поводу Джаред Даймонд в своей книге "Мир до вчерашнего дня. Чему мы можем научиться у традиционных обществ":

"В разных регионах Земли западные ученые и эксперты по развитию сталкивались с аналогичными случаями чересполосицы. Наиболее часто упоминаемый случай - крестьяне средневековой Англии, которые обрабатывали десятки крошечных, рассеянных по округе клочков земли. Для современного историка экономики совершенно очевидно, что это плохая идея, поскольку на перемещение между этими участками тратится много времени, а между клочками земли остаются необрабатываемые участки. Аналогичный случай чересполосицы Кэрол Голанд изучал у крестьян региона Анд неподалеку от озера Титикака. Там эксперты в области развития возмущенно констатировали: "В целом производительность сельского хозяйства настолько ужасающе низкая, что мы удивляемся тому, что эти люди вообще выжили. Поскольку поля крестьянской семьи постоянно дробятся в результате браков и наследования и разбросаны по разным деревням, среднестатистический крестьянин тратит три четверти времени на то, чтобы добираться от одного поля до другого, при том, что участки часто занимают лишь несколько квадратных метров". Эксперты предложили крестьянам произвести обмен участками и консолидировать свои владения.

Однако исследование Голанда показало, что кажущееся безумие является на дело осознанным методом. Изученные Голандом крестьянские хозяйства обрабатывали рассеянные на большом пространстве участки земли - у каждого было в среднем 17 (максимум - 26) участков, средний размер - 15 на 15 метров. Поскольку крестьяне то и дело продавали и арендовали участки, имелась возможность консолидировать владения. Однако они этого не делали. Почему?

Голанд заметил, что (...) разные поля приносили в разные годы разный урожай, причем крестьяне обычно не могли предсказать, какой участок станет в этот конкретный год наиболее урожайным. (...) Если у крестьянской семьи только одно большое поле, то, какой бы высокий урожай оно ни приносило в среднем, неизбежно настанет неурожайный год, и семья умрет с голоду. Если же имеется много разных участков, урожайность которых колеблется независимо друг от друга, то каждый год по крайней мере группа участков даст достаточное количество продовольствия, даже если урожайность остальных невысока.(...)

Короче говоря, крестьяне в Андах благодаря богатому опыту и без всякого статистического и математического анализа определили, насколько раздробленными должны быть их владения для того, чтобы они оказались защищены от риска умереть с голоду в результате непредсказуемых местных колебаний урожайности. Их стратегия описывается известной поговоркой - не класть все яйца в одну корзину".

(хоккей Россия-Словакия в Сочи, 12:15 до конца третьего периода)

Автоматической кросс-пост из уютного бложика olegart.ru

Я уже как-то писал у себя в блоге о южнокорейской комическо-бюрократической правительственной организации, которая именуется «Управление пяти северных провинций». Когда-то Управление было создано с двоякой целью: с одной стороны – в качестве зародыша той администрации, которая должна был действовать на территории Севера после освобождения оной от злокозненных коммунистов, а с другой – в качестве бюрократического символа, подтверждающего претензии южнокорейской стороны на контроль над всей территорией Корейского полуострова (об Управлении см.здесь).

Как и следовало ожидать, северокорейцы в долгу здесь не остаются. Наоборот, как и требует Вождь, отвечают «стократно, тысячекратно». В Северной Корее с конца 1950-х годов существует полностью сформированная администрация южной Кореи, которая приступит к своим обязанностям после того, как эта территория будет освобождена от гнёта американских империалистов и марионеточной клики. Администрация эта состоит из северокорейских чиновников разных уровней, для которых их южнокорейские посты являются символическим (впрочем, не совсем) дополнением к их нормальным обязанностям. Сидит себе тихий майор  полиции где-нибудь в Чхонджине, ловит себе жуликов (ну или взятки с оптовых торговцев на рынке трясет, это уж от обстоятельств зависит и от морального облика) – в то же время числится, скажем, резервным зам. начальника Управления Внутренних Дел в Пусане…



При этом северокорейская сторона подошла к вопросу более серьёзно, чем Юг. «Управление пяти северных провинций» постепенно выродилось в преимущественно ритуальное учреждение, а вот кадровый резерв на Севере до недавнего времени был многочисленным и теоретически работоспособным. С другой стороны, в открытой печати существование резервной администрации упоминается, но в самых общих чертах (о ней кратко говорил Ким Ир Сен, например) – никаких деталей. Оно и понятно: южнокорейские чучхеисты (сейчас их мало осталось, но были времена, когда их было куда больше) с их демократическими иллюзиями, были бы, наверное, слегка удивлены тем, что результаты «первых не-буржуазных выборов» уже расписаны соответствующим отделом ЦК ТПК.

