Ilia.bara

Кафе «Тревелерс кофе», г. Мирный РС(Я).

Никогда не задумывался об однотипности слов manual и pedal. А ведь они однотипны в английском языке и противопоставляются. Например, в описании органов manual — это ручная клавиатура, а pedal — ножная.

В русском языке есть много родственных слов — педаль, мануальный, мануал. Было бы здорово иметь парную педали мануаль, которая бы означала что-то ручное.

Например, можно было бы так назвать ручную коробку передач в автомобиле. По-английски она называется manual, а по-русски как только её не называют — и механикой, и ручкой, и палкой, и коробкой (в приморском сленге). Причём слово «механика», хоть и кажется здесь самым умным словом, ничем не лучше прочих — ведь и в ручных, и в автоматических коробках принцип переключения передач всё равно механический (не гидравлический, не пневматический). Википедия приводит версию, что «механическая» — это неверная расшифровка буквы M из Manual.

А что до мануала, который инструкция, то это вообще какое-то сомнительное слово. Manual связан с руками не потому что это «руководство», а потому что должен быть книжкой маленького формата (handbook). Раньше так называли молитвенник священника, потому что его было удобно носить в руках (в отличие от других книг, которые, видимо, не было удобно). Сейчас уточнять про книжку, что она «ручная»,  как-то смешно.

Название Московского дома музыки из за формы здания

Я к 19:00 в скороварку на концерт еду

Роль рекламы, по сути, сводится к тому, чтобы побудить человека сделать действие, необходимое рекламодателю. Если отбросить всю мишуру, есть три основные способа сделать это:
- Рациональное обоснование — вся продуктовая реклама, УТП и иже с ним.
- Эмоциональное очарование — брендинг, метафоры, сказочные миры.
- Прямое поощрение — коды под крышкой, подарки за покупку, конкурсы.

Однако существует еще один путь, про который редко кто вспоминает — ненавязчивое убеждение.

В свое время мне в руки попала книга Роберта Чалдини «Психология влияния». Автор рассказывает о шести базовых принципов, лежащих в основе человеческого поведения.

Взаимный обмен подразумевает, что если вам что-то дали или сделали небольшое одолжение, то вы чувствуете себя обязанным и вам подсознательно хочется вернуть долг.

Авторитет говорит о том, что в каждом вопросе мы ищем эксперта и готовы слепо переложить на него ответственность за решение из области его компетенции.

Принцип последовательности заключается в том, что мы действуем согласно принятым на себя ролям и с большой вероятностью будем двигаться по однажды выбранной дороге, чем искать новую.

Дефицит драматически задирает ценность всех ограниченных (уникальных) возможностей — возможного недостатка количества, предела по времени и т.д.

Благорасположение несет простую мысль, что мы больше склонны доверять и соглашаться с людьми, которые нам симпатичны. При этом симпатия часто основана на чувстве сходства чего бы то ни было: внешних аттрибутов, одинакового или похожего имени, одного знака зодиака.

Социальное доказательство обосновывает случаи «миллионы наших абонентов не могут ошибаться», когда человек ведет себя, основываясь на мнении и поведении большинства.

Так вот, недавно издательство Манн, Иванов и Фербер выпустило новую книгу Чалдини «Психология убеждения». «Психология убеждения» — это естественное продолжение «Психологии влияния». Практическое руководство в пятидесяти реальных примерах по применению этих шести базовых принципов. Отсутствие строгой системы компенсируется легким слогом, интересными историями, неожиданными выводами, каждый из которых подтвержден исследованиями. По сути, книга построена на моей давней мечте: «Давайте сделаем десять вариантов текста и посмотрим, который лучше сработает». Интересно, когда под интуитивно понятные вещи подводят систему и обосновывают, почему именно это вызывает именно такую реакцию, особенно когда речь идет про поведение и мотивацию людей. (Некоторые примеры в этой статье.) Вдохновляет и хочется тут же опробовать новые принципы на практике.

В общем, учитывая небольшое количество разумных книг в этой индустрии, must read для всех рекламистов, копирайтеров, стратегов и прочих маркетологов. Рекомендую обе, хотя в введении ко второй все есть, поэтому можно читать сразу ее.