На днях довелось пообщаться с человеком, который в эту самую резервную администрацию входил (доводилось мне и раньше говорить с его коллегами, но тогда на вопросах резервной администрации как-то сосредоточиться не удалось).

Резервная администрация изначально формировалась из тех партийных и государственных чиновников, которые в 1945-50 году перебрались с Юга на Север (иначе говоря, бывшие южнокорейские коммунисты, которые не попали под волну репрессий 1953-1960 гг., когда большинство таких перебежчиков в КНДР почикали). Впрочем, сейчас таковых практически не осталось, поэтому резервная администрация уже давно пополняется детьми, а временами – даже и внуками таких беженцев-коммунистов. В любом случае, для подавляющего большинства сотрудников резервной администрации обязательным является как членство КПК, так и происхождение (обычно по прямой мужской линии) от выходцев из Южной Кореи.

Из этого правила существует одно интересное исключение: на самые ключевые партийные позиции назначаются люди с особо безупречной родословной, то есть, по определению, чистопородные северяне. В частности, таковым является будущий секретарь сеульского горкома (но не председатель сеульского горисполкома – сия несколько формальная должность зарезервирована за потомком южан).

Резервный аппарат достаточно разветвлён.  В Северной Корее наготове есть не только секретари райкомов (конечно, уездкомов) партии для всей территории Южной  Кореи, включая остров Чечжудо, но и заведующие отделами  в этих самых райкомах, а также в соответствующих организациях  государственной администрации. Человек, с которым я говорил, например, должен был после победоносной войны стать председателем райисполкома (по северокорейской терминологии, председателем народного комитета) в одном из южнокорейских городов средней руки, уездном центре.

В принципе, почти всё вышеописанное «широко известно в узких кругах», но некоторые детали оказались новыми и интересными. В частности, выяснилось, что всех чиновников резервной администрации два раза в год направляют на учебные сборы, где они слушают лекции по положению в Южной Корее, а также изучают грифованные материалы по тем районам и городам, которыми им придётся руководить. Любопытно и то, что все эти виртуальные чиновники получают вполне реальную добавку к своей основной зарплате (точнее, реальной эта доплата была до гипер-инфляции 2002-03, а потом превратилась в виртальную).

Другим сюрпризом для меня оказалось, что в этой фиктивной структуре существует вполне реальное продвижение по службе. Мой собеседник, например, начинал в начале 1980-х в качестве простого зам. зав. отдела райисполкома.  Однако за годы беспорочной виртуальной службы он дорос аж до должности главы этого виртуального учреждения.

И было ведь время, когда всё это было совсем не понарошку…

Другие серии: В Туркестане,Персия, Пахтанье масла,Кавказ и его обитатели,Путешествие Свена Гедина в Тибет,Транссибирская магистраль,Ярмарки и рынки,По Кавказу,Экзотические колыбели.

lucithor:

WHY THE HELL IS IT THAT IF I SAY “NO THANKS, I DON’T LIKE ORANGE JUICE” PEOPLE ACCEPT THAT AND NEVER OFFER ME IT AGAIN

BUT AS SOON AS I SAY “NO THANKS, I DON’T LIKE BEER/WINE/ALCOHOL” PEOPLE TAKE THAT AS AN INVITATION TO TRY AND FORCE IT ON ME AT EVERY OPPORTUNITY

NO, I DON’T THINK YOU UNDERSTAND I DO NOT LIKE THE TASTE I DON’T WANT TO “GET USED TO IT” OR “ACQUIRE THE TASTE” JUST LEAVE ME ALONE STOP TRYING TO GET ME TO DRINK

This my whole life.

А вот еще натурально случай вышел. В крайней экспедиции человеков на Луну не то Сернан, не то Шмитт размахался геологическим молотком и случайно отломал кусок крыла у лунохода. В результате лунная пыль, очень липучая за счет электростатики, при движении осыпала и саму машину и сидящих на ней астронавтов – а она, во-первых, в отличие от нашего песка, не окатанная, а абразивная, во-вторых, черная и чертовски греется на солнце, нагревая все, что ею покрыто, а в-третьих, ее потом на скафандрах в модуль тащили и там ею дышали (запах "свежей" лунной пыли, оказывается, напоминает запах сгоревших пистонов). А пешком в вакуумных скафандрах много не находишься. И вот астронавты всю ночь вместе с земными инженерами не спали, думали, а под утро содрали обложку с бортжурнала, обклеили ее скотчем, двумя зажимами от системы водоснабжения прикрутили к остатку крыла и с таким тюнингом выполнили программу исследований, намотав по Луне почти 36 километров.

Второе увлекательное погружение на дно древнейшего моря, в разноцветную толщу каменных солей и горных пород осадочного происхождения.


Миллионы лет природа формировала эти красивые узоры, которые сейчас добываются и применяются в различных сферах промышленности, сельского и народного хозяйства.




Первоначально на рудниках использовался только рельсовый транспорт, преимущественно при проходке подготовительных выработок или на пластах со сложной геологической структурой.


В настоящее время отработка калийных залежей ведется панельной системой с помощью комбайнов.


Для отработки панелей, между ними проходят широкий панельный выемочный штрек, где устанавливается конвейер. Штрек проходится за три-четыре хода комбайна, это обеспечивает достаточную ширину штрека для размещения конвейера, вентиляции и проезда техники. Кровлю выработок закрепляют специальными винтовыми штангами для предотвращения образования заколов и отслоения "коржей". Штанги устанавливаются специальным механическим оборщиком кровли.




Конвейерный штрек, пройденный в 4 хода комбайна и наложенных в нисходящем порядке. Слева оставлен небольшой межходовой целик.


С целью уменьшения простоя комбайна во время движения груженого или порожнего вагона от комбайна до места разгрузки (конвейер или рудоспускная скважина), используются специальные бункеры-перегружатели, в которых накапливается добытая комбайном соль.


Ленточные конвейеры проложены в выработках подстилающей каменной соли.


Небольшое озеро насыщенного рассола. Плотность растворенной соли в нем настолько велика, что растворять соль он больше не может.


Приводная станция на сопряжении двух конвейеров, оборудованная сигнализацией и системой пожаротушения.


Выработанное пространство заполняют сухими солеотходами или солью от проходки подготовительных выработок.


Заполнение осуществляют либо скреперными лебедками, либо с помощью самоходных вагонов.


Отработанные и тупиковые выработки часто содержат в себе опасные газы - метан, сероводород, радон и т.д.


Газы также выделяются и при разработке пласта, они содержатся как в микротрещинах, так и в кристаллах солей.


Откаточный штрек с рудоспускными скважинами (гезенками).


С верхнего пласта полезное ископаемое спускается в скважину и через бункер поступает на ленточный конвейер.


Магистральные конвейеры производительностью до 1000 т/ч доставляют добытую соль к шахтным стволам, где она уже в скипах поднимается на поверхность.


Приводная станция конвейера.




Для перемещения людей и техники между пластами используются восстающие ходки и транспортные уклоны.




По транспортному штреку осуществляется доставка техники и рабочих к отрабатываемым панелям.


Параллельно транспортному штреку пройден вентиляционный штрек для вентиляции панелей.


В штреках иногда встречаются довольно крупные лужи рассолов. Сверху плавают сростки кристаллов соли.


Проходить такие участки лучше в специальной обуви - рассолоходах.


На этом небольшая экскурсия заканчивается и мы поднимаемся обратно на поверхность, смывать с себя соли земные.


Рекомендовано к просмотру: Логово карналлитового червя

Я как-то давно уже писал про ложную память — преднамеренную или случайную подсадку в мозг человека воспоминаний о событиях, в которых он не принимал никакого участия. Точнее, здесь даже нельзя говорить о подсадке как таковой — человеку лишь дают намёк на то, что он должен помнить это событие, а собственно воспоминания мозг формирует самостоятельно, причём настолько качественно, что человек искренне убеждён в их правдивости.

В экспериментах на эту тему воспоминания формировали довольно невинные — например, показывали людям фотографии, утверждая, что они некогда ездили в эти места и сами эти фотографии сделали, или рассказывали историю о том, как в детстве они отбились от родителей в торговом центре и потерялись. Несмотря на простоту метода (то есть, в общем-то метода как неких средств специального воздействия тут вообще не было), через некоторое время часть участников эксперимента начинала искренне считать, что с ними действительно это произошло, более того, они начинали дополнять историю деталями, которых в первоначальной версии, подготовленной экспериментаторами, не было.