Начался сезон комаров и меня заинтересовал вопрос, а чем же мы дышим в помещении где всяческими способами травим этих зверушек? Оказалось, что все фумигаторы, пластинки и спирали работают на основе действующего вещества под названием Аллетрин.
Пока разбирался, что это за вещество, написал статью в Википедию. Кому интересно, почитайте, можно смело править (в химии я слаб) и дополнять.
http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%90%D0%BB%D0%BB%D0%B5%D1%82%D1%80%D0%B8%D0%BD
Вывод простой: после уничтожения комаров в помещении, его нужно проветривать. Не нужно дышать этой гадостью.

Когда я вчера вечером подлетал на франкфуртском самолете в Петербург, мне еще не было известно, что часом ранее в Дюнах скончался Алексей Балабанов. За полгода российское киноискусство лишилось двух самых преданных кафкианцев, двух Алексеев - Германа и Балабанова. Но, к сожалению, их лишилось только искусство российское. Мировое пожимает плечами - дескать, это ваши русские дела.
Балабанов стихийно близок к Тарковскому. Он не продумывал эту свою близость, не делал из себя тарковского режиссера, как Сокуров или Лопушанский. Но если о ком-то говорить как о подлинном, ненадуманном и непридумавшем себя преемнике, то это именно Балабанов. Молчание героя для него дороже слов, подавленные эмоции предпочтены открытым, из композиции кадра и света в кадре, из музыки и жеста рождается нелитературный в своей основе язык фильма, герои мучаются жизнью, болеют ею. Последний фильм режиссера - откровенная версия "Сталкера". А вчера их сблизили еще и роковые 54 года.
Однако, будучи стихийно близким Тарковскому, Балабанов не смог до него дотянуться. Тарковский тянет героев из мрака к свету, из локальной и временной ограниченности в бесконечность. Они страдают, чтобы воскреснуть. Герои Балабанова обречены мраку, у них нет пути, а то, что представляется им выходом, сулит нравственную и физическую погибель. (Случайно ли актеры Балабанова погибали рано? Думается, что они, как и рано погибшие основные актеры Тарковского, несли на себе не вполне посильную ношу. И эта ноша не позволяла им жить дальше). В основе фильмов Балабанова - хаос, деструкция, энтропия, полный распад. Все это было и в самом режиссере, личность которого, как и у Тарковского, многоконфликтна. Но у Балабанова за хаосом нет ничего. Только окончательная смерть - людей, пространств и времен. Ни его герои, ни он сам не способны к возрождению или пробуждению сознания. Они действуют и говорят из собственной слепоты, безотчетно, не понимая и не видя никого вокруг, на все натыкаясь и все стремясь уничтожить.
Не достав до Тарковского, Балабанов стал на одну ступень ниже, продолжив сказочные повествования Рязанова и Германа о советско-послесоветской цивилизации. Можно сказать, что логическим следствием "Небес обетованных" и "Хрусталева" стали "Брат", "Жмурки", "Груз 200", "Кочегар" - фильмы про то, что случилось с сознанием человека, когда советский паровоз взлетел. Это не про мир, не про культуру. Это только про нас (как и Рязанов, и весь Герман). А случилась с нами неслыханная простота: проще убить, чем объяснить, проще украсть, чем заработать. Накажут ли за это после? У Балабанова еще накажут (но не совестью, а смертью). У Звягинцева - уже нет. Но это уже другая история.
Балабанову как будто мстили за возникшего из глубин подсознания Брата. Не позволили снять фильм "Река", который стал бы абсолютным шедевром мирового уровня. Не разрешили докрутить до шедевра "Про уродов и людей". И он сам, и его актеры очень дорого заплатили за Брата. Критики восприняли его как персонажа из прошлого, из лихих 90-х. Но Балабанов знал, не мог не ззнать, что выпускает на волю фашистского джинна войны. Этот джинн сидел где-то в будущем и не давал большому художнику покоя, просился наружу. Вот Балабанов его выпустил - и был наказан. Впрочем, он тут в одной компании с фон Триером, который почуял новый гитлеризм и простодушно назвал его, и с Михаэлем Ханеке, который очень утонченно и в старинном стиле вытащил его на свет. Все трое - пророки. А пророки платят большую цену.
Художник Балабанов так и не решился на сложность. Отличие большого искусства в том, что его хочется пересматривать. Отличие балабановских или рязановских фильмов от Эйзенштейна, Феллини, Брессона или Тарковского в том, что они пересматриваются без напряжения, без большой внутренней работы. Режиссер не то что жалеет чувства зрителя (вот уж это не про Балабанова), а он жалеет его разум. Не хочет поднимать его над ним самим. Кстати, фон Триер в этом отношении жесток, что хорошо.
Мне думается, что Балабанова будут смотреть даже тогда, когда пройдут все эти наши современные эпохи. Вряд ли его будет не хватать, но, когда фильм появится на экране, его не выключат, а с разными чувствами досмотрят до конца. Его ленты цепляют зрителя за самые темные места, а поскольку это места вечные, и никакая революция или эволюция их не отменит, то и Балабанов будет занимать определенное место в кафкианском пантеоне культуры.