Но это цветочки, а ягодки — то, как ложные воспоминания сказываются в реальной жизни. Например, в свидетельских показаниях в суде. Например, в США по результатам анализа ДНК (который стал возможен лишь сравнительно недавно) в образцах, собранных на месте преступления, были освобождены более 300 ранее осуждённых людей; в 72 % случаев в деле были свидетельские показания, указывающие на невинно осуждённого человека. Если человек может бессознательно сформировать у себя в голове довольно детальные воспоминания об отпуске, в который он никогда не ездил, то что уж говорить про post factum дописывание деталей к смутной фигуре преступника, превращающих её в конкретного человека? При этом никакими детекторами лжи такие показания не разоблачаются — свидетель абсолютно уверен, что говорит чистую правду. Он правда это помнит.

Ещё веселее со свидетельскими показаниями, относящимися к событиям, произошедшим годы или десятилетия назад — например, в случаях, когда уже взрослый человек выдвигал обвинения в совершённом против него в детстве насилии, как правило сексуальном. Есть сильные подозрения, что подобные воспоминания могут формироваться «с нуля» под влиянием статей в прессе об аналогичных делах и, особенно, при работе с психологами, старающимися вытащить «подавленные воспоминания об имевшей место психологической травме». Что особенно удивительно, ложные воспоминания о преступлении могут формироваться и у невинно осуждённого — такие случаи тоже были.

Так вот, к чему это я? Группа товарищей из Калифорнийского университета проверила (работа целиком), будет ли работать формирование ложных воспоминаний у людей со сверхдетализированной автобиографической памятью (HSAM, highly superior autobiographical memory) — способностью в деталях вспомнить практически любой день их жизни. В деталях, которые могут быть объективно проверены, люди с этим типом памяти оказываются точны в 97 % случаев; они точнее помнят день десятилетней давности, чем обычные люди — события прошлого месяца.

Результат: ложная память формируется у них в общем и целом точно так же, как и у обычных людей.

Одним из наиболее наглядных тестов был тест на несуществующие новости. Участников спрашивали, помнят ли они новость о некоем драматическом событии (в качестве таких событий могут фигурировать убийства, военные действия, авиакатастрофы), причём вопрос строится в форме, напирающей на то, что это событие действительно происходило. До 55 % испытуемых подтверждают, что они помнят эти новости, до 45 % — ещё и рассказывают подробности (то есть, они формируют не просто веру в факт такого события, а расширенные ложные воспоминания о нём). В данной работе испытуемых спрашивали, видели ли они видео о крушении самолёта в Пенсильвании 9/11, снятое очевидцем с земли (в реальности такого видео не существует). Тестирование проводилось в два этапа — на первом испытуемый отвечал на вопросы на компьютере, на втором, спустя 15 минут, беседовал с экспериментатором; во всех случаях все вопросы начинались с уточнения, о каком событии идёт речь, и были построены в подсказывающей форме.

На простой вопрос (да/нет) утвердительно ответили 20 % испытуемых с HSAM и 29 % — с обычной памятью. В ответ на просьбу уточнить подробности видео люди с HSAM «вспомнили» больше деталей, хотя разница и не была статистически значимой. В устном интервью среди людей с HSAM 10 % были уверены, что смотрели видео, 10 % ответили «возможно»; среди обычных людей таких было 18,4 % на 5,3 %. Что интересно, среди людей с HSAM результаты не были однородны — те, кто показывал в базовых тестах на точность памяти (в них просят называть точные даты тех или иных публичных событий) более высокий балл, оказались существенно более подвержены формированию ложной памяти: так, в устном интервью среди них 20 % были уверены, что смотрели видео, и 10 % ответили «возможно».

Помимо общетеоретического результата о том, что механизмы формирования HSAM такие же, как у обычной автобиографической памяти, есть и более красивое следствие — у правила «врёт как очевидец», судя по всему, исключений нет. Насколько бы точной ни была память человека на события, которые действительно происходили, в неё легко, буквально одним правильно построенным вопросом, может быть подмешана память о событиях, которых никогда не было.

Автоматической кросс-пост из уютного бложика olegart.ru

Такой еще вот тезис.

Допустим, завтра я организую панк-движение за пропаганду курения. Напишу десяток красивых мелодичных песен на два аккорда о том, что курить это очень хорошо, мама любит, когда дети курят, а если не любит – то она мама, она погрустит и простит, а настоящие пацаны курят все, курят и идут по этапу, они не здаются и курят все равно, потому что курение это жизнь и онтологическая сущность человека.

Потом это мое начинание всем понравится, мы организуем субкультуру курящих панков, станем одеваться в специальные такие одежды, выстригать плеши и делать наколки с куполами и сигаретами.

Потом мы, значит, совсем раскрутимся по баблу, замутим панк-фестиваль в поддержку курящей России. Патриотичный, с портретом Путина и с приглашенными депутатами, которые, конечно, курить не будут, им нельзя, но станут зато рассказывать, что как же хорошо, что в стране есть такие патриоты, что вот эти патриоты жертвуют деньги на храмы и приюты для бездомных, и что Россия, натурально, поднимается с колен.

Понимаете тему, да? можно делать ставки, на каком этапе моему панк-року подрежут крылья – сразу, когда я возьму аккорд ми минор, или все же дадут допеть до ля минора.

А между тем, шансон, который по первой, и самой главной своей функции, является системой логического, нравственного и эстетического оправдания противоправных занятий, - устраивает фестивали, имеет всестороннюю поддержку государства, которое по стуку его самых видных деятелей даже принимает законы против настырных медиа-ресурсов.

А потом, значит, те же депутаты, которые только что подпевали Грише про рюмку водки, бегут в публичное пространство и принимаются охать на предмет правового нигилизма жителей своей страны.

Ну так вы, скоты, прикрутите крантик главному источнику правового нигилизма-то.

Потому что убеждённых гопников – таких, которые будут красть, убивать и мочить просто потому, что их от этого прет, - на свете на самом деле не так много. Основная масса занимается этим, конечно, оттого, что им такие вещи нравятся, но – только после того, как она доказала себе, что не она такая, а жизнь такая, и вообще это жизнь пацана – воровать, а мама есть мама, она простит. То есть после сеанса всестороннего этического и эмоционального самооправдания, которого без участия искусства (прошу прощения за это слово в данном контексте) не бывает никогда. Я не раз и не два слушал в разных ситуациях, как пацаны рассказывают девушкам и друг другу, что вот зря их называют бандитами – они не бандиты, это просто у них работа такая.

Убери у такого человека шансон из-под руки, оставь ему возможность слушать только группу «Аква» - он сломается. Это называется «ценности», «установки» и «мотивация».

Разумеется, цензура для нас, сторонников панк-государства – не выход. Пусть будет шансон.

Но тогда уберите руки от всего остального, что вы запретили под видом защиты детей, тоже, граждане поклонники шансона, то есть пособники воров, убийц и прочих милейших социальных практикантов.

Ну нужно же быть последовательными, а? Тогда сперва запретите все фестивали шансона по нашей стране, повесьте на Гришу Лепса маркировку 80+ и уж лишь потом начинайте борьбу с курением и гомосексуализмом.

Должны же быть приоритеты. Сперва боремся с теми, кто убивает других, а уж только потом наезжаем на тех, кто травит себя, не?

Интерьерные статуэтки Ани Стасенко и Славы Леонтьева.






















Крылатый Дракон. Рождённый ползать. Но способный летать.




















Белая Зимняя Муха.










Девушки-драконы


Фруктовые мухи.




Тигровая моль

…точнее, краказябры (в мужском роде). Авторские куклы Марьяны Копыловой.


Хранитель ключей к Солнцу


Псило и Йель


Абимори


Хранитель осеннего леса


Зябрий


Мауно


Ярвин. Хранитель теплых вод


Аттури. Ловец голосов из других галактик


Йоури. Согревающий деревья зимой.


Ниабо. Хозяин снежных угодий


Аэйну. Тот, кто прогоняет недобрые сны.


Соату. Хранитель древесных духов


Акивни. Говорящий с ветром


Туови. Улиточий пастух


Лесной Сновидец


Хранитель Внутреннего Моря

Оригинал взят у maria_lukozerje в Алфавит на крыльях бабочек

Город Якутск, музей вечной мерзлоты. Несмотря на 30-градусную (а иногда и 40-градусную) летнюю жару, почва в Якутии за лето не размораживается. И если копнуть вглубь на несколько метров — там холод и лед. В этой горе раньше были продуктовые склады-холодильники — коридоры выбиты в грунте глубоко в гору, и там разветвляются на комнаты. Но время шло, техника развивалась, и сегодня в каждом ларьке есть свой холодильник. Поэтому необходимость держать централизованные продуктовые склады отпала. И гору переоборудовали в музей вечной мерзлоты. Я был там и зимой и летом, и каждый раз это потрясающее впечатление. Кто не был в прошлой жизни пингвином — тому не понять:

Экспозиции здесь продуманы и сделаны с большим умом и выдумкой. Вот, например, мамонт. Он не совсем настоящий, но поди отличи:

Самое большое в мире замороженное молоко. На снимке не очень видно, но это такая тумба чуть ли не по пояс. По-моему даже в Книгу Гиннесса занесено. Грызть не разрешается, но я как-то попробовал укусить сбоку — реально молоко:

Сами коридоры выглядят так. Кристаллы льда на стенах — это все настоящее, само выросло:

Само растет на камне:

Зимой в музее холода теплее, чем снаружи. А летом выдают специальные плащи и бахилы:

В коридорах огромное количество ледяных скульптур.