Яндекс представил такую штуку, как “Крипта” – http://crypta.yandex.ru/. При заходе по этому адресу выдает картинку вроде вот такой:

На мой взгляд результат так себе – я уже пять лет как не холостяк, три года сидел дома с ребенком, а уж 3% гиковости прямо-таки оскорбительны для редактора “Науки и технологии”! Утверждение про сову более справедливо, но оно же и наиболее тривиально, для него было достаточно посмотреть на время посещения страниц.

Иногда я думаю, что за некоторые предложения депутатов и прочих чиновников стоило бы сразу отправлять в отставку. Вот наглядный пример – коллеги с Медпортала (на Ленте медицинские новости живут отдельно) пишут про то, что какая-то группа неграмотных решила запретить глутамат натрия. Цитата:

Постоянно употребляя пищу с этой добавкой, человек вообще перестает воспринимать вкус того, что он ест, происходит привыкание, изменения в гормональной системе, развивается ожирение, повышается риск диабета.

Разумеется, ни одно из этих утверждений вообще никакого отношения к реальности не имеет. Ну, разве что еды с глутаматом съесть можно больше, так как она вкуснее – точно так же, как в случае с солью или любой иной приправой. Интересно, а творог, в котором глутамата намного больше, чем в любых чипсах, они тоже запретят?

PS: В который раз рекомендую читать Сергея Белкова – http://flavorchemist.livejournal.com/

Zajonc effect: The tendency of people, after repeated exposure to an unfamiliar thing, to reverse their initial feelings of dislike or distaste and like the thing more over time. Also called the Mere Exposure effect or the Mere Zajonc effect.

The Zajonc effect is named for Robert Boleslaw Zajonc (1923-2008), a Polish-born American social psychologist who taught at the University of Michigan and Stanford University. (His last name rhymes with “science.”) His obituary in the New York Times singled out his work with “mere exposure”:

In a seminal experiment, published in The Journal of Personality and Social Psychology in 1968, he showed subjects a series of random shapes in rapid succession. The shapes appeared and disappeared so quickly that it was impossible to discern that some of them were actually repeated. Nevertheless, when subjects were later asked which shapes they found most pleasing, they reliably chose the ones to which they had been exposed the most often, though they had no conscious awareness of the fact.

Familiarity, in other words, breeds a kind of affection, Professor Zajonc found. Even before he defined and named it, the effect was dear to the hearts of advertisers and other shapers of culture.

The Zajonc effect has implications for branding and naming. Bruce Tait of the Minneapolis brand consultancy Tait Subler wrote about the connection in a 2012 blog post:

Let’s say you have five potential brand positioning strategies. In an effort to make the best decision, you quantitatively test the alternative strategies. People being people, they respond most negatively to the most unfamiliar — and differentiating — concept. They respond best to the strategy they’ve seen before. The one your competitor is using already. That’s the strategy you run with because it “won” in research… and another undifferentiated brand strategy is born.

Look around at famous marketing failures and they are often the ideas that tested the best. Some of the greatest successes tested terribly because they were different. It is a frustrating  fact of marketing that the key ingredient to long-term brand success is differentiation but people are wired to respond negatively to a truly differentiating idea upon initial exposure.

(Hat tip: Anthony Shore.)

See also  “Forget About Love,” my 2010 post comparing a successful corporate name to an arranged marriage.

Other eponymous effects discussed here in previous posts: Dunning-Kruger, Streisand, Bradley, Coolidge, Martha Mitchell, Droste, Forer, Fujiwhara, McGurk, Meisner.

Классная картинка. Из тех что создают не формулируемые позитивные ощущения. Положение лап оранга не хуже улыбки Моны Лизы. )
Автор неизвестен.