Немного истории — костюмы и нарты.

Коллекция всех видов рыб Якутии. Но идея коллекции удивительна — все экспонаты вморожены в прозрачный лед. Кто знает, может если разморозить, некоторые оживут? Рыба Шрёдингера:

Демо-зал преимуществ оленьей шкуры. Мех северного оленя имеет особую структуру волоса, который расширяется к концу. В результате он очень теплый. В этом зале предлагается потрогать рукой оленью шкуру, лежащую на койке из льда. Она реально теплая!

Ну и самое мое любимое — настоящая якутская строганина. Прекрасна с рюмочкой водки из ледяного стаканчика:

Сырой замороженный ломтик рыбы (обычно чир из якутских озер, в нем не бывает паразитов) макается в перец и соль. Дай бог каждому!

И пока у нас в Москве +4, в Якутске уже давно ниже -25. С приближением зимы!

Оригинал заметки находится по адресу http://lleo.me/dnevnik/2013/11/23.html, там можно оставить комментарии.

http://www.adme.ru/vdohnovenie-919705/dress-kot-588055/

Хироко Кубота из Японии вышивает котиков в нагрудных карманах рубашек. Такая небольшая деталь облегчит участь тех, кто вынужден соблюдать дресс-код в офисе. Это свежий взгляд на правила мужского костюма.

Максим Кантор
Красный свет

Итак, после вынужденного перерыва – grand finale нашей мыльной оперы про современную русскую литературу. С этим сериалом получилась довольно забавная рамка в том смысле, что открывается он и закрывается двумя худшими лотами лотереи, каждый из которых, причем, имеет существенные шансы получить главный приз. Это случайность, но смешно. Итак, к делу.

Максим Кантор – явление в нашей публичной интеллектуальной жизни достаточно любопытное с той точки зрения, что он больше социальный симптом, нежели журналист и писатель (какой он художник – не знаю, не интересовался). По моему, давно сложившемуся мнению, художественный его талант весьма скромен – книги его написаны заурядным языком подвергнувшегося насильственной эстетизации газетного памфлета, постоянно подгоняемым не имманентной себе художественной необходимостью, а токмо лишь толчками желчи в организме своего владельца. У нас есть уже подобный пример великого писателя, очень плохо умеющего складывать слова, – это Лимонов. Проблема, однако, в том, что биография Лимонова сама способствовала тому, чтобы сделать ее владельца героем: хулиган, арт-гомосексуалист, любимец женщин, национал-большевик, террорист, все такое. Тогда как на счету Кантора из подвигов разве что постоянное хаянье Академии художеств да длинный срач с Димой Быковым на страницах опенспейса. И тем не менее – считается большим писателем. И даже, по словам того же Быкова, почти Толстым. Поэтому смотреть на него интересно, соображая, как же так все оно получилось; читать, к сожалению, не интересно совсем, так что сперва поговорим о книге, чтобы покончить с трудным.

Поскольку и творческим методом, и призмой, через которую Кантор взирает на мир, является ненависть ко всему живому (достаточно почитать его эмоциональные выступления по поводу засилья в наших художественных кругах «бездарной сволочи») , то не следует удивляться, что книга открывается длинным сардоническим антилиберальным монологом, с упоительными фразами типа «Ах, сколько дворцовых полов натерто штиблетами интеллигентов, пришедших за грантами к бандитам; сколько яхтенных палуб истоптано в свободолюбивом танце на днях рождения у воров!» и понятным посылом: сейчас я вам буду рассказывать про гаденьких. Рассказ про гаденьких идет именно что с гадливой интонацией, сардоническая усмешка автора глядит даже из предлогов, характерный пейзаж русской отечественной публицистики, где важно не доказать свою правоту, а заставить своих оппонентов, с помощью особенного подбора особенных слов, чувствовать себя в чем-то измазавшимися, разворачивается во всю ширь. Странно, что Кантора сравнивают с Толстым – именно так у нас как раз-таки представляют архискверного Достоевского, по одной-единственной сцене из «Бесов»: русский интеллигентный человек, когда он берется брезгливо зажимать нос, звучит всегда одинаково, и Достоевский, действительно, передал это исчерпывающим образом. Попутно Кантор задействует еще одну надежную схему отечественного публициста – а именно заставляет своих персонажей думать и говорить о чрезвычайно глупых вещах, которые в реальной жизни никого, кроме идиотов, никогда не интересовали, вроде обсуждения того, был ли Ленин германским шпионом: таким образом его герои делаются сразу ужасно пошлыми (в чем и состоит коварный замысел автора); однако тот факт, что эту пошлость за них придумал и им вменил, собственно, автор, невнимательная публика у нас не замечает никогда.

Кантор, как и подобает проповеднику, чудовищно многословен: открывающий книгу прием, на который слетелась вся богатая либеральная сволочь, длится более полусотни страниц, и на всем его протяжении гнусные, гаденькие люди только и делают, что трясут павлиньими перьями и обсуждают свои пошлые кровопийские планы (даже слово «вампир» тут же звучит); у кого, кроме единомышленников Кантора, которые способны упиваться каждой итерацией гадливой иронии в адрес неприятных им людей, потому что их прет сам процесс, - найдется терпения прочесть все это внимательно – лично мне не понятно совсем. Впрочем, возможно, что именно таким способом и заработал Кантор славу «современного Толстого» – все в школе читали про салон Анны Павловны Шерер, так что, видимо, срабатывает рефлекс узнавания.

Но это еще полбеды; настоящая беда приходит, когда Кантор расчехляет в себе мыслителя: из него принимаются сыпаться такие, как говорят в Википедии, «ориссы», что голова болит. Причем тактика спора сохраняется прежняя, блогирская, – все свои дикие воззрения и открытия Кантор подает как реально существующие в мире и тут же сам с ними полемизирует. Вот пишет он – «Когда обнаружилось, что финансовая стабильность человечества под угрозой, общее решение потребовалось – однако решения не было. Дико звучит: «финансовая стабильность человечества» – будто у человечества единый карман и общий кошелек». Совершенно верно, Максим, выражение «финансовая стабильность человечества» звучит очень дико – вот почему этого выражения нигде, кроме как в вашей книге, нет, так что опровержения его, в общем, не требуется никому, кроме вас. В подобном быстром темпе Кантор объясняет причины мирового экономического кризиса, кризиса христианской цивилизации и имманентного русского воровства, прямо в тексте делая трогательную пометочку напротив слова «чморили» – «то есть унижали»: спасибо, Максим! Пометочка эта, вообще, штука не такая уж безобидная: по ней очевидно, что Кантор совершено не представляет себе реальный образ жизни тех или иных слов в социуме и текущую статистику их употребления, конструируя все свое амбициозное полотно из головы и никак не соотнося его с реальным акустическим социальным фоном. В моменты особенного политологического азарта автора текст его делается уже совсем ниже плинтуса, так не пишут даже в МК: «Бандитов в прессе называли «меценат», это был официально принятый термин. Помещали фотографию бандита и под ней подпись: «меценат». Надо думать, сочиняя такого сорта пассажи, Кантор чувствует себя Щедриным: если бы он замахивался на что-то меньшее, то давно бы уже сгорел от стыда.

Затем, в старой доброй традиции нашей нынешней литературы, в том же темпе Кантор пересказывает историю многострадального СССР и – шире – века двадцатого. Даже у взявшегося за сходную тему Бертолуччи в фильме действовало большое число персонажей; Кантор, не будучи столь же талантлив, заполонил страницы своей эпопеи каким-то умопомрачительным количеством людей – в этом смысле она вполне может поспорить с некогда читанной мною историей жизни Ким Ир Сена за авторством Института Марксизма Северной Кореи имени Ким Ир Сена; как и там, так и тут запомнить всех их практически невозможно, понять, для чего их тут такая орава – тем паче, никаких особенных деталей у них нет, и ориентироваться в них можно разве что по национальному признаку: вот этот вроде был еврей, а вот этот носил хохлацкую фамилию. Половина этих персонажей – исторические, сведения о них явно почерпнуты из, мягко скажем, «открытых источников», причем работа с источниками Кантору не удалась тоже – так, он сетует, что проклятые буржуазные либералы всех фашистских псов покрыли и спасли от справедливого возмездия («Франц Штангль, комендант Треблинки, Густав Вагнер, комендант лагеря Собибор, Алоиз Бруннер, ответственный за лагерь Дарнси, Йозеф Менгеле, врач, потрошивший младенцев, – им всем дали уйти»),– меж тем, не в представлениях Кантора, а в реальной жизни Штангль был дважды посажен и умер в тюрьме.

(Дальше я написал еще три абзаца подобного текста, но стер, памятуя об опыте автора кольты, который так увлекся разбором Кантора, что насчитал блох у него на пять экранов. Затем я внезапно понял, что не рассказал, о чем, собственно, эта книга: поскольку мне этот вопрос в данном случае представляется несущественным, просто копирую сюда аннотацию – ничего ближе к делу все равно не скажешь: «Гитлер, Сталин, заговор генералов Вермахта, борьба сегодняшней оппозиции с властью, интриги политиков, любовные авантюры, коллективизация и приватизация, болота Ржева 1942-го и Болотная площадь 2012-го — эти нити составляют живое полотно, в которое вплетены и наши судьбы»).

Лучше я просто сообщу свой личный итог, полагая его доказанным приведенными выше примерами: как по мне, называть эту огромную, плохо написанную, небрежную в фактах и абсолютно нелепую по части идеологии, историософии и любой другой логии или софии книгу чем-то больше, нежели амбициозный графоманский текст, написанный очень обиженным человеком, – признак, как минимум, наивности. И дело отнюдь не в либералах, коммунистах или совкодрочерах. Дело вообще не в идеологии – из Кантора такой же идеолог, как из Жириновского приличный человек.

Кантор, как мне предоставляется, хватает людей за душу напором совершенно определенного сорта: он вываливает на читателя груду неструктурированных мыслей, которые пришли к нему в голову за чтением книг. Однажды прочитав «Бытие и время», он от этого факта так ошалел, что сует теперь Хайдеггера и Ханну Арендт в любой свой текст (здесь они тоже есть), это такой классический пример усердия неофита; так вот, эта идея – что человек цепенеет от самого факта своего умения читать книги – она, как мне представляется, и является движущей причиной того, почему к Кантору относятся всерьез. Это очень характерная примета плохо образованного, но любознательного общества: все, что узнано кем-то из его участников через книги, кажется ему исполненным особенного смысла; это классическое суеверие невежды, помноженное на рудиментарно советский еще культ Книги: то есть, здесь речь идет о своего разновидности товарного фетишизма, когда товаром, подвергающимся фетишизации, являются не предметы, а мысли и книги как упаковочный материал этих мыслей. И Кантор, в силу его мегаломании, гигантомании, самоуверенности и той характерной беспардонности в обращении с истиной, которая свойственна получившим от социума карт-бланш на спекуляции авантюристам, оказывается апостолом этой фетишизации.

Если перевести эту формулировку на обычный язык, то звучать она (в голове у рядового читателя книг Кантора) будет примерно так: человек, который горячо, много, искренне и убежденно говорит о том, о чем он думает, поднимает важные вопросы и ссылается на уважаемые книги, - не может не быть мыслителем. А если мыслитель думает о нас и нашей стране – то он, разумеется, делает важное для всех нас дело. Ведь ему же денег не платят за то, что он думает! А он все равно думает! Значит, неспроста это!

Такой своего рода вариант картезианского доказательства бытия Божьего.

Возвращаясь к тому, с чего я начал – а именно к мысли «Максим Кантор как симптом» - симптом же он (как и Терехов) вот чего: нашему обществу страсть как хочется себя понимать. Оно уже выучило все рефлексы, но никак не может уяснить, как оно само выглядит в целом и к чему стремится. Поскольку же главное социальное назначение культуры состоит в том, чтобы передавать от поколения к поколению нормативные акты и модели их оправдания – нашему нынешнему обществу хочется, чтобы искусство наконец-то рассказало ему, как себя вести и что под собой понимать. И покуда этот запрос сохраняется – любой шарлатан, который скажет «Вот я вам сейчас все объясню» и будет обладать достаточным терпением и апломбом, чтобы симулировать внешние признаки такого сорта всеобъемлющего объяснения – гарантированно обретет успех. Так всегда поступали лжепророки, гадалки и спиритические медиумы; так это будет и впредь. И единственный способ защититься от такого сорта шарлатанства – это родить, наконец, того, кто будет способен на настоящее объяснение.

Но такие вещи не делаются по заказу, так что жить нам, вероятно, еще долго с Максимом Кантором и его бесчеловечно огромными опусами.

****
Здесь кончается наша скорбная сага; я еще чуть подумаю и напишу отдельно общие свои соображения по итогам предпринятого опыта: я же тоже русской человек, не могу же я упустить шанс побакланить о высоком.

2


3


4


5


6


7


8


9


10


11


12


13


14


15


16


16,5


17


18


19


20


21


22


23


24


25


26


27


28


29


30


31


32


33


34


35


36


